Чтение онлайн

Саня сцепила зубы. Порадовалась, что фамилия осталась прежней, это хотя бы доказывало, что она — это всё ещё она, а не кто-то другой, в которого перескочила её душа.

Но лучше бы фамилия поменялась, раз такие чудеса творятся. И к её изумлению, буквы потекли, тут же отобразив новую фамилию: Калинкина.

— Издеваетесь? — крикнула ошалевшая Саня. — Ничего лучше подобрать не смогли?

Буквы в фамилии замигали, словно предоставляя ей выбор. Санькины мысли заметались в голове в поисках ответа. Какую же фамилию? Да нафиг нужно! Пусть хоть фамилия будет родная. Не менять же после этой катастрофы все остальные документы.

— Берёзкина! — чётко произнесла. И — о, чудо! — буквы вернулись в привычную надпись и застыли. Берёзкина Аксана Даниловна — значилось опять на главной странице паспорта. А вот фотография осталась новая.

Саня ахнула от новой мысли и поспешила перевернуть страницы — не обзавелась ли она мужем, невзначай, или детьми?

Но остальные странички остались пустыми. Ни мужа, ни детей! Только штамп военнообязанной, как у всех медиков. И прописка осталась прежняя. Вот уж радость. Иначе стала бы бездомной красавицей.

Но кто же она теперь? И за что ей это всё? Как же она на работу теперь вернётся в таком виде? Её же никто не узнает! Коллеги точно не поверят. Даже если соврать, что сделала пластическую операцию, а волосы нарастила. Нет, волосы — меньшая из её проблем, их всегда можно отрезать.

Открыв главный разворот паспорта, убедилась, что всё ещё Берёзкина Аксана. Но тревога не покидала. И в следующий час Саня ещё раз десять открывала и проверяла паспорт. Перед тем, как открыть паспорт снова, громко сказала:

— Мне семнадцать!

Ну а что, пусть будет меньше лет, с неё и спрос меньше. Открыла паспорт и охнула — действительно изменилась дата рождения. Даже не дата, год рождения стал двухтысячным. Сам день рождения остался прежним: семнадцатого сентября. Чудеса! Но так даже лучше — до совершеннолетия чуть больше двух недель. Как-то она мало подумала, загадывая себе новый возраст, не то, чтобы ей нужно покупать сигареты, не курит, к счастью, но в принципе, у совершеннолетних больше прав и свобод.

Есть не хотелось, Саня без аппетита пожевала корочку хлеба из продуктов, что везла тёте Клаве и забыла отдать. А вот глаза уже слипались, накатила апатия, захотелось спать. Мысли текли вяло — хорошо бы вернуться в ванную, да смыть косметику. Саня не была уверена, что накрашена, но вдруг. Ну разве бывают у рыжих такие чёрные брови и ресницы?

Только страшная лень одолела. И усталость. Всё утром. Всё потом.

Думала, что не сможет уснуть в чужой кровати, но провалилась в сон сразу. Ни единого сна не увидела, проснулась отдохнувшая и бодрая, но сникла, сразу всё вспомнив. С ней случилось нечто сверхъестественное. И где искать ответы — пока не ясно.

Саня прихватила полотенце и новый шампунь и пошла в душ — взбодриться и смыть ненужную косметику, если та всё же была. Взбодриться получилось, а вот губы, ресницы и всё остальное цвета не изменило.

То ли что-то влагостойкое, то ли модный нынче татуаж, то ли у неё теперь это естественный окрас. Было же такое в каком-то кино! Да, Белла из «Сумерек» стала красивой вампиршей, но не изменилась же полностью!

Саня ещё раз оглядела зубы, но клыки не попытались вылезти, превращаясь в вампирские. Да и крови ей точно не хотелось. Прислушалась к себе, представила густую красную кровь. Чуть не стошнило.

Выдохнула, для вампира она довольно загорелая, причём во всех местах. Или это естественный цвет кожи? Жуть!

С волосами замучилась, вымыть-то не проблема, даже как-то приятно оказалось — стать обладательницей такой густой и красивой гривы, а вот как сушить? Обрезать бы их, чтобы не мучиться!

Не успела так подумать, как её обдало тёплым ветром, и волосы мигом стали легче, высохли и заблестели в отражении богатой копной — волосок к волоску.

Будь у Саньки под рукой бутылка водки или коньяка, выхлебала бы до донышка, не задумываясь.

С каменным лицом она завернулась в полотенце и пошла в свою комнату. Одевалась почти бездумно, чистая смена имелась. Правда пришлось влезть во вчерашние джинсы. Успела подумать, что теперь одежда ей не слишком подходит — талия стала уже, а бёдра шире, ещё и грудь увеличилась с уверенной единички до примерно хорошего третьего размера, но хотя бы осталась упругой.

Джинсы сели, как влитые, словно сами подстроились под новую фигуру. Лифчик тоже увеличился, легко вместив её новый размер. Уж как она увеличение груди вчера проморгала — вообще за гранью. Ведь по логике центр тяжести сместился, она должна была это ощутить. И коса тоже ощущалась сейчас тяжёлым дополнением к потрясениям в головушке. Но видно, она слишком вчера устала, что даже не заметила настолько кардинальные перемены. Или это так магия действовала?

Саня устала удивляться. Для неё всё это было слишком. И поделиться ведь не с кем, получается. Никто не узнает её теперь. А ещё магия, в её существование пришлось поверить. Как говорится — хотела? Получите и распишитесь!

Как ни смешно, расписаться никто не предлагал, хотя бы и кровью. Её вообще ни о чём никто не спросил. Так откуда дровишки? Почему именно вчера? За что над ней так издевнулись небеса?

Но ничего, ничего, она ещё это обязательно выяснит, не станет спускать на тормозах! Должен же кто-то ответить за такое безобразие?! И вернуть всё, как было!

Вдумчивый анализ ситуации не внёс никакой ясности. Что-то случается в ответ на её пожелания, как просушка волос. Что-то само — как изменения тела, фотография в паспорте и дата рождения.

Саня попробовала пожелать стать прежней внешне, но ни фига у неё не вышло. Или есть ограничения в желаниях, или от неё ничего не зависит. Ни один из вариантов ей не нравился, но предстояло смириться хотя бы временно. Потому что Саня отчаянно не желала поверить, что сходит с ума. Впрочем, кто знает, может, это уже случилось?

Когда же, когда она стала другой? Этот вопрос её уже просто измучил. Почему-то казалось, что если узнает, когда, то автоматически поймёт — как?

С чего начать расследование Саня никак не могла решить. Камеры на вокзале? Да кто же подпустит её к записям этих камер? Кассирша в гипермаркете? Смешно, перед ней за день прошли сотни или тысячи покупателей. Да и сама Саня не была уверена, что вспомнит ту кассиршу. Кстати, и в магазине есть камеры, но опять же, никто ей записи не покажет.

Единственное, что пришло в голову из наиболее реалистичного после мучительных раздумий — разыскать туристов-походников и аккуратно расспросить Арсения Марковича, не заметил ли он за их короткое знакомство внезапных перемен в ней, Саньке.