Чтение онлайн

– Стейки.

Затем в него полетела бутылка с водой и пачка влажных салфеток.

– Вода и салфетки, – прокомментировала она, презрительно сказав: – Хотя бы вытри руки и лицо.

Варг зарычал на нее. Как она смеет? Эта грязь на его теле – ее вина! Но он удержался от язвительного ответа. Сейчас не время. Сначала она должна вытащить его отсюда. После… Он докажет ей, как сильно она ошибалась, решив оставить его здесь.

Пока он ел, торопливо заглатывая пищу, Глафира обошла пещеру по периметру. И застыла, наткнувшись на чьи-то кости. Огромные, они белели в темноте, и, похоже, были основательно обглоданы…

– Что это? – попятившись, она уткнулась спиной в стену.

Варг возник возле нее, двигаясь так быстро, что она не заметила его приближения. Уткнулся носом ей в плечо, замерев в такой позе, и тихо ответил:

– Ты заперла меня в пещере с вуивром. Он тоже не мог выйти…

И тоже хотел есть.

– Ты убил ящера?! – ужаснулась Глафира.

Вуивры были чем-то средним между ехидной и виверном; как правило, они превосходили их размерами и кровожадностью. Сражаться с такой тварью следовало как минимум в компании двух-трех воинов, в противном случае можно было с легкостью погибнуть в бою и быть съеденным.

Варг просто ответил, как будто это было чем-то обычным:

– Да. Или я его, или он меня. Я выбрал первый вариант.

Что? Да он самое настоящее чудовище! Гораздо хуже вуивра. От того хотя бы знаешь, чего ожидать…

Ну, и еще вуивры не так привлекательны внешне.

Сглотнув, Глафира сделала маленький шажок в сторону. Недовольно зарычав, Варг схватил ее за руку, потянув обратно.

– Ты вкусно пахнешь.

Вкусно? Глаза Фиры расширились. Что он имеет в виду?

Что, если он собирается ее сожрать?

– О ч-чем ты говоришь, – пробормотала она, клацая зубами.

Великая Медея, ну зачем она согласилась?

– Ты пахнешь свежестью, – мечтательно проговорил Варг.

Из груди Глафиры вырвался вздох облегчения.

Свежесть – это хорошо. Свежесть не пробуждает аппетит. Наверное, после года в пещере запах ее геля для душа кажется ему приятным. Что же, это неудивительно.

– Знаешь, – Фира аккуратно высвободила свою руку, добившись еще одного недовольного ворчания, – я очень рада, что мой запах тебе по душе, но нам нужно как-то вытащить тебя отсюда. И мне требуется осмотреть пещеру…

– Для чего? Разве ты не можешь просто поколдовать?? – презрительно выплюнул Варг, будто бы само слово «колдовство» внушало ему отвращение.

– Колдуют ведьмы, а я – волшебница, – Глафира устремилась вглубь пещеры, решив держаться от ликана подальше.

– И в чем разница?

– Ведьмы используют свою силу для создания разных заклинаний и проведения ритуалов. Силу, в свою очередь, они черпают из источника. Ну, а волшебницы просто обладают каким-либо даром. Мы получаем его от Медеи.

– Медеи? – ликан выглядел растерянным. – Погоди-ка, той самой Медеи?

– Да, – подтвердила Глафира. – Той самой.

– И каков твой дар?

– Ты еще не догадался? Я управляю камнем.

– Любым? – уточнил Варг, следуя за ней по пятам. Поначалу это раздражало, но чем дальше она углублялась в пещеру, тем больше убеждалась, что присутствие ликана ей на руку.

Вдруг он убил не всех чудищ?

– Не твое дело, – огрызнулась Глафира. Она не собиралась раскрывать ему всех карт. Еще чего не хватало – рассказать о своих слабостях врагу! Может, она и блондинка, но отнюдь не дура.

Хотя только дура могла согласиться освободить ликана из древней гробницы, в которую сама же его и загнала.

– Будь добра, отвечай на мои вопросы, – рыкнул Варг у нее где-то над ухом.

От этого Глафиру пробрала дрожь. Как он ухитряется подкрадываться к ней так бесшумно? В пещере было темно, хоть глаз выколи, и Фира продвигалась очень медленно, боясь упасть. Зрение волшебниц в темноте такое же, как и у людей, а вот у оборотней…

Проклятые псины.

– Я не обязана этого делать. Я здесь, чтобы спасти тебя, этим я и занимаюсь. И прекрати подкрадываться ко мне!

– Тебя это пугает?

Судя по звуку, Варг находился где-то справа от нее. Шумно выдохнув, Глафира солгала:

– Ничуть. Я с легкостью могу обрушить эту пещеру на твою голову.

– И сама останешься погребенной тут.

– Напротив, я смогу выбраться.

– Тогда сделай это, – предложил Варг.

Она споткнулась, чуть не упав, но вовремя восстановила равновесие.

– Что?

– Серьезно. Сделай это, Глафира. Я не умру от таких травм, а магическая защита пещеры спадет. И я смогу выбраться.

– Ну уж нет, – сердито возразила она. – Это место – святыня. Еще неизвестно, как нас покарают духи за такие проделки.

– Я уже обыскал всю пещеру. Кроме разных артефактов и золота тут ничего нет. Ни одного выхода.

– Ты просто его не нашел, – снисходительно заметила Фира.

– Намекаешь, что я плохой охотник? – прорычал Варг. На этот раз он был где-то слева. – Мое чутье в стократ сильнее твоего.

– Не спорю, – самодовольно улыбнулась Глафира, зная, что в этой кромешной темноте он все равно увидит ее ухмылку. – Но ты не умеешь слушать камни.

Каменные стены пещеры пели под ее руками. Касаясь шероховатой поверхности, Глафира внимала им; слушала чистые, заунывные звуки, похожие на виолончель.

Она никогда никому не говорила об этом – что бы подумали другие волшебницы, если бы она сообщила, что камни умеют петь?

В лучшем случае покрутили бы пальцем у виска.

Конечно, это делали не все камни. Возьми Фира в руки обычный булыжник у дороги – он бы молчал, пачкая ее ладонь пылью. Но вот некоторые, древние, ставшие свидетелями многих событий скалы говорили с ней. На своем собственном языке.

В дальней части пещеры пение камней изменилось, стало более глубоким, сильным, насыщенным. Это означало, что они старше, чем те, что на входе, и могут поведать ей больше.

– Ну? Твои камни что-нибудь тебе говорят? – рыкнул у нее над ухом Варг.

Погрузившись в собственные ощущения, Фира проворонила момент, когда он подкрался к ней. И чуть не заработала сердечный приступ.

Серьезно, он что, собирается ее до смерти довести?

– Можешь так не делать? – зашипела она, словно кошка. – Ты меня отвлекаешь.