Чтение онлайн

Гомон мгновенно замер и все уставились на меня. Сразу под окном с внутренней стороны стоял длинный стол, за которым сидели пятеро мужчин, одетых в зеленые и красные камзолы, расшитые золотом. От страха я чуть не споткнулась, но тут же приподняла свое рваное платье, обнажив натертые ноги, и элегантно прошлась вдоль гряды тарелок и чашек в конец стола, стараясь не грохнуться на земляной пол

.— Разрешите? — раздался вдруг голос слева. Один из мужчин, сидевших за столом, зачарованно смотрел на меня снизу широко раскрытыми глазами, — мадемуазель, должно быть, имела вескую причину, чтобы попасть сюда таким необычным способом?

Он слегка поклонился и подал руку. Мужчина был молод, свеж и чисто выбрит. Его белокурые локоны лежали аккуратно зачесанными назад в длинный хвост, а серые глаза смотрели дружелюбно и с любопытством.

Я прочистила горло, подняла голову повыше и кончиком пальцев взялась за его теплую ладонь:

— Мадемуазель Жюстина, — назвала я первое попавшееся имя, которое мне вспомнилось.

Он помог мне спуститься.

— Маркиз Де сад. Анатоль Де Сад, — он еще раз поклонился и поцеловал руку, не отрывая взгляд от лица. Я заметила, что он ни разу не посмотрел на мою грудь, хотя видок у меня был еще тот.

— Де сад? — до меня вдруг дошло. — Де сад? Тот самый…

— Тот самый…Наша семья довольно популярна, но не думал, что вызову такое удивление.

— Ешкин, — я прикрыла рот рукой.

Значит, я попала по адресу. Главное — теперь не упустить рыбку с крючка.

— Вы не здешняя? А впрочем…, — он вдруг засуетился, — вы наверное голодны?

— Да, наверное, это заметно, но я действительно устала и проголодалась.

Постепенно крестьяне продолжали заниматься своими делами — есть и пить, лишь иногда поглядывая на меня. Зато здешние женщины смотрели на меня с явной злобой так, что это заметил даже Анатоль.

— Вы не из числа их компании.

— В первый раз здесь. Проездом. Меня ограбили, поэтому я в таком виде, — соврала я. Не говорить же ему правду?

— Ох, иногда люди бывают довольно жестокими, надеюсь, вы не пострадали? — спросил он участливо, предлагая сесть возле него.

Остальные мужчины за столом были более холодны — они лишь вежливо кивнули мне и продолжили общение между собой.

"Ах ты сволочь!" — я услышала грозный рык, не успев присесть на предложенное место. Мужик, который напал на меня, ворвался внутрь харчевни и был полон желания убивать. Я прижалась задом к столу и глянула на Анатоля в надежде, что тот меня защитит. Конечно, я оказалась права. Анатоль выступил вперед, коснувшись пояса — из под чуть распахнутой полы камзола я увидела кобуру и торчащий оттуда револьвер.

Мужик в дверях выглядел зло, от пота его волосы прилипли ко лбу — хотя после заката солнца довольно похолодало, но кровь в нем бурно кипела. Еще бы! Какая-то мадемуазелька двинула его в пах — попрала мужское самолюбие.

При взгляде на Анатоля, простолюдин поостыл, бросив:

— Уже успела себе защитничка найти! — с этими словами он удалился из харчевни.

— Ну вот, он ушел, все закончилось благополучно, — Анатоль повернулся ко мне и еще раз пригласил сесть. Повторять дважды не пришлось. Я нырнула за стол и набросилась на куриную ножку, лежавшую ко мне ближе всего.

Из-за того, что места было мало, нам пришлось потесниться, а я оказалась зажата между Анатолем и его провожатым. Из обрывков разговора я сделала вывод, что это нечто вроде охраны, во всяком случае несколько раз прозвучала фраза: “в этой части лютуют бунты, крестьяне недовольны, здесь может быть опасно для вас, сир”, на что Анатоль только отмахивался.

