Чтение онлайн

– Ножки у тебя ничего, – усмехается Стрий.

– Не могу сказать о вас того же, – парирую я, оглядывая его обтягивающий белый наряд.

Теперь уже смеются Стрий и Геб.

– Ладно, Марика, мы поняли, что шуток ты не понимаешь. Мы не хотели тебя обидеть на самом деле. Но это ведь твой первый бал?

– Угу.

– Так почему ты не порадовала нас своих присутствием раньше?

– Дела поважнее были, – хмурюсь я.

– Дела поважнее, чем приказ твоих правителей? – грохочет Сим, хранивший молчание все это время.

Я вздрагиваю от его жутковатого баса и воровато оглядываюсь. Очень хочется вжать шею в плечи, но я сдерживаюсь.

Архимаг огня выглядит так, что: «мама, спасай меня, я бегу, задрав юбки».

Симаргл, щуря карие глаза, изучает меня, словно видя насквозь. Он одет в черный костюм, облегающий каждую его впечатляющую мышцу. Становится дурновато от мысли о том, что он может просто переломить меня пополам, даже не применяя магию. Он выше меня как минимум на две головы. А руки, сжатые в кулаки, в принципе, могут вбить меня в землю, как гвоздь, без особых усилий.

Сейчас Сим не горит огнем, как в первый раз, когда я его видела. Лишь редкие языки пламени лижут его стан, появляясь с разных сторон.

Строгий взгляд, ровный, чуть длинноватый нос, пухлые губы, сейчас сжатые в тонкую нить. Я могла бы признать, что он красивый мужчина, если бы не эта маска жесткого равнодушия, не сползающая с его лица.

– Да ладно, брат, – Стрий пресекает эту затянувшуюся сцену моего непокаяния. – Может у девочки действительно были особые обстоятельства. Сейчас-то она тут. И это самое важное.

Сим еще несколько секунд пристально изучает мое лицо, и я не дышу, ожидая его приговора.

– Почему твои родители не привезли тебя после совершеннолетия?

– У них была нежданная встреча со смертью, – ядовито выплевываю я.

Вот сейчас он скажет, что это не оправдание.

Прям чувствую это по это выражению лица.

Ни тени сочувствия в нем нет. Только жестокость и любовь подчинять себе любого, встающего у него на пути.

Мне не надо быть экстрасенсом, чтобы понимать, что этот мужчина не умеет улыбаться.

– Брат, перестань, – это уже Геб пытается усмирить Сима. – Девушка ведь была в трауре. Мы можем простить ей неповиновение.

– Так это и начинается, – продолжает огромный параноик, – ты делаешь одну поблажку, за ней следует другая, а потом начинается бунт.

– Что же нам делать, – притворно задумывается Стрий, оглядывая меня своим мальчишеским взглядом. – Марика, когда у тебя должно было быть посвящение?

– Пять лет назад, – пищу я, удивляясь тому, как высоко звучит мой голос.

– Что же, решено. Марика Дюрейн, ты останешься в Градштоке сроком на пять лет. Это усмирит твой гнев, братец?

Сим лишь кривит губы, продолжая пилить своими карими глазами моё лицо. Еще немного и у меня останется ожог.

А потом он просто разворачивается, и шагает прочь. Стрий тут же бросается за ним, кидая мне напоследок веселую гримасу.

– Какого черта это значит? – выдыхаю я, когда они скрываются в толпе.

– То, что ты останешься в замке на ближайшие несколько лет, малышка, – усмехается рядом стоящий Геб. Он сочувственно похлопывает меня по плечу, прежде, чем удалиться. – Добро пожаловать в твой новый лом, Марика. Надеюсь, у тебя не было других планов.

А я так и стою, примерзшая к полу, не понимая, как моя моя жизнь обернулась страшнейшим кошмаром всего за несколько минут.

– Марика! – Антуан наконец-то находит меня в толпе, пробираясь навстречу. Поздновато ты, дорогой. Шоу уже окончено. – У меня плохие новости, – шепчет он, хватая меня за локоть.

– У меня тоже, – бурчу я, – наблюдая за тем, как Сим возвращается к своему трону, грациозно-небрежно на него усаживаюсь.

– Давай, сестрица, пора подниматься, время уже давно перевалило на полдень!

– Господи, когда ты уже наконец съедешь к жене? – бурчу я, недовольно жмуря глаза от того, что брат распахивает толстые гардины.

– Съехала ты, – ржет он, – а я с тобой из солидарности остался. Не надо благодарностей.

– Что ты несешь такое?… – хмуро начинаю я, и тут до меня доходит.

Сознание пронзает острыми иглами воспоминаний.

Это ничерта не сон вчера был, и чужие стены, обтянутые зеленым шелком с золотыми узорами, на это очень явно намекают. Дорогая деревянная мебель с туалетным столиком в углу, заваленным всякими баночками и пузырьками. Огромная кровать с балдахином, застланная дорогим хлопковым бельем, на которой я так сладко спала сегодня.

Подобная роскошь окружала меня несколько лет назад, и я удивляюсь, как быстро успела от этого отвыкнуть, в пользу простой деревенской жизни с полуголыми стенами некогда прекрасного особняка.

И пока я ошалело пыталась припомнить все подробности своего вчерашнего разговора с архимаги и давала себе мысленные пощечины за то, что не слушала родителей, говоривших, что мне бы не мешало научиться вовремя прикусывать язык, довольный братец принял горничную, прикатившую нам еду на подносе, и теперь расставлял тарелки, благоухавшие блинчиками и свежими фруктами, прямо на мое одеяло.

– Все это по сути дела, играет нам на руку, – глубокомысленно заявляет Антуан, облизывая палец, измазанные в варенье.

– Да, ну? – хмыкаю в ответ, отхлебывая большой глоток кофе. Ароматы прекрасной еды, к большому сожалению, вызывают у меня только неприятные позывы в животе.

– Да. Вчера я пытался обнаружить предметы о которых говорит Валлис, но наткнулся на такое количество охранных заклинаний, что живым бы не выбрался, не будь у меня этого, – он вытаскивает из кармана какой-то круг с россыпью разноцветных камней посередине и трясет им у меня перед носом.

– Это что еще такое?

– Вампир амулет мне дал, – самодовольно поясняет брат. – Позволяет преодолевать магические барьеры. Вот только возле самих комнат я не смог пробиться. Глухая стена – и всё тебе.

– А мне почему не дал? – обиженно тяну я.

– Сразу понял, кто из нас всю грязную работу делать будет, а кто – плясать на балах.

– Да как ты!… – я замахиваюсь, и набираю в рот воздуха, чтобы высказать ему всё, что я думаю по поводу этих мужицких сговоров, когда дверь комнаты распахивается, и в нее бесцеремонно влетает Стрий.