Чтение онлайн

А затем, перечисляя других гипербореев, она в конце гимна назвала и имя Олена:

Кроме него одного, ни о ком не сохранилось памяти как о служителе бога, но всегда говорили только о женщинах-пророчицах. 5. Самый древний храм Аполлона, как говорят, был выстроен из лавра, и сучья лавра были доставлены от деревьев, растущих в Темпах. Этот храм по внешнему виду скорее можно было бы назвать похожим на лачугу. Затем, по словам дельфийцев, второй храм возник благодаря пчелам, из пчелиного воска и крыльев; говорят, что этот храм был послан Аполлоном к гипербореям. Передается и другой рассказ, будто этот храм был построен неким дельфийцем, по имени Птерас; поэтому-то и данному храму дано название по имени строителя. По имени того же Птераса, говорят, с прибавлением одной только буквы, был назван город на Крите, Аптера. Что же касается рассказа о том, что будто бы из зелени растущего в горах папоротника был сплетен храм, к подобного рода рассказу я вообще не могу относиться серьезно. Что же касается постройки третьего храма, что будто бы он был из меди, то удивительного тут нет ничего, если Акрисий мог выстроить медный чертог для своей дочери, если у лакедемонян еще до нашего времени имеется храм Афины Халкиойки (Меднодомной), а у римлян их форум, являясь чудом и по величине, и по остальной отделке, дает нам возможность видеть медную крышу. Так что нет ничего невероятного, что и храм Аполлона был медный. Но другие подробности этого рассказа заставляют меня отнестись к ним с недоверием, так, например, что этот храм является творением Гефеста, и так же как и указание на золотых певиц, которое делает Пиндар, говоря о них (как об особенностях) храма:

Мне кажется, что Пиндар написал эти слова в подражание стихам Гомера о сиренах. Даже вопрос о том, каким образом этот храм исчез, насколько я старался узнать, разрешается различно: одни говорят, что он провалился в расщелину земли, другие — что он расплавился от огня. Четвертый храм был построен Трофонием и Агамедом, и помнят, что он был каменный. Он сгорел в архонтство Эрксиклида в Афинах, в первый год 58-й олимпиады, когда победил Диогнет из Кротона. Теперешний же храм богу амфиктионы построили на священные деньги. Строителем его был Спинфар из Коринфа.

1. Говорят, что древнейший город здесь был основан Парнасом и что он был сыном нимфы Клеодоры; отцом ему, подобно тому как и другим из так называемых героев, считают — из богов Посейдона, из людей Клеопомпа. Говорят, что по имени этого Парнаса было дано название и горе, и Парнасская роща получила свое наименование. Кроме того, искусство производить гадание по полету птиц, говорят, было открыто тем же Парнасом. 2. Сказание говорит, что город этот дождями, бывшими при Девкалионе, был затоплен; те из людей, которые смогли избежать этого урагана, руководясь воем волков, спаслись на вершины Парнаса, имея диких зверей проводниками на своем пути; поэтому-то и тот город, который они основали, они назвали Ликореей (Волчьим). Имеется и другой рассказ, отличающийся от первого, а именно, что у Аполлона от нимфы Корикии родился сын Ликор и что от этого Ликора город был назван Ликореей, а пещера была названа Корикионом по имени нимфы. Рассказывают еще и следующее: у Гиама, сына Ликора, была дочь Келено, а у этой Келено, дочери Гиама, от Аполлона родился (сын) Дельф, по имени которого дано название городу, сохраняющееся за ним и до сих пор. Иные предпочитают придерживаться сказания, что был местный житель, Касталии, а у него была дочь Фия, и что первой жрицей и служительницей Диониса была Фия, совершавшая оргии (таинственное служение) богу. Поэтому и впоследствии всех тех женщин, которые, охваченные божественным исступлением, служили Дионису, люди по ее имени стали называть фиадами. Дельфа они считают сыном Аполлона и этой Фии. Наконец, иные говорят, что его матерью была Мелена, дочь Кефиса. 3. Впоследствии окрестные жители стали называть город и Пифоном, а не только Дельфами, и это имя встречается и у Гомера в его стихах «Каталога» фокейцев. Те, которые всюду хотят видеть родословные, говорят, что у Дельфа был сын Пифис и что от его имени, когда он сделался царем, как они думают, дано городу такое название. Но сказание, которое особенно широко распространено среди людей, говорит, что тот, кто был здесь поражен стрелой Аполлона, сгнил и что от этого дано городу название Пифон; в те времена понятие «гнить» обозначали словом «пифестай», и потому и Гомер в своих стихах о сиренах говорит, что их остров был полон костями, потому что люди, слушавшие их песни, «сгнивали». Убитого же Аполлоном поэты считают драконом и говорят, что он был поставлен Геей (Землей) сторожем прорицалища. Есть рассказ и другой: будто у Крия, царствовавшего над народом Эвбеи, был сын, сущий разбойник; он грабил святилище бога, ограбил и дома богатых граждан. Когда он собиралсь пойти на них походом второй раз, то жители Дельф обратились с мольбой к Аполлону — защитить их от грозящей опасности. Бывшая тогда пророчицей Фемоноя дала им такой ответ в гекзаметрах:

