Чтение онлайн

Ежесекундно взгляд пилота обегал шкалы координаторов, гирокомпас, лаг, хронометр, обрывок ленты с параболой нырка. Малейшие отклонения от расчетной траектории он тут же корректировал легкими движениями пальцев и откладывал в памяти. Корабль шел легко, флюктуации не наблюдалось. С идеальной точностью заложив вираж, Ульc лег на обратный курс. Тут даже думать не приходилось: руки сами помнили, что им делать.

Снова по корпусу корабля пробежала дрожь, и бездействовавшая часть экранов, шкал и циферблатов снова ожила.

Нырок закончился.

Теперь электронный лоцман должен был вывести грузач на орбиту вокруг К-103, а Хиск, взглянув на координатор и оценив точность нырка, мог со спокойной душой отправлять пилота в расход.

Покосившись на выпуклый экранчик локатора, Ульc увидел, как штурман поднимает револьвер и не спеша прицеливается. Видимо, у Хиска не возникало ни малейших сомнений в том, что грузач приведен в нужное место.

– Как вынырнули? Порядок?
– спросил колонист.

Лишь одно коротенькое "да" отделяло Ульса от пули в затылок.

И тут наступила тьма.

Внезапная, кромешная, пугающая, она заполнила рубку вместе с абсолютной тишиной.

– Что за дьявол?!
– вскрикнул Хиск опомнившись.Эй! Авария?!

Ответа не последовало.

– Ты что, шутки шутить вздумал? Стрелять буду! Э-эй! Подай голос, гнида! Что стряслось?

В рубке по-прежнему стояли тьма и тишь.

Хиск не решался палить наугад, и Ульc оценил его выдержку. Разведчик ожидал, что, едва он рванет аварийный рубильник, растерянный колонист откроет пальбу. Поэтому Ульc молниеносно соскользнул с кресла на пол, затем бесшумно перекатился почти к самым ногам убийцы. Тот мог выстрелить наобум, но вряд ли догадался бы, что разведчик распластался на полу в двух шагах от него.

– Эй!
– рявкнул Хиск.- Легаш паршивый! Или ты включаешь свет, или буду стрелять!

Враги замерли прислушиваясь. Каждый пытался определить по слуху, где находится и что делает противник.

– Считаю до трех, потом стреляю!
– предупредил колонист.- Раз! Два!

Разведчик приподнялся, готовясь вскочить на ноги, едва сверкнет пороховая вспышка. Выстрел выдаст Хиска с головой. Стоит Ульсу увидеть, где находится рука с оружием - у бедра, у пояса или на уровне плеча,- и все, поединок можно будет считать законченным. Стреляющий в темноте уязвимей безоружного.

– Три!
– крикнул колонист.

Однако выстрел не грянул.

Чего-чего, а смекалки и самообладания этому Хиску не занимать. Игра в кошки-мышки несколько затянулась.

А это не входило в расчет. Время пока работало на Хиска.

Рано или поздно разведчик выдаст себя малейшим шорохом. И убийца уверенно выстрелит на звук. Звук!.

Осторожно, по миллиметру передвигая руку, Ульc нашарил на полу одну из рассыпанных пешек нак-нака. Затем все так же бесшумно кинул ее в дальний угол. Раздался звучный щелчок. Тут же над самой головой Ульса метнулся сноп пламени и прогрохотал выстрел.

Не успел заглохнуть визг рикошета, как в темноте послышались учащенное дыхание и сдавленная ругань колониста, затем крик боли, и чуть погодя на пол шмякнулось поверженное тело.

Зажегся свет.

Ульc сидел на подлокотнике капитанского кресла, поигрывая револьвером. Хиск валялся в углу. Немного погодя колонист привстал, привалился спиной к стене и, морщась от боли, стал массировать левой рукой помятую кисть.

– Ну, кто тут сявка? Кто чунарь?
– поинтересовался разведчик.

– Твоя взяла, легавый. Ну, ничего. Смотри в оба. Хиск еще никому спуску не давал. У-у, милосердный дьявол. Ты ж меня чуть не замастырил.

– А надо бы. Руки-ноги бы тебе переломать, подонок.

– Э, нет,-ехидно возразил колонист.-Не сможешь ты этого. Ваша чистоплюйская вера не позволит.

– Ага. Вот почему ты ничего не боишься. В самом деле, что с тебя взять? Максимум - сошлют по суду на ту же самую твою планету.

– Точно, легавый. Ничего-то вы мне не сделаете. А мы сделаем. Еще как сделаем. Вот увидишь. И тогда уж мы наладим себе нормальную житуху, а вас запихаем на самые дерьмовые из всех дерьмовых планет. Если не проще будет списать вас под корень. И мы с тобой еще посчитаемся, не сомневайся.

– Ах, как ты в этом уверен...

Закипая от ярости, разведчик встал с подлокотника и навел револьвер Хиску в лицо.

– Эй...- встревоженно забормотал тот.- Эй, ты что? На клин сошел? Сбрендил? Ты... ты что это...

– Ты вне закона,-ледяным тоном заявил Ульc.
– Свидетелей нет. Никаких доказательств в свое оправдание s, мне даже не потребуется. Любая комиссия поверит на cлово, что я разнес тебе череп случайно, в порядке самозащиты, вместо того чтобы ранить в плечо. Да мне вообще плевать на все комиссии. Пусть меня хоть сошлют, но я тебя выведу в расход. Встать, гадина! Суд идет.

– Ты что? Какой суд?..

– Мой собственный. Слушай приговор. Убийца капитана Мэга приговаривается к смертной казни через расстрел. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. В исполнение привести немедленно,- отчеканил разведчик.-Встать!!!

Хиск вжался в стену, не сводя глаз с черного дульного зрачка.

– Нет... ты не... сможешь...- наконец пролепетал он.
– Легавые не убивают. Ты не убьешь.

– С такой уверенностью, конечно, приятно убивать самому,- усмехнулся разведчик.- Ты думал, в любом случае тебе эта смерть сойдет с рук? Да? Можно перерезать нас всех до единого и никто не даст отпора? Но ты не на того нарвался, подонок Я работал в разведке. До тех пор, пока врач не обнаружил, что еще немного - и я начну стрелять направо и налево в такую мразь, как ты. А теперь я, кажется, действительно могу убивать. Потому что таких, как ты, надо убивать. Потому что вас нельзя не убивать. Это преступление - не раздавить такую гадину, как ты.

Сквозь багровый румянец ширакеша пятнами проступила меловая бледность.

– Ты не сможешь,- промямлил он.- Я не верю.

– Сейчас убедишься.-И Ульc хладнокровно взвел большим пальцем тугой курок.

– Нет-е-ет! Не надо!! Не надо, не надо!! Не-ет!!

Закрыв лицо ладонями, убийца корчился в истерике.

– А ну молчать! Умей встретить смерть как надо,приказал Ульc.

– Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет... Я не хочу! Не хочу! Не хочу! Не хочу!

Уцепившись за одно слово, колонист твердил его как заклинание, в котором заключается возможность жить.

Словно выстрела не могло последовать, пока он говорил.

– Смотри сюда!
– рявкнул Ульc.- Смотри на дуло. Больше ты никогда и ничего не увидишь.

– Не надо -не надо -не надо...-захлебываясь рыданиями, повторял обреченный.

– Тьфу!
– плюнул разведчик, сунув револьвер за пояс.- Слизняк.

Хиск сразу притих и, не веря, что еще жив, посмотрел сквозь мокрые от слез пальцы.

Выдержав необходимую паузу, разведчик начал допрос, благо психологическая обработка прошла отменно.