Чтение онлайн

Смахнув слезу, девушка направилась к дому, так и не получив облегчения. Молитвы остались без ответа.

Сегодняшний день обещал стать долгим и хлопотным: сегодня девушку ждали в детской школе для одиноких детей, затем в приюте для обездоленных, а вечером - она пела песни в местном церковном хоре.

Вернувшись домой, Люси надела домотканое платье и, накинув на плечи темную шаль - в знак скорби - направилась на улицу мастеров.

Последний месяц она с трудом выдерживала бешеный ритм города. Доктор Розвельт списывал ее постоянные головокружения на недостаток полезных фруктов, а внезапную хворь - на перемену строптивой погоды. Сама же Люси была уверена, что Прентвиль непомерно давит на нее своими каменными стенами и душит мрачными проулками и тупиками.

Врачи подобную теорию отрицали и в дальнейшем в ответ только мило улыбались, разводя руками: ' мол, эдакое предположение не для наших светлых умов'.

Люси их понимала.

Тяжело передать словами, собственные переживания, а уж узреть в этих самых переживаниях мистическую составляющую - и вовсе невозможно. Люди столь благородной профессии не терпели подобных оговорок и ссылок на неведомое. У них всегда существовали иные, более закономерные объяснения любой, даже самой диковинной болезни.

Оказавшись на улице, Люси первым делом бросила короткий взгляд на дальнюю часть улицы - там, где располагались портовые доки. Шепот моря был приятен и невероятно успокаивал израненную душу. Набравшись сил, девушка направилась в цивилизованную часть города. Здесь в квартале Отрешенных, она называлась Тщеславной дырой и, по мнению Люси - полностью оправдывала свое название.

Здесь не было очевидного зла, но между этим, идеальное общество не избавилось от греховных помыслов. Под маской доброты и милосердия, ненависть и безразличие процветали среди благочестивцев еще сильнее, чем в квартале Отрешенных.

Переступив через незримую границу, Люси ощутила приступ удушья. Человеческие пороки, словно назло слетелись в одно место, чтобы встретить случайную гостью.

Где-то неподалеку, в подворотне, заскулил щенок - жалобно, протяжно будто угодил в капкан. Девушка только и успела сделать несколько шагов, когда животные призывы о помощи, сменились задорным детским хохотом.

Возле кучи смердящего мусора сидел паренек лет десяти и, затягивая тонкую веревку вокруг шеи совсем еще крохотного щенка, жестоко прижимал его к земле.

– Ты что?! Зачем!
– вырвался из груди вопль отчаянья.

Мальчишка, увлеченный занятием не услышал Люси, продолжая затягивать петлю на шеи животного.

– Не смей! Брось!
– девушка схватила мальчугана за плечо.

Злобный рык и вой заставили Люси отшатнуться. Обернувшись, на нее смотрели желтые, будто змеиные глаза не ребенка, а непонятного существа.

Лицо мальчугана имело земляной цвет и только у самого рта, виднелась кровавая окантовка. Только сейчас Люси заметила, что возле живодера, выложены в ряд несколько трупов кошек.

– Ты что сдела...?
– так и не нашла в себе силы спросить она.

Мальчуган ощетинился, сгорбился, словно готовясь к нападению.

– Пошла вон, потаскуха! Пока сама не заплакала кровавыми слезами!
– голос оказался взрослым, заутробным.

Попятившись, Люси едва не наскочила на высокого, долговязого мужчину в строгих учительских одеждах.

Подойдя к мальчику, он взял его за руку и наставительно произнес:

– Проследуем к дому сэр Питер. Пора тренировать чистописание.

Единственное, что заметила девушка - это счастливую улыбку на лице ребенка и показанный ей язык.

Выскочив на оживленную улочку, Люси едва не натолкнулась на двух состоятельных господ, между которыми шел нешуточный спор.

– Я говорю вам это выгодная сделка. И даю вам, мой многоуважаемый коллега, стопроцентную гарантию.

– Ну, если вы столь уверены, мой друг, я, пожалуй, соглашусь. Риск благородное дело и мы с женой готовы участвовать в затее своим скромным капиталом.

Увидев напуганную девушку, господа остановились и, расплывшись в сальных улыбках, и не сняв шляп, последовали дальше. Для них, она была всего лишь представительницей низшего сословия, не требовавшей к себе и маломальского уважения.

Люси уставилась в след пустым взглядом. Их помыслы были известны ей наперед. Тот, что казался чуть выше и толще, уже давно собирался оставить своего компаньона в дураках, другой же - несколько лет прелюбодействовал с женой приятеля и планировал отравить его стрихнином.

Девушка чувствовала, что планы и одного, и второго, вскоре осуществляться.

Перейдя на противоположную улицу Люси на несколько секунд остановилась возле магазинчика мистера Эванса. Здесь с самого утра толпилась целая стена любителей сладких угощений. Выглядели они напыщенно, вальяжно, стараясь не совершить лишнего движения. Их тучные тела напомнили Люси мыльные пузыри, которые могли лопнуть в любую секунду.

Девушка кинула в сторону тучных тел один короткий взгляд. Все так. Все верно. Обжорство взяло над ними верх, и измученный организм вскоре обязательно даст трещину. У того вон - что постарше - в следующем месяце сердечко не сдюжит, а остальным еще до весны лишним куском пищи наслаждаться.

В соседнем окне раздался задорный девичий смех, разлившийся по улице неуемным многоголосьем. Люси подняла взгляд и узрела на одном из балконов полуобнаженного мужчину в окружение двух фривольных девиц. Те явно были на весиле и не ведали в своем поведенье никакого срама. Да и кто осудит высокородного, который решил изрядно повеселиться, поделившись своей радостью со случайными прохожими.

Подав старушке милостыню, Люси поближе прижала к сердцу крохотного щенка, сердечко которого билось трепетно и тревожно.

– Не бойся, больше тебя никто не обидит, - ласково произнесла девушка, посильнее укутав его в платок.

Этот странный дар появился у нее неделю назад и с каждым днем усиливался, рос, будто весенний цветок.

Вначале Люси действовало инстинктивно, гонимая одним наитием и желанием докопаться до правды, отстояв честное имя брата. Именно эта сила и привела ее на встречу к констеблю; и решилась, в отчаянье, открыть портал в мир мертвых. Оправдать собственные поступки и пугающий дар, возникший из ниоткуда, Люси была не в силах.