1. По-видимому, святилище в Дельфах уже с самого начала было предметом злоумышлении со стороны очень многих людей. Кроме этого эвбейского разбойника, несколько лет спустя на него напало племя флегийцев, наложил на него свою руку Пирр, сын Ахилла, явилась сюда для грабежа часть войска Ксеркса; наиболее продолжительное время и наиболее решительно грабили сокровища бога фокейские властители; за ними явилось войско галатов; суждено было святилищу испытать на себе бессердечие ни перед чем не останавливающегося Нерона, который отнял у Аполлона пятьсот медных изображений, без разбора, и богов и людей

2. Насколько сохранилась память, самым древним видом состязания, и при этом таким, за который стали давать награды, было пение гимна в честь бога. Первым пел и одержал победу в пении Хрисофемид из Крита, отец которого, Карманор, как говорят, очистил Аполлона от убийства. После Хрисофемида, насколько помнят, победил в пении Филаммон, а после него Фамирид, сын Филаммона. Орфей, написавший столько торжественных гимнов для мистерий, вследствие своего самомнения в других отношениях, равно как и Мусей, во всем подражавший Орфею, говорят, не пожелали выступать на этом музыкальном состязании. Говорят, что Элевтер одержал победу на этих Пифийских состязаниях за свой сильный и приятный голос, так как он пел не свою песню. Но говорят, что Гесиод был не допущен до этого состязания, так как он не научился сопровождать свою песню игрой на кифаре. Приходил в Дельфы и Гомер, чтобы вопросить бога, о чем ему было нужно, но если бы даже он умел играть на кифаре, бесполезным было бы для него это знание вследствие постигшего его бедствия — слепоты. 3. В третий год 48-й олимпиады, когда победу одержал Главкий из Кротона, амфиктионы назначили награды за игру (и пение) на кифаре, как это было и в прежнее время, прибавив сюда и состязание в пении под звуки флейты и в самой игре на флейте. Победителями были провозглашены кефалленец (Ме)лампод в игре и пении на кифаре, в пении под флейту аркадянин Эхемброт, а за игру на флейте Сакад из Аргоса. Этот Сакад одержал победу и на двух последующих одна за другой пифиадах. Тогда же впервые были назначены награды и атлетам, такие же, как и в Олимпии, кроме состязания на колесницах, запряженных четверкой; они же ввели в качестве законных состязаний бег мальчиков простой и на двойную дистанцию. Начиная со второй пифиады они стали вызывать на состязания, но уже не назначая (денежных) наград, и вместо них за состязания они ввели обычай давать венки. Они отменили и состязания в пении под флейту, осудив такую музыку как дающую неблагоприятное впечатление: по напеву эти песни под флейту являются очень суровыми и грустными, песнями печали и слез. Мои слова подтверждает и приношение Эхемброта, медный треножник, посвященный им Гераклу в Фивах. На этом треножнике есть надпись:

