Чтение онлайн

Схватив ленту, Кибела поднесла ее к сердцу, и та исчезла.

– Ах, – качнувшись, сказала жрица, – ты бы знала, как вкусно зимой пахнут ели!

Приглядевшись, Анхель заметила пару хвойных иголок, застрявших в темных волосах.

– Бель, ты что, покидала Зачарованный лес?

Та радостно кивнула.

– Я была в Сибири, – сообщила она. – Играла в снежки.

– С кем?

– Одна, разумеется, – обиженно наморщила нос жрица. – Со мной никто не хочет играть.

– Но ты не можешь покидать Зачарованный лес, – пробормотала Анхель.

Бель удивленно округлила глаза.

– Кто сказал? Кто это сказал?

– Ты сама так говорила.

– Не может быть, – категорично отрезала жрица, и спросила: – Зачем пришла? Что опять не в порядке?

– Глафира, – начала было Анхель, но Кибела ее перебила.

– Ах, эта та, что посадила зверя в клетку? Припоминаю. Ну, и чего ты хочешь? Настала пора и ей в полной мере насладиться ценой за свои решения.

– В пещере случился обвал. Мне нужно знать, как вытащить ее оттуда.

– А зачем ее вытаскивать? – вытаращила глаза Кибела. – Глафира – повелительница камней. Она выйдет сама.

– Тогда почему она не вышла?

– Может, не захотела? – улыбнулась Бель.

– Что ты несешь?

Анхель, скрипнув зубами от злости, продолжила уже спокойнее:

– Бель, ты помнишь, что у нас намечается война с демонами?

– Не у нас, а у тебя, – поправила ее жрица. – Да, помню. Ну и что? Подумаешь, маленькая заварушка.

– Ты сказала Финниану, что он умрет, если не окропит лицо кровью волшебниц!

– Правда? Я так сказала? – изумилась Бель. – Ну, значит, так оно и будет.

Прекрасно.

– Бель, пожалуйста, соберись, – взмолилась Анхель. – Мне нужно знать, что с Глафирой!

Потому что Глафира – одна из немногих, чей дар действительно поможет им в битве.

Лицо жрицы вдруг стало серьезным, она подобралась, и довольно резко ответила:

– Твоя проблема, королева, в том, что ты не умеешь сдаваться. Не умеешь проигрывать, все время пытаешься всех спасти. Но иногда нужно уметь кем-то жертвовать, понимать, как расставить приоритеты. Занимайся своей войной – это твоя главная задача.

– Что это значит? – прошептала Анхель, побледнев.

Жрица пророчит смерть?

Нет, не может быть. Глафира не может умереть, это просто невозможно.

– Успокойся, – смягчилась Кибела. – С повелительницей камней все будет в порядке. Она скоро вернется в Хэйвен. Сама. Твоя помощь ей не требуется.

Анхель не стала скрывать облегчения, громко выдохнув. На всякий случай она уточнила:

– То есть, Глафира будет цела и невредима? А ликан?

Не то чтобы Анхель переживала за волка… Но мощь ликанов вручала им преимущество в схватке с демонами.

– Это уже второй вопрос, – поскучнела жрица. – И я не дам на него ответа. До встречи, Анхель.

Развернувшись, Кибела двинулась вглубь леса, оставив королеву волшебниц скрипеть зубами от раздражения. Сколько она помнила Бель, та всегда была такой.

«Заносчивая дрянь», – подумала про себя Анхель. Бель, не оглядываясь, крикнула:

– Скажи это вслух!

– Ты заносчивая дрянь, – завопила Анхель ей вслед, и повернула кольцо на пальце, создавая портал прямо в Хэйвен.

Оказавшись в главном зале замка, она пронеслась мимо волшебниц, готовящихся к бою. Часть уже эвакуировалась в Ла-Рошь – их родное измерение, остались лишь те, кто будет держать оборону.

И Софрония.

Замедлившись, Анхель окинула взглядом огромный зал с лестницы второго этажа. Софрония, младшая сестра Глафиры, стояла в самом углу, прижимаясь к стене, словно пыталась слиться с серыми камнями. Ее поведение резко констатировало с ее внешностью – Софи была красавицей, впрочем, как и многие волшебницы; ее красота была утонченной и нежной, подобной особе королевского рода.

По сути, Софрония и была особой королевского рода. Их с Глафирой мать, Кэлла Благословенная, была сестрой предыдущей королевы до Ирины – Ливии; и вполне могла бы стать следующей, если бы оказалась сильнее Ирины.

Но корона и право принимать решения за всех среди волшебниц передавались не по крови. Родственные связи здесь мало что значили – королевой становилась сильнейшая.

Сейчас сильнейшей была Анхель. Самой сильной из всех королев, когда-либо правивших волшебницами, поэтому было так важно защитить замок и его обитателей.

Разве она сможет и дальше зваться сильнейшей, если проиграет? Ей необходимо победить. По заверениям Кибелы, удачный исход возможен лишь в одном случае – если Софрония останется в замке.

Какой от нее будет толк, Анхель не понимала. Дар Софи был редок и полезен, но не в бою. Она умела исцелять раны – не физические, а душевные, но вряд ли какой-то демон нанесет Анхель личную обиду.

Скорее уж, ей сломают какую-нибудь кость. Может быть, все кости.

Вздохнув, королева продолжила путь в свои покои. Лучше бы Глафире поторопиться, потому что кроме нее Софронию защитить просто некому.

– Я предпочту остаться в этом каменном мешке навсегда, чем буду спариваться с тобой, – выплюнула Глафира. Ее глаза расширились от злости, волосы засверкали, излучая слабое сияние.

Варг прищурился, внимательно смотря на нее.

– Твои волосы светятся.

– Потому что я злюсь! – крикнула она, вскакивая с камня и сжимая ладони в кулаки.

Отзываясь на ее гнев, стены пещеры дрогнули.

– Полегче, милая, – пробормотал этот несносный ликан. – Иначе ты рискуешь убить нас.

– Тебя, – поправила его Глафира, мстительно улыбнувшись. – Только тебя.

Трещина в задней стене расширилась, и двинулась вперед на добрый десяток сантиметров, извиваясь, как змея.

Варг, замерев, наблюдал за тем, как трескается камень. Когда трещина остановилась, он не смог скрыть своего облегчения.

И услышал это. Слабый звук, похожий на журчанье воды. Нет, скорее на плеск в стоячих водах.

– Теперь слышишь? – взволнованно спросила Глафира.

Он кивнул, забыв, что в темноте она его не видит. Но, учитывая, какой слабый по сравнению с ликанами у волшебниц слух, она и воду не должна была услышать раньше, чем он.

– За этой стеной что-то есть, – голос Фиры дрогнул. – Думаю, надо разрушить ее.