Чтение онлайн

– Рассказывали.

– Ну вот. Мы там с тобой и встретимся. Только ты - добровольно. А я - принудительно. У тебя девочка есть?

Данил молчал.

– И что - она тоже... такая же?

Данил молчал.

– Ну вот. Что же, ты будешь революцию делать, а она с тобой по колониям мотаться?

Данил молчал. Оппозиция. Революция. Колония. Теперь это были другие слова.

Оля.... Про Олю он не подумал. Что мать будет переживать - это понятно. Но Оля. Оля - это другое.

– У тебя вроде отца нет? Одна мать?
– спросил директор.

– А какое это имеет значение?

– А что с отцом?

– Умер.

– Пил?

– Нет.

– А мать где работает?

– В журнале написано.

– Можешь и не говорить. Без тебя всё знаю. Денег у тебя немного, живёте одни. Помогать некому. Всё знаю и так. И без журнала. Тебе твои друзья не помогут. Никто им не помог, когда...
– директор не договорил.

Но Данил понял - что "когда"... Сам про это шёпотом говорил Диме.

– Иди, Данил, погуляй, подумай. Но чтобы больше не выкидывал этих штук, понял?

Данил встал.

– А знаешь, что смешно, - сказал вдруг директор, - я, когда в Афгане работал, то у них так было. Пятьдесят человек в классе сидят. Но мимо рядов ходит надзиратель с хлыстом. И если кто из них голову поднимет - он его этим хлыстом и лупит. Вот такой порядок. Такое государство. У вас ещё ничего.

Данил ничего не ответил и вышел.

У кабинета уже стояли одноклассники. И среди них Олег.

– Ну что?
– спросили все.

– Ничего.

– Родителей вызовут?

– Нет, ничего не будет.

Данил попытался протиснуться сквозь толпу парней.

Все расступились, кроме Олега.

– Ты что, идиот?
– сказал он в спину.
– Нам экзамены сдавать. Ты нам уроки срываешь. Не дай бог у меня балы будут низкие. Отец сказал - грохнет.

Данил остановился. Олег смотрел прямо на него. Казалось, он его ударит. Но он отступил.

Пятница

(Артём)

По пятницам Артём в школу не ходил. В пятницу и в выходные много работы - и Артём сидел безвылазно в шиномонтаже.

Данил зашёл вместо школы к нему.

– Ты чё не в школе?
– спросил Артём.

Данил махнул рукой. Рассказывать про всё не хотелось.

– Может, покурим?
– спросил он.

– Пойдём.

Шиномонтаж, где работал Артём, был в самой плохой части района. На окраине - около железнодорожных путей. Обычно там никто никогда не гулял. Иногда оттуда слышался лай собак и ругань. Все - и люди, и звери - выясняли отношения именно там. Шум поездов заглушал всё - и можно было устраивать драки и не бояться, что кто-то увидит или услышит.

Отец рассказывал Даниле, как в 90-е годы здесь собирались компании и делили территорию района. И как отец Олега именно тогда и именно здесь забрал себе одну из качалок, принадлежавших кому-то другому. Как именно забрал - отец не рассказывал. Но было и так понятно. И Данил, когда бывал здесь, с опаской смотрел на холм перед железнодорожной линией - где можно было зарыть всё, что угодно.

– Слушай, - сказал Данил, когда Артём закурил, - у тебя квартиры свободной нет на выходные?

– А тебе зачем?

– Надо.

– Для Оли?

– Да.

– Для Оли нет. Ей же нормальную надо.

– Наверное.

– Нормальной нет. Развал только. Бомжатники. С девкой зависнуть можно. С Олей - нет. Ты сними на сутки. Мы снимаем с парнями, если надо затусить с нормальными девчонками.

– А сколько это?

– Рубля два.

Два рубля - это значит, две тысячи. Артём почему-то говорил только так. Точно принижая важность такой большой суммы.

– А где я возьму? У меня нет.

– А мать?

– А что я скажу? Да и не хочу я у матери.

– Одолжи у нас. Четыре смены - и отдашь.

Данил смотрел на ров - какой-то мужик, хромая, переходил пути. Грязный весь, лохматый. Или бомж, или пьяный просто.

– Слушай, а тебя устраивает вот так?
– спросил Данил.

– Как - так?
– не понял Артём.

– Ну вот так. Целый день работаешь. Не учишься толком.

– Ну что делать.

– А что, родители не помогают что ли?

– Ну ты чё, не знаешь?

Данил знал, конечно. Все знали. Артём был приёмный. Льготник, как его называли в школе. Поэтому не мог ничего просить. Его и в десятый класс взяли, потому что льготник.

Родная мать отказалась от него - она жила недалеко. До сих пор живёт. Ей было семнадцать, когда она родила Артёма. И вскоре отдала в детдом.

Перед первым классом его взяла бабушка, мать родного отца - пожалела. Сам отец сел в тюрьму на семь лет - да так оттуда и не приехал.

Его Артём никогда не видел и не знал. А мать иногда встречает. Сейчас уже реже - избегает тех мест. А когда был маленький - видел часто. Она уже вышла замуж, родила ещё одного ребёнка. И часто ходила гулять с коляской и новым мужем. Но Артёма или не узнавала, или делала вид.

В классе пятом он следил за ней. Шёл попятам, доходил до её подъезда. Но она никогда не оборачивалась. Уходила молча домой. Он ещё стоял какое-то время. Ждал. Смотрел. Но она не выходила.

Однажды вышел её муж - отец нового малыша в коляске.

– Тебе чего надо?
– сказал он Артёму.

– Ничего, - Артём растерялся.

– Ну так и вали. Чего ты ходишь?

Артём отвернулся и хотел уйти. Отошёл немного. Но обернулся. Взял камень - и кинул вслед этому мужику. Попал в спину - мужик был огромный, и легко было попасть.

Он побежал за Артёмом, но не догнал. Артём знал этот район наизусть - облазил весь его. И мог пролезть там, где любой взрослый ни за что бы не смог.

И Артём убежал. Он до сих пор вспоминает тот случай - запомнился.

– Я так разозлился, - говорит он, - не мог прям стерпеть. Если другой кто - то ладно. А этот козёл...
– И Артём больше ничего не говорит. Только плюёт на землю - приучился в детдоме.

Но потом Артём вырос и забил. Бросила и бросила.

Но помогать ему некому. Бабка взяла, но баловать - не баловала. Кормит - и ладно. А остальное - всё сам.