Чтение онлайн

— Я заметила, что мужчины обычно заняты исключительно собственными удовольствиями. Если их лишить одной радости бытия, они мгновенно компенсируют ее чем-то другим. А вот мы, женщины, не такие. Но ничего, когда мы приедем к отцу, я свое возьму…

— Нам до твоего отца еще ехать и ехать, — охладил ее пыл Майк, а потом неожиданно предложил: — Слушай, уж если мы заговорили об удовольствиях, почему бы нам где-нибудь не остановиться?

— Остановиться? — Мэгги сделала круглые глаза и перешла на шепот. — Ты хочешь, чтобы мы остановили машину где-нибудь на обочине и…

— Ну почему же на обочине? Рено, к примеру, очень неплохой городишко. Мы могли бы снять в гостинице отличный номер с большой ванной, где можно поплескаться вдвоем, а вечером сходили бы на какое-нибудь шоу. К чему отказывать себе в удовольствиях или откладывать их на потом?

Мысль Мэгги понравилась.

— Но ведь отец ждет нас сегодня к вечеру?

— Перед тем как мы снова пустились в путь, детка, я позвонил твоему отцу и предупредил его, что мы немного задержимся.

— Так вот, значит, почему ты так спешил? Хотел побыстрее добраться до Рено? — догадалась Мэгги, заметив в глазах мужа особый блеск, говоривший о сжигавшем его желании.

— Ты имеешь что-нибудь против остановки в Рено?

— Ну почему же? — промолвила Мэгги тоном бывалой путешественницы. — Рено очень милый город и всегда мне нравился.

Комната была роскошной. В таких апартаментах Мэгги еще не приходилось останавливаться, хотя по работе она частенько переезжала с места на место. С другой стороны, она обычно путешествовала на средства телестудии, а там умели считать деньги, поэтому корреспонденты проводили ночи преимущественно в мотелях.

Кровать со всех сторон была окружена зеркалами — зеркала были даже на потолке. Впрочем, Мэгги не сомневалась, что спальня в пятизвездочном отеле будет роскошной, и ожидала увидеть нечто подобное. Сюрпризом для нее явилось другое — опоясывающая номер снаружи терраса, позволявшая в любой момент выходить на воздух и любоваться красивейшим в мире закатом.

Приятными открытиями для нее стали также персональный бар в гостиной, огромный, облицованный кафелем камин и гигантская ванна, просторнее которой ей еще не приходилось видеть. А создающих комфорт мелочей было просто не сосчитать: к ним можно было причислить такие изыски, как джакузи, отдельные душевые, подогретые полотенца, шелковые халаты с монограммой отеля на груди и многое, многое другое.

— Изумительно! — воскликнула она, оглядывая великолепие застеленного пушистым белым ковром номера. — В таких местах молодожены из высшего общества проводят медовый месяц?

Майк, не спуская с нее глаз, кивнул.

— Как хорошо, что мы не встретились и не поженились десять лет назад!

— Это почему же?

— Потому что десять лет назад я ничего бы этого не оценила.

— Возможно, но через десять лет мы могли бы снова приехать сюда, чтобы провести здесь второй медовый месяц.

Мэгги залилась счастливым смехом.

— Я люблю тебя.

— Между прочим, я подсчитываю, сколько раз ты сказала мне эти слова.

— Намекаешь, что хотел бы слышать их почаще?

Майк с готовностью кивнул.

— А тебе не наскучит?

Вместо ответа Майк одарил ее пламенным взглядом и начал раздеваться.

— Может быть, выпьем сначала по бокалу вина?

— Неплохая идея. Но почему ты спросила об этом сейчас?

— Потому что ты уже начал раздеваться.

— Правда? А я и не заметил.

— Думаю, если бы разделась я, ты бы заметил.

— Вряд ли.

— Не верю.

Между тем Майк натянул на себя один из лежавших на постели шелковых халатов и, не завязывая его, направился к бару.

— Не веришь? — повторил он, не оборачиваясь. — Попробуй снять одежду, и ты убедишься, что я не солгал. — Открыв стеклянную дверцу бара, он спросил: — Что будешь пить?

— И ты даже не попытаешься меня соблазнить? — обиженно протянула Мэгги.

— У меня этого и в мыслях нет, — заверил Майк, хотя его глаза стали уже совсем темными, даже черными, как угольки.

— Налей мне белого вина, — попросила Мэгги, задергивая шторы.

— Зачем ты это делаешь? Нас здесь никто не увидит.

— А пилоты?

Майк расхохотался и начал разливать напитки. Делал он это очень медленно, поскольку больше следил за тем, как облачалась в свой шелковый халат Мэгги. Она тоже не стала завязывать пояс и направилась к Майку в оправе развевающегося шелка, который больше открывал, чем скрывал.

Взяв у него бокал с вином, она уселась на высокий стул у бара и принялась потягивать холодную терпкую жидкость, не сводя с него глаз.

Майк провел рукой по отворотам ее халата и накрыл ладонью одну грудь.

— Надеюсь, ты не станешь меня соблазнять?

— Ты ведь только что утверждал, что ничего не замечаешь.

— Ничего — это слишком сильно сказано.

— То есть в некоторых случаях твоя выдержка дает сбои?

Майк рассмеялся:

— Выдержка у меня что надо. Если я спрячусь от тебя за стенкой, она меня не подведет.

— Ты что же, так и будешь всю ночь стоять? — поинтересовалась Мэгги.

Майк подошел к ней и распахнул халат.

— Видишь, в чем загвоздка? Я бы, конечно, проявил выдержку и был бы холоден как лед, только вот он мешает. Ведет себя, понимаешь, как ему вздумается. Иногда мне кажется, что он обладает собственным разумом и зрением.

Мэгги устремила взгляд на некий предмет, на своеволие которого ссылался Майк.

— Ты называешь его «он»?

— Если бы кто-то назвал его «она», я бы очень удивился.

— Интересно, о чем он сейчас думает?

— А то, о чем думаю я, тебя уже не интересует? Давай не будем его пока ни о чем спрашивать. Знаю я, чем эти интервью заканчиваются.

Мэгги ухмыльнулась:

— Хорошо. Чего бы в таком случае хотел ты?

— Может, нам окунуться?

— Точно, я совсем забыла, что в нашем номере есть еще и бассейн.

Они пошли в комнату с бассейном, зажгли свет и, скинув халаты, бросились в воду.

— И тебя это зрелище нисколько не взволновало?