Чтение онлайн

– Замолчи, – шипит она. Ее палец проводит по сжатым губам Криса, разглаживает атласную гладкость, Крис чуть приоткрывает рот, и пальчик Тори ныряет туда – в горячие губы, в откровенный поцелуй, в сексуальное желание. Она принуждает его облизать ее палец, сжать его языком и губами; на миг Тори ощущает себя – нет, не главное, но главным блюдом, которое он пробует. И это заводит обоих.

– Сами разберемся, – шепчет Крис, выпуская ее палец из губ. Его заметно трясет, но он сохраняет видимость спокойствия. – Пошел вон. Деньги оставь себе.

***

– Я научу тебя делать мне хорошо…

Голос мужчины холоден и спокоен, он обжигает ледяной мертвенностью, так, что по коже девушки от страха бегут мурашки, но она упрямо сцепляет зубы, опускает голову и лишь слегка шевелит пальцами, двигает кистями перехваченных наручниками рук, чтобы почувствовать хотя бы иллюзию свободы. Ей хочется кричать, но она заставляет себя молчать усилием воли, хотя ее шумное испуганное дыхание скрыть трудно.

Ладонь мужчины – тяжелая, горячая, – скользит вдоль ее прекрасной обнаженной спины, меж лопатками, вниз, по позвоночнику, наслаждаясь гладкостью кожи девушки, надежно зафиксированной. Между ее ног – штанга, сдвинуть колени не получится, и девушка сжимается, когда ладонь мужчины, неспешно обведя ее ягодицу, даря нереальное наслаждение, а затем скользнула между ее ног – невесомо, лишь касаясь самыми кончиками пальцев, но эти прикосновения – словно удар током, пронзают напряженные нервы, и девушка вздрагивает.

– Стоп-слово – яблоко, – вкрадчиво говорит он. Серебристый стрекот ножниц взрывается в мозгу, словно бомба, девушка ощущает холодные прикосновения металла, и последняя вещь, что была на ней надета – черные кружевные трусики, изрезанные теперь, – покидает ее подрагивающее тело. – Но, думаю, оно нам не понадобится?

Теперь она полностью обнажена, беззащитна, связана и обездвижена, полностью во власти мужчины, таящегося в темноте. Блики приглушенного света играют на ее обнаженной, часто вздымающейся груди, на ее плечах, и девушка сладко стонет, когда его ладонь ловит ее грудь и чуть сжимает пальцами сосок. Прикосновение тысячами игл покалывает ее нервы, мужчина ласкает ее – умело, слишком сладко, – наблюдая, как девушка от наслаждения забывается, запрокидывает лицо и дышит, шумно дышит, чуть раскрыв манящий влажный рот с подрагивающим языком…

Его ладонь, поглаживающая ее ягодицу, становится вдруг жесткой, девушка ощущает ее внезапное превращение из ласкающей и теплой в жестокую и безжалостную, и в следующий момент на ее ягодицу обрушивается хлесткий удар. Девушка вскрикивает, сжимается, пробует увернуться от следующего удара, но металл на ее теле заставляет ее остаться на месте, и хлесткий удар повторяется, заставляя ее жалобно скулить. Она беспомощна и раскрыта – об этом ей напоминают его пальцы, снова трогающие ее снизу, будто проверяющие, не намокла ли она. Кожа ее горит, слезы катятся по лицу, боль растекается страхом по нервам, по всему ее телу, пронизывает каждую клеточку, и следующее касание – невесомое, как дуновение ветра, – кажется ей волшебным светом звезд, проникающим сквозь кожу в ее мозг. Снова нежное, дарующее почти наркотическое наслаждение… Чередование страха, боли и удовольствия сводят ее с ума, голова ее кружится, словно она пьяна крепким алкоголем, и ей кажется, что она падает в бездну безумия все ниже и ниже…

– Стоп-слово? – вкрадчиво произносит мужчина в темноте, поглаживающий ее заалевшие от его шлепков ягодицы, тиская их, наслаждаясь податливостью ее тела и своей властью над нею. – Или продолжим? Это только твой выбор.

– Нет! – с вызовом отвечает девушка. Ее хриплый голос срывается, дрожит, и она вскрикивает, когда его пальцы снова касаются ее между ног, разглаживая бархатную кожу на припухших половых губках. – Мы продолжим!

– Отлично! – отвечает он. – Слушайся меня.

***

Желание Криса порочно и страшно. Это Тори поняла, оказавшись всецело в его власти, увидев его темные глаза, полные животного желания. Даже когда он поцеловал ее, вдыхая в ее тело страсть и свое желание, он не перестал быть таким пугающим. Он смотрел так пристально, словно своим взглядом пытался проникнуть в самую душу девушки, словно старался рассмотреть в ее глазах так понравившееся ему восторженное обожание.