Поэтому и были прекращены состязания в пении под флейту. Прибавлены были потом конные бега. Победителем в скачке на колеснице был объявлен Клисфен, сикионский тиран. В 8-ю пифиаду они постановили ввести игру на струнной лире, одной, без аккомпанемента. Победный венок получил Агелай из Тегеи. В 23-ю пифиаду они прибавили бег гоплитов; в этом состязании победу и лавровый венок получил Тименет из Флиунта, спустя пять олимпиад после того, как (в том же виде состязания) победил Дамарет из Гереи. В 48-ю пифиаду они установили скачку на колесницах, запряженных парою коней. Победила колесница Эксекестида из Фокиды. Через пять пифиад они разрешили запрягать в колесницы (по четыре) жеребца, и обогнала всех четверка фиванца Орфонда. Панкратий для мальчиков и скачка на колесницах парой и на одном жеребце были ими введены много лет спустя после элейцев, в 61-ю пифиаду. Победителем оказался Иолаид из Фив. После нее через одну они установили скачки для жеребят в одиночку, а в 69-ю пифиаду — для жеребят в парной запряжке. В состязании на одном жеребце победителем был объявлен Ликорм из Ларисы, а на парной запряжке македонянин Птолемей: так называемые египетские цари любили называться македонянами, каковыми они и были на самом деле. 4. А что венки за победу на Пифийских состязаниях были установлены именно из лавра, то мне кажется, что это сделано исключительно потому, что, по всеобщему убеждению, Аполлон был влюблен в дочь Ладона, Дафну (Лавр).

1. Одни считают, что собрание здесь эллинских племен установил Амфиктион, сын Девкалиона, и поэтому все собирающиеся здесь получили наименование амфиктионов. А вот Андротион в своей истории Аттики говорит, что будто бы вначале на собрание в Дельфы сходились представители от окружных племен и что эти представители получили название амфиктионов — окрест-живущих, и с течением времени настоящее название у них стало господствующим. 2. О самом Амфиктионе говорят, что на общее собрание им были созваны следующие эллинские племена: ионяне, долопы, фессалийцы, энианы, магнеты, малийцы, фтиотийцы, доряне, фокейцы, локры, соседние с Фокидой, живущие под горой Кнемидой. Когда фокейцы захватили святилище, а потом на десятом году прекратилась война, то произошло изменение и в собрании амфиктионов: македоняне были избраны в члены амфиктионов, племя же фокейцев и из племени дорян причисленные к ним лакедемоняне были исключены из собрания амфиктионов — фокейцы за их дерзкое преступление, лакедемоняне в наказание за их помощь фокейцам. Когда Бренн вел свое войско галатов на Дельфы, то больше всех остальных эллинов фокейцы проявили мужества в войне против них, и за эту храбрость они вновь получили право участия в амфиктиониях, и во всех остальных отношениях они вернули себе свое прежнее положение. Император Август пожелал, чтобы в собрании амфиктионов приняли участие и жители Никополя, что у Актия; для этого он потребовал, чтобы магнеты, малийцы, энианы и фтиотийцы были объединены с фессалийцами, а голоса их и долопов — долопы как племя уже не существовали — были переданы жителям Никополя. 3. Число амфиктионов в мое время было 30: из Никополя, Македонии и Фессалии — от каждой области в отдельности по 6 представителей; от беотийцев — в древние времена они населяли Фессалию и тогда назывались эолянами, — от фокейцев и жителей Дельф, от каждого из них посылались тоже по два представителя, один представитель был из древней Дориды. Посылают сюда и локры, которых называют озольскими, и локры, живущие против Эвбеи, — каждые из них по одному; есть один представитель от Эвбеи. Из пелопоннесцев жители Аргоса, Сикиона, Коринфа вместе с Мегарами имеют одного представителя и один из Афин. Города Афины, Дельфы и Никополь посылают своих представителей на каждую амфиктионию; а от вышепоименованных племен каждый год по очереди через определенные промежутки времени участвует в заседаниях амфиктионий.

