Чтение онлайн

Здесь было темновато даже летнего дня: единственное небольшое окошко не пропускало достаточное количество света. Но я знала, где искать, поэтому легко сориентировалась даже в таких условиях.

При переезде в дом Кирилла, я осматривала каждое помещение и помнила, что альбомы должны лежать в старом комоде, высланном на чердак по причине своего не самого презентабельного вида и преклонного возраста. Хотя было заметно: когда-то это была очень красивая, дорогая вещь. Но муж не любил старинной вычурности, предпочитал новую, максимально удобную мебель…

И все же почему-то не выкинул этот комод, а хранил его здесь.

Я аккуратно потянула на себя верхний ящик и ликующе улыбнулась, когда внутри обнаружилось искомое. Не без труда я вытащила наружу два тяжеленных альбома, обитых явно дорогой кожей…

И тут вдруг что-то привлекло мое внимание. Между лицевой стенкой и дном виделся странный просвет, будто кто-то неаккуратно собрал ящик, но в случае такой вещи это было попросту невозможно…

Я наугад, по какому-то неясному наитию, просунула пальцы в щель и вдруг нащупала небольшую кнопочку. А следом испуганно вздрогнула и отдернула руку, когда дно ящика резко отъехало, обнажая скрытую половину…

Там тоже лежал альбом. Как странно: к чему было скрывать столь обыденную вещь? Не задумываясь над своими действиями, я достала его и, положив на комод, открыла на первой попавшейся странице.

И тут мое сердце замерло, затаилось, застыло… а с первым судорожным вдохом резко оборвалось и упало куда-то в ноги.

С одной из фотографий на меня смотрело мое же собственное лицо. У девушки с фото были мои глаза, мои волосы, моя одежда.

Но вот странность: я совсем не помнила, чтобы позировала для этой фотографии…

Глава 2

Ноги чудовищно дрожали и подкашивались, когда я в обнимку с альбомами спускалась по лестнице вниз.

Очевидно, потрясение было ясно написано у меня на лице, потому что Мария обеспокоенно спросила:

– София, что-то случилось?

Я не без труда сосредоточила на ней взгляд. Стараясь говорить как можно тверже, ответила:

– Нет, все в порядке. Спасибо.

Я снова устроилась на ковре, на прежнем месте, как десятью минутами ранее. Только теперь казалось, что я – это и не я вовсе.

Альбомы в руках буквально прожигали ладони. Я отбросила их в сторону, но не могла так же легко выкинуть и из мыслей.

На фотографиях, несомненно, была именно я. Об этом говорило все: знакомые места, одежда, которую я прекрасно знала, мое собственное лицо на снимках, в конце концов!

Но меня безумно пугало то, что я не понимала, почему вижу эти фото впервые в жизни.

Я едва поборола желание немедленно набрать мужу. Останавливала только мысль, что это вовсе не телефонный разговор. А значит, придется ждать его возвращения домой.

– Ма…

Крохотные ручки требовательно обняли меня и тяжесть с души отступила, как по волшебству. Наверняка этим фотографиям есть простейшее объяснение. Нужно всего лишь поговорить с Кириллом…

А пока мне стоило сосредоточиться на дочери, которая нуждалась в моем внимании, как никто.

Время до вечера тянулось медленно, превращая каждую минуту ожидания в настоящую экзекуцию.

Но вот, наконец, послышался звук отворяемой двери, раздались так хорошо знакомые мне шаги и… голоса.

Похоже, муж вернулся домой не один.

Я нахмурилась и попыталась подавить мгновенно возникшее внутри недовольство. Сейчас был совсем не тот момент, когда я была рада видеть гостей.

Поспешные, резкие, решительные шаги приближались. Кирилл возник на пороге гостиной и сразу же воскликнул:

– А где же папина принцесса? Где моя Лилиана?

Он сделал вид, будто ищет глазами дочку, даже шутливо заглянул под стол: это была игра, которая очень нравилась Лили. Она тут же поковыляла к отцу, требовательно дернула его за штанину, показывая: да вот же я!

– Ах, вот ты где!

Кир подхватил Лилиану на руки, закружил в объятиях и ее беззаботный, счастливый смех наполнил собой комнату. Я, как и всегда, залюбовалась ими обоими: они были так похожи… так бесконечно довольны друг другом.

Следом за мужем в комнату вошли его друзья – Тимур и Тоня, которые, по совместительству, были крестными родителями Лили, и тут же направились к дочке.

Я поднялась на ноги, чувствуя себя в этот момент немного… забытой всеми. Чтобы как-то стряхнуть с себя это чувство, сказала:

– Тимур, Тоня, привет. Рада вас видеть.

Мне вежливо кивнули в ответ. Странно, но у меня до сих пор возникало чувство, будто эти люди до конца меня не приняли.

Зато муж наконец заметил мое присутствие. Подошел ко мне с Лили на руках, оставил на губах жаркий поцелуй и шепнул:

– Я соскучился. По вам обеим.

И мне, как и всегда, было этого достаточно, чтобы снова воспрять духом. Чтобы ощутить себя важной и нужной…

– Пойду накрою на стол, – обронила коротко, оставляя мужа и гостей за беседой о том, как Лили выросла с того последнего раза, как Тимур и Тоня ее видели.

***

Весь ужин я испытывала чудовищное напряжение, но старалась делать вид, что все в порядке ради своей девочки.

Конечно, она наверняка и не вспомнит этот первый свой день рождения, но ведь останутся фото. И мне вовсе не хотелось выглядеть на них мрачной и недовольной.

Когда Кирилл торжественно внес пышный торт, заказанный специально для Лили, я нашла в себе силы улыбнуться, отбросить тяжелые мысли хотя бы на эти мгновения, когда моя дочка задувала первую в своей жизни именинную свечу.

Лили радостно смеялась и старательно раздувала щечки, беря пример с меня и Кирилла, и общими семейными усилиями мы наконец погасили свечку с цифрой «один».

Дочка тут же потянулась к торту, желая испробовать его на вкус и пришлось перехватить ее ручки прежде, чем она проглотила бы лишнего.

Мы снова устроились за небольшим столом: Кирилл во главе, я – напротив него, а Лили на своем стульчике – со мной рядом. Тимур и Тоня сидели по бокам.

Я вяло ковыряла весьма аппетитный с виду торт ложкой и едва прислушивалась к разговору, пока меня не окликнул Тимур: