Чтение онлайн

Марко тихо рассмеялся.

– Большинство женщин упали бы в обморок от шока, вас же интересуют жуткие детали.

– К настоящему времени вам должно быть ясно, что я не принадлежу к большинству женщин.

– Согласен.

Когда его лениво прикрытые веками глаза остановились на ней, невозможно было определить выражение его лица. Под его пристальным взглядом она почувствовала, что ее бросило в жар. Какой видел он Кейт Вудбридж? Эксцентричным синим чулком? Вспыльчивой хулиганкой? Наглой воровкой?

Бесстыдной шлюхой, предложившей ему себя на блюде?

К черту то, что он думал. Кейт вздернула подбородок.

– И неудивительно, что вы находите мое поведение заслуживающим презрения.

– Кто я такой, чтобы судить вас? – мягко возразил Марко. – Мне кажется, что вы проявляли восхитительную изобретательность и храбрость, когда попадали в сложнейшие ситуации. – Его рот дернулся. – Принимая во внимание мое пренебрежение правилами света, будет ужасным лицемерием осуждать вас за то, что вы поступаете сейчас так же.

– Вряд ли можно ожидать подобной справедливости от большинства джентльменов, – сказала она.

При этих словах у него в глазах промелькнуло изумление.

– Теперь вам должно быть очевидно, что я не похож на большинство джентльменов, Кейт.

Правда – ни у кого другого не было таких прекрасных глаз цвета бренди, темных, глубоких. Загадочных.

– Кстати о наблюдении, – наконец сумела сказать Кейт. – Мне не терпится услышать, что вы заметили. Ну о фон Зайлиге.

– Начать с того, что он был убит не ножом.

Она нахмурилась.

– Но следователь сказал, что лезвие пронзило сердце полковника. Он ведь не мог ошибиться в этом.

– Стальной клинок действительно вошел между ребрами, – согласился Марко. – Но рана не слишком кровоточила. Я уверен, что Зайлиг был уже мертв, когда его ударили ножом.

Она оцепенела.

– Тогда зачем кому-то понадобилось красть мой нож?

– Я полагаю, что вы сами оставили его в корзинке с травами, – ответил Марко. – Что касается того, почему кто-то воспользовался им, думаю, это очевидно для каждого, обладающего вашим интеллектом.

– Но почему?

Ее оцепенение стало еще глубже, ей стало трудно говорить.

– Почему кому-то захотелось обвинить меня в убийстве?

– Хороший вопрос. Будем надеяться, что мы сумеем найти ответ.

«Мы». Простое короткое слово было словно спасительным канатом, брошенным в бурное море. И на мгновение Кейт испытала отчаянную потребность почувствовать, что не одинока.

– Благодарю вас, – пробормотала она. – Должна признаться, что я очень благодарна за ваше предложение помочь, лорд Гираделли. Это очень… очень благородно.

Марко приблизил к ней лицо, и на одно мгновение она подумала, что он собирается поцеловать ее.

Но он лишь сказал:

– Не совершайте ошибки, думая, что я благороден, cara, я не таков. – Запах земли от его тела вился вокруг нее, вытесняя воздух из легких.- Я аморальный негодяй, и никогда не забывайте об этом.

Кейт коснулась кончиками пальцев его щеки. Марко отшатнулся, но она не убрала руки.

– И все же, Il Serpente, мне кажется, что ваши ядовитые зубы не так остры, как вы хотите их представить.

– Змеи – хладнокровные создания, и ими руководит примитивный мозг, – произнес Марко грубым шепотом. – Они нападают без предупреждения.

Быстрым, легким движением руки он отстранил ее.

– Не подходите слишком близко, Кейт. Я ядовит.

Кейт медленно потерла запястье.

– Возвращайтесь в дом и проводите леди Шарлотту в ее комнату. Мне нужно немного покопаться вокруг оранжереи, и будет лучше, если я займусь этим один.

Не дожидаясь ответа, он развернулся на каблуках и направился через лужайку.

Кейт наблюдала, как ветер раздувал по плечам его длинные кудрявые волосы, и это напомнило ей голову Медузы с извивающимися змеями. Опасный. Очень опасный. Казалось, сам воздух предупреждал ее об этом.

Затем тучи закрыли солнце и его фигуру поглотили тени.

– Что, черт подери, вы тут делаете? – Шарлотта резко выпрямилась от неожиданности, чуть было не выронив увеличительное стекло с медной ручкой. – Право, сэр! – раздраженно произнесла она, покраснев от негодования. – Почему вы крадетесь за мной таким образом?

– Меня вряд ли можно обвинить в том, что я «крадусь» в своем собственном имении, леди Фенимор, – жестко заметил Клейн.

Имение, которое превратилось в дом для убийцы, – напомнила дама.

– Его ноздри раздулись, когда он сделал глубокий вдох.

– Именно поэтому безопаснее всего для вас оставаться в собственных покоях, а не бродить вокруг одной в поисках бед и напастей.

– Бед и напастей? – с жаром произнесла Шарлотта. – Я ищу свидетельства того, что поможет доказать невиновность Кейт в этом преступлении.

Герцог потер переносицу.

– Значит, вы не верите, что она совершила это?

– Разумеется, нет. Как вы могли такое подумать?

– Не трудись оправдывать меня, Шарлотта. – Кейт вышла из-за группы пальм. – Нельзя винить его светлость за то, что он думает самое худшее про меня. Ведь он совсем меня не знает.

Лицо Клейна сморщилось, когда Шарлотта бросила на него мрачный взгляд.

– И чья это вина? – спросила она.

Герцог заколебался. Выражение его лица казалось неуверенным. Но когда Шарлотта нахмурилась, он качнулся вперед и неловко обнял внучку.

– Леди Фенимор права, когда бранит меня. Я могу винить только себя одного, – пробормотал он в ее волосы. – Прости меня, Кат… Кейт. Это все моя вина.

Кейт насторожилась, затем смягчилась в его объятиях.

– Нет, эго не так, – слабо возразила она. – Я не соответствовала эталону порядочности. Извините, что вам приходится выслушивать отвратительные вещи обо мне.

– Мне следовало и раньше защищать тебя от жестокостей этого мира, но я был слишком горд.

Угрызения совести проявились у герцога на лице. В слабом свете линии вокруг его глаз выглядели так, словно были высечены острым резцом.