4. При входе в город стоит ряд храмов; первый из нихпредставляет из себя развалины, за ним идет пустой храм, Не имеющий ни изображений, ни статуй; что касается третьего и четвертого, то в первом из них есть несколько изображений римских императоров, а второй называется храмом Афины Пронойи (Провидящей). Та из статуй, которая стоит в притворе — приношение массалиотов, по величине большая, чем та, которая находится внутри храма. Массалиоты — это колонисты из числа фокейцев, живших в Ионии, это тоже часть тех, которые бежали из Фокиды от мидянина Гарпага. Одержав победу своим флотом, более могущественным, чем у карфагенян, они овладели той землей, на которой они живут и теперь, и достигли большого благополучия. Посвященная массалиотами (статуя) сделана из меди. Что же касается золотого щита, пожертвованного в храм Афины Пронойи лидийским царем Крезом, то жители Дельф говорят, что его похитил Филомел. Около святилища Афины Пронойи есть участок, посвященный герою Филаку; у жителей Дельф он пользуется славой их защитника во время нашествия на них персов. Говорят, на той части гимнасия, которая находится под открытым небом, рос некогда дикий лес; Одиссей, когда он приходил к Автолику, охотился здесь с сыновьями Автолика и здесь получил от кабана ту, всем известную, рану над коленом. 5. Если от гимнасия повернуть налево и постепенно спуститься по направлению к морю, думаю, не больше чем стадия на 3, то встретим так называемую реку Плист; эта река течет по направлению к Кирре, гавани Дельф, и тут впадает в море. Если же кто идет от гимнасия вверх по направлению к храму, то по правой стороне дороги находится Кастальский источник…, с водой, приятной на вкус. Одни говорят, что название источнику дано по имени одной местной женщины, а другие указывают на некоего Касталия. Написавший поэму о Геракле Паниасис, сын Полиарха, говорит, что Касталия была дочерью Ахелоя; он говорит здесь о Геракле, что

Слыхал я и другой рассказ, что вода для этого источника подарена Касталии рекою Кефисом. Так написал и Алкей во вступительной части своего гимна Аполлону. Особенно настаивают на этом лилейцы, которые в установленные праздничные дни бросают в истоки Кефиса местные лепешки и все, что предписано обычаем, и говорят, что вновь это всплывает в Кастальском источнике.

Город Дельфы круто поднимается в гору и не только сам город, но и священный участок Аполлона, огражденный стеною. Этот участок очень велик и занимает самую высокую часть города. Его прорезают проходы на близком расстоянии один от другого.