Я с набитым ртом промычала:

— Это самая вкусная курица, которую я ела!

Мужчина неспеша грыз лепешку и посматривал на меня, иногда улыбаясь чему-то своему. Вдруг он заметил мой перевязанный палец, когда я подняла руку, чтобы с удобством обгрызть косточку.

— Вы ранены? У меня есть мазь травницы, которая отлично помогает при небольших ранах. Она в моих вещах, привязанных к лошади.

— Вы очень благородны, Анатоль.

Один из сопровожатых странно на меня взглянул и произнес:

— Вам следует употреблять обращение Ваше сиятельство или же Ваша милость.

— Оставьте эти правила этикета для королевских дворов, мой милый друг, — Анатоль улыбнулся и его серые глаза заискрили.

Внезапно толпа загалдела и все обратили внимание на вход харчевни. Там стоял хозяин с куском дымящейся кабанятины. Я заулыбалась и подскочила.

— Аве мария, — крикнула я. — Аве Мария!

Но отведать кабанятины не удалось. Внезапно послышался глухой удар и хозяин харчевни удивленно оглянулся и тут же упал. Дымящийся кусок мяса отлетел в сторону, разбрызгивая жирные пятна. Все замолкли. В харчевню медленно вошел мужик, который напал на меня, прямо за ним стоял высокий бородач, одетый в синий выцветший камзол — судя по всему, украденный у кого-то из знати. А еще сзади целая толпа крестьян, вооруженных разного вида оружием — вилами, кирками, копьями.

— Е-мае, — воскликнула тихо я, и схватилась сзади за Анатоля. Тот отодвинул меня назад и медленно достал револьвер.

— Господа, — сказал он, — что вам нужно? Давайте разберемся по хорошему. Сегодня прекрасный вечер и хорошая погода для драки.

Мужик прошел несколько шагов и с отвращением сплюнул. Затем произнес.

— Ваша, так называемая королевская знать, не делает ничего, чтобы помогать нам. Наших людей убивают, утаскивают жен и дочерей на болота в угоду твари, от мужчин остаются лишь одни черепки после таких налетов. Наши урожаи гибнут! И вместо того, чтобы нам помогать, — он обращался ко всем присутствующим в харчевне, — они приходят и забирают наших баб.

Я хотела пискнуть, что я ничейная тут баба, но обстановка была слишком накаленной, чтобы привлекать к себе внимание. На краю стола лежал небольшой, но острый ножик для резки мяса. Не поворачиваясь, я аккуратно его взяла в руку. Холодная сталь приятно охладила кожу и заставила чувствовать себя увереннее — во всяком случае, задаром жизнь не отдам.

Тем временем обстановка накалялась. Кроме компании Анатоля и его сопровожатых, остальные очевидно были обычными крестьянами, а значит принимали сторону главного зачинщика, постепенно обступая со всех сторон нашу компанию. Те, кто не хотел участвовать в драке, медленно выходили из харчевни и отходили в сторону, готовясь смотреть на кровавое побоище.

Сопровожатые Анатоля стали в стойку и достали револьверы, держа наготове кинжалы.

— Я в последний раз повторяю. Мы не хотим драться. Мы здесь проездом и никакой ответственности не несем, — сказал спокойно Анатоль.

— Не несут они ответственности, — усмехнулся мужик, затем вытер вспотевшие руки о косоворотку и глянул на меня, прищурившись, — впрочем есть кое-что, что спасет ваши жизни. Она, — он кивнул на меня, а я сжала кинжал посильнее. Конечно, Анатоль у меня сразу вызвал доверие, но доверять здесь не стоило никому. Он глянул на меня и тут же отвернулся, замолчал. Он точно решил меня сдать этому уроду! Я до боли закусила губу, чтобы не заплакать. От меня сейчас не зависело ничего. Вновь моя судьба была в руках мужчины.