Чтение онлайн

Все, кажется я влюбилась!

И ведь не от безделья совсем, а, видимо, от «новизны ощущений» в этой новой жизни. И, кажется, моя любовь, и впервые, оказалась совершенно безответной…

Да, я могла легко обходиться без секса, но понимала, что если я хочу считать себя здоровой, то он должен быть! Ведь у всех здоровых нормальных людей он есть! Он был нужен как факт, как это всю жизнь я слышала от врачей и читала в книжках. Получив секс (а это просто), я стала чувствовать себя полноценнее – и если секс мне в этом помог, то он был нужен.

Но, конечно, и сразу за ним последовали новые проблемы, и как-то стало меньше сил. Почему это «обычная история»? Ну, об этом я тоже узнала в эти сумасшедшие полгода. Начиналось-то все очень даже обычно…

Поразмыслив, я однозначно поняла, что я не могу быть никому интересна после моей аварии и ее последствий, ну и из-за общего состояния здоровья. Конечно, в посткоматозном состоянии я не могла вызывать интерес и поняла, что нужно выздороветь стремительно (лучше завтра).

Я пробовала: врачи так быстро не помогают, и я решилась найти волшебника – благо Интернет работал, наконец, стабильно. Я понимала, что рискую, что рисковать так вообще не стоит, и что мои шансы на успех минимальны. И думала: «Но они же есть!» (очень помогла «женская теория вероятности» – или получится или не получится, вероятность 50 % на 50 %). И я попробовала, и у меня получилось, и я никому не советую так рисковать.

Почему? Я проясняла для себя этот вопрос и много узнавала: в итоге поняла, что часто такие колдуны и волшебники меняют не мир вокруг, а самого «клиента». Идея-то как раз верна, но вряд ли стоит доверять такие перемены случайным людям. Ведь управлять собой и менять себя мы можем и сами (и я даже рассказываю про такие возможности), и это означает способность управлять и собой, и ситуацией. А если это делает кто-то другой, то можно измениться, «потерять себя» или вообще об этом не знать: в общем, это будет уже другой человек и так можно испортить себе жизнь. Это будет уже другой человек, и он сам не будет знать, как и что делать дальше. И если «все очень индивидуально», то, ну, очень не стоит своей индивидуальностью так рисковать.

Итак, я очень хотела выздороветь и «все, как раньше»… Когда рисковала я, то видела сотни объявлений колдунов и магов, белых и черных… Тогда я узнала, что эффекты бывают «временные» и бывают «навсегда», а магия бывает «безвредной» (видимо, может быть и вредной). И всего этого мне удалось избежать, хотя из любопытства я даже начинала переписку с некоторыми волшебниками. Они просили фото и иногда присылали привычные «гороскопные» предсказания. Я бы, наверное, и дальше могла экспериментировать, но уже (и наконец) не хватало времени!

Все, кому я говорила о своих любовных переживаниях, недоумевали: «Ань, да на фиг он тебе нужен?!». Не знаю, но мне так хотелось, а с этим, ох, как сложно бороться! Рациональных причин не было, но я влюбилась, а это серьезная причина, хоть и иррациональная. В эти месяцы бывали и такие дни, когда я даже не писала дневник – было так ужасно, что я не хотела ничего… Даже написать книжку. В общем, все было не очень весело: я снова, уже привычно, погружалась в очередную депрессию, но именно это время стало важным и очень ярким этапом моего нелегкого восстановительного процесса… Который, к тому же, я усложняла и сама.

Моим важнейшим открытием на этом этапе стала энергетическая практика «Тенсегрити». Все началось с того, что я познакомилась с шаманом… Конечно, это не самое обычное знакомство, и о нем – в дневнике. А пока – главное. Я узнала очень много нового и стала видеть больше.

Ну, сначала я нашла в Интернете десятки объявлений и адресов, написала очень много писем всем, кто обещает счастье, и дальше начались чудеса… Через 15 минут после первого письма позвонил шаман, который смог на меня повлиять. Он сказал, что его зовут Витторио, и я подумала, что и «меня тоже Беатой звали»…

Мы встретились вечером того же дня, еще через три месяца он отправил меня на семинар, а уже через полгода исчез из моей новой жизни. Естественно, в начале нашего общения я прятала ухмылку, но на самом деле была готова использовать любой шанс.

Мы договорились о первой встрече в сквере у метро. Шаман представился, я тоже – мы познакомились и он удивительно на меня посмотрел. Я уже успела подумать: «Какой странный взгляд, я как будто проваливаюсь в него…», а он оставался таким еще несколько секунд. Потом я читала про такой взгляд в книгах К. Кастанеды, но и без этого я запомнила его навсегда.

Я задавала общие вопросы, старалась не рассказывать свою историю, после шаман погадал. Он задавал мои вопросы духу и непонятным мне образом читал ответы в знаках на снегу. Я очень вкратце рассказала о своем неудавшемся романе и недоуменно спросила: «Я что, проиграла?!». Шаман посмотрел на очередные знаки и ответил: «Да нет, скорее, наоборот, ты выиграла! Совсем скоро у тебя будет такая любовь, такая любовь! Да, ты его уже знаешь… Он придет к тебе в середине лета…».

Ну, не могу сказать, что я обрадовалась: стоя среди сугробов, я слабо представляла себе чудесную сцену летней любви… Подробности этого гадания есть в дневнике, но больше значили наши последующие встречи (которые в дневнике тоже описаны).

Шаман не предлагал зловещих ритуалов под луной, а просто советовал и присылал разные книги: например, Согъял Ринпоче, Карлоса Кастанеды. Каждый день я узнавала и понимала новое и, читая свой дневник, конечно, вижу, что теперь я поступала бы иначе. Но я не жалею о тех поступках, потому что тогда считала их нужными – так что все было естественно.

И еще мой дневник может быть прекрасным доказательством того, что можно наделать много глупостей, и все равно есть шанс потом разобраться и чувствовать себя прекрасно! И все-таки подружиться с волшебником это удивительно; как, зачем и «что было» – все подробности есть в дневнике…

P. S. Да чего я так… Я называю его «шаман» для большей ясности, а вообще я называла его Витом, могла курить в его присутствии и даже иногда ругаться матом. Шаман оказался не бородатым стариком-волшебником, а совершенно «адекватным» и «нормальным» человеком моего возраста (хотя, ох, я не знаю, сколько ему на самом деле лет).

Очень часто после пережитой комы или клинической смерти пациенты «все понимают» и «приходят к Богу». У меня такого не было, но, оказывается, это была просто пауза.

Конечно, я знала и даже размышляла о религиях, мистических верованиях, культах и т. д. Верила ли я в Бога? Мне не пришло бы в голову сказать, что «Бога нет», но я понимала, что каждый представляет эту силу по-своему. Ведь «все очень индивидуально»…

Родители крестили меня в младенчестве, разумно рассудив, что «хуже не будет»: если Бог есть, то у меня будет условный пропуск, а если нет, то что это меняет? Так мне предоставили свободу принимать решения самой – мне дали выбор. У меня был крестик, но в детстве я не бывала в церкви и не стала религиозна, однако всегда с уважением относилась к вере: «у меня есть много верующих друзей» (так это обычно звучит в интервью).