Но сейчас это обожание тонуло, захлестываемое страхом. Поцелуй – чувственный, страстный, долгий до головокружения, – вдохнул немного жизни в исчезающее чувство, но стоило Крису отстраниться, как он снова увидел страх.

– Не бойся, – сказал он мягко, что так странно не вязалось с его хищной, опасной неторопливостью. – Ты можешь все остановить в любой момент.

Тори не ответила, покорно опустив голову, и рука Криса снова скользнула по ее ягодицам, обводя их округлости. Пальцы мужчины неспешно провели по раскрытой перед ним промежности, отчего девушка дрогнула и попыталась стыдливо сжать бедра. Но ей не удалось этого сделать; и она вскрикнула, когда пальцы Криса грубо толкнулись в ее сжавшееся лоно, глубоко и плотно прижались и погладили так, что вмиг живот девушки наполнился пульсирующим теплом, и она ахнула, прогибаясь в пояснице так, словно в ее животе была невероятная тяжесть. Теперь ей не хотелось стыдливо сжимать ноги. Теперь ей напротив хотелось расставить их шире, но штанга плотно обхватывающие лодыжки кандалы не дали ей изменить положения ног. Даже чистое наслаждение было перемешано с пыткой, с невозможностью контролировать свое тело, его положение. И в этом тоже было что-то пугающее. Крис словно пытался завладеть ею всей, подчинить своей воле самое незначительное ее движение, и внимательно наблюдал из темноты за ее борьбой с самой собой.

Тори шумно дышала, постанывала, ощущая, как пальцы неспешно и очень мягко массируют ее изнутри, тянут вниз, наполняя ее тело жаром – слишком медленно, слишком мало! Девушка нетерпеливо завозилась, подалась назад, стараясь надеться на его пальцы полнее, но тут же получила обжигающий шлепок по ягодице, обрушившийся на нее словно кипяток. Крик вырвался из ее напряженного горла, девушка сжалась, ощущая, как в ее сжавшемся, ставшем невероятно узким лоне неумолимо движутся его пальцы.

– Ты кончишь только тогда, когда я тебе разрешу, – резко произнес Крис, осторожно поглаживая заалевшее пятно на ее коже – и резко, почти грубо впиваясь в ее бедра жесткими пальцами, раздвигая их шире и безжалостно погружая пальцы внутрь, вводя их в узкое лоно так умело и сладко, что Тори готова была выть. – Только тогда, когда я этого захочу.

Его ладонь снова хлестко опустилась на ее ягодицу, и девушка едва не зарычала от боли, обжегшей ей кипятком нервы, заставившей ее снова сжаться и неимоверно остро, полно ощутить толкающиеся в ее лоне пальцы. Казалось, Крис поймал ее женское естество на кончики своих пальцев и теперь осторожно массирует, гладит, словно бутон цветка, помогая ему раскрыться.

Вторая его рука коснулась напряженного живота девушки, и Тори едва не зарыдала, ощутив безжалостное прикосновение к лобку, ниже, к губам, и, наконец, к пульсирующей жгучим желанием точке. Крис продолжил свои ласки, неспешно, очень неспешно и очень сладко, так, что Тори плавилась под его руками, трепеща, дрожа всем телом, поскуливая, изо всех сил стараясь удержать себя в том положении, в котором он велел ей оставаться.

– Пожалуйста, – проскулила Тори, извиваясь, припадая на локти, но Крис не ответил ей, продолжая неспешно и сладко терзать ее тело. – Пожалуйста!

– За неповиновение ты будешь наказана, – заметил Крис.

Острая боль снова окатывает ее кожу, ягодицы, чувствительные внутренние стороны бедер – все горит огнем, и Тори кричит и извивается, сходя с ума, и не понимая, отчего наслаждение не утихает в ее теле, а лишь острее колет каждым прикосновением. Она зажимается, страдая, стараясь вывернуться из-под беспощадных рук, ласкающих ее, и снова получает обжигающий удар, который раскаляет ее кожу докрасна.

– Стой смирно, покорно и проси.

Голос Криса спокоен, но в нем слышится жажда, словно гудящее пламя. Жажда власти. Жажда ее покорности. Жажда подарить ей наслаждение – которое она смиренно попросит. Жажда повелевать ее разумом.

И Тори, багровея от усилий, стоит смирно, хотя ее бедра дрожат, дрожь сотрясает все ее тело.

– Позволь мне кончить, – шепчет она, замирая, потому что на миг ей показалось – он убрал руку, и накатывающее наслаждение отступило.

– Ты хочешь этого? – спрашивает он вкрадчиво, и Тори на миг замирает.