1. Какие из приношений мне показались особенно заслуживающими внимания, я сейчас о них упомяну. Что касается флейтистов и тех, которые, участвуя в музыкальных состязаниях, не привлекли к себе внимания массы, то я думаю, что о них я могу не упоминать; что же касается атлетов, которые оставили после себя какую-либо славу, я упоминал о них в своем рассказе об Элиде. А вот по отношению к Фаилу из Кротона, который ни разу не одержал победы в Олимпии, но на Пифийских играх он два раза был победителем в пентатле, а третий раз одержал победу в беге, я укажу, что ему есть статуя в Дельфах. Он, между прочим, сражался и с мидянами на своем собственном корабле, на который он посадил всех кротонцев, которые жили в Элладе. Вот что я знаю об этом кротонце. 2. Если войти на территорию священного участка, то там мы встречаем медную статую быка, произведение Феопропа из Эгины, дар коркирцев. Говорят, что как-то раз в Коркире бык, покинув коров и уйдя с пастбища, стал мычать на берегу моря. Так как это продолжалось в течение всего дня, то пастух, наконец, спустился к морю и увидал неисчислимое количество рыб тунцов. Он, конечно, дал знать об этом в город коркирцам, а они после тщетных попыток поймать их отправили в Дельфы феоров (священное посольство); (на основании ответа бога) они принесли в жертву Посейдону этого быка, и тотчас после этой жертвы они наловили столько рыбы, что из десятой доли добычи от этой рыбной ловли они сделали дары и в Олимпию, и в Дельфы. 3. Следом за этой статуей стоят пожертвования тегеатов после их победы над лакедемонянами: Аполлон и Ника (Победа) и местные герои, Каллисто, дочь Ликаона, Аркад, давший наименование их земле, и дети Аркада — Элат, Афидант и Азан, а с ними и Трифил; матерью этого Трифила была не Эрато, а Лаодамия, дочь Амикла, царствовавшего в Лакедемоне. Стоит тут изображение и Эраса, сына Трифила. Творцами этих статуй были Павсаний из Аполлонии, — он сделал Аполлона и Каллисто, Нику же и изображение Аркада выполнил Дедал из Сикиона. Антифан из Аргоса и аркадец Самол изваяли: последний Трифила и Азана, а Элата, Афиданта и Эраса — аргосский художник. Эти дары послали тегеаты в Дельфы после того, как взяли в плен лакедемонян, выступивших против них войною. 4. Против них стоят приношения лакедемонян после победы над афинянами: Диоскуры и Зевс, Аполлон и Артемида, за ними Посейдон и Лисандр, сын Аристокрита. Посейдон венчает победным венком Лисандра; затем изображения Агия, который был тогда прорицателем у Лисандра, и Гермона, кормчего на флагманском корабле Лисандра. Статую этого Гермона решил сделать Феокосм из Мегар, так как мегарцы зачислили Гермона в списки своих граждан. Диоскуры — произведение Антифана из Аргоса, а статуя прорицателя — работы Писона из Калаврии у Трезена. Афенодор и Дамей сделали: последний — Афину и Посейдона с Лисандром, а Афенодор — Аполлона и Зевса. Оба они родом аркадяне из Клитора. Позади перечисленных статуй стоят изображения тех, которые помогали Лисандру в битве при Эгоспотамах (Козьих реках) как из спартанцев, так и из союзников. Это следующие лица: Арак и Эрианф, первый — лакедемонянин, а Эрианф — беотиец; (из Эрифр) — Астикрат, а (с Хиоса), что за Мимантом, — Кефисокл, Гермофант и Гикесий; Тимарх и Диагор — с Родоса, Феодам — с Книда, из Эфеса — Киммерий и Эантид — из Милета. Все эти статуи были сделаны Тисандром, а следующие за ними — Алипом из Сикиона, а именно: статуи Феопомпа — из Минда и Клеомеда — с Самоса, с Эвбеи — Аристокла из Кариста, Автонома — из Эретрии, Аристофанта — из Коринфа, Аполлодора — из Трезены и из Эпидавра в Арголиде — Диона. Рядом с ними стоят статуи Аксионика из Пеллены в Ахайе, Феареса из Гермионы, фокейца Пиррия, мегарца Комона и Агасимена из Сикиона; из Амбракии, Коринфа и Левкады были Теликрат, коринфянин Пифодот и из Амбракии Эвантид. Последними стояли статуи лакедемонян Эпикидида и Этеоника. Говорят, что это произведения Патрокла и Канаха. 5. Афиняне утверждают, что поражение при Эгоспотамах им было нанесено нечестным путем, что они были преданы подкупленными военачальниками и что именно Тидей и Адимант взяли «подарки» от Лисандра. И в доказательство такого своего заявления они приводят следующие стихи изречений Сивиллы:

Что касается второго предсказания, то здесь они ссылаются на прорицания Мусея:

Город узнает измену, они понесут наказанье. Но довольно об этом. 6. Что касается борьбы лакедемонян с аргивянами из-за так называемой Фиреи, то Сивилла предсказала и это, что исход этой войны будет не решительным для обоих городов. Но аргивяне, считая, что они одержали верх, послали в Дельфы медного коня, изваянного наподобие (знаменитого) деревянного коня; этот конь — работы Антифана из Аргоса.