Чтение онлайн

— Тебе нужно сменить повязку, Лавиния.

Она делает вид, что не слышит.

— Я знаю, что ты, возможно, никогда меня не простишь… но…

Она останавливается посреди коридора, поворачивает голову ко мне. Её глаза цвета неба снова берут меня в плен. Она ждет, когда я закончу фразу.

«Но что? Но я всё равно тебя предам? Но я использую тебя, потому что должен?»

— …у меня не было намерения причинить тебе боль, — признаюсь я.

Это правда. Я бы никогда этого не сделал. Ни сегодня, ни в будущем.

На её лице проступает легкая насмешливая улыбка, затем она отворачивается и уходит.

Вздыхаю. Мне не стоит желать её прощения. Так даже лучше. Так будет проще. Мне будет легче обмануть тебя, если ты не простишь меня, Лавиния.

Глава 10

Лавиния

Последние несколько дней я всеми силами старалась избегать Артура. Видеть его — значит злиться, а находиться рядом — чувствовать себя невыносимо глупой. Но я так и не потребовала, чтобы он ушел жить к Раффлу, хотя и слышала его предложение. И сам Артур об этом ни разу не заикнулся. Несмотря ни на что, я не могу перестать искать его взглядом на той самой скамейке у ресторана; несмотря ни на что, я не могу не готовить две чашки черничного чая по вечерам; несмотря ни на что, я могу уснуть только тогда, когда знаю, что он дома.

Несмотря ни на что… я не перестаю хотеть, чтобы он был рядом. И от этого я чувствую себя идиоткой.

Артур, с другой стороны, почти не бывает дома: уходит рано утром и возвращается поздно вечером. С тех пор как появился господин Раффл, в нем что-то надломилось. Роскошная машина увозит его неведомо куда на целый день, а когда вечером они возвращаются вместе, то постоянно шепчутся. Стоит мне подойти, они замолкают или меняют тему.

— Вы в прекрасной форме, синьорина Лавиния, — улыбается Раффл на пороге. Он никак не может перестать обращаться ко мне на «вы», хотя я тысячу раз просила его перейти на «ты». Но в его голове я, очевидно, неразрывно связана с его принцем.

— Спасибо, проходи. Хочешь чего-нибудь выпить?

Артур появляется за моей спиной. — Он ничего не будет пить. Он берет пальто с вешалки и, даже не взглянув на меня, выходит. — Не жди меня, — бросает он.

Всё идет в таком духе с самого его возвращения. По идее, это я должна быть злой, верно? Это я должна быть раздражена. Так почему же у меня такое впечатление, будто это он возводит стену, между нами, словно это я его ранила?

Мои сомнения растут с каждым днем, пока не наступают выходные. Прибавляю звук телевизора. Снова метеопредупреждение. Власти призывают граждан не покидать свои дома. Сообщения о закрытии ресторана и супермаркета подтверждают серьезность ситуации. В ближайшие три дня они будут недоступны.

Вздыхаю, кладу телефон на стол и растягиваюсь на диване, подтянув ноги к груди. И что мне теперь делать? Всего шесть вечера, время будто застыло, а снаружи настоящий всемирный потоп заливает каждый сантиметр земли.

Артур всё еще с Раффлом, обсуждают бог весть что. Слышал ли он о штормовом предупреждении? Внезапный стук заставляет меня повернуть голову вправо: через щель в оконной раме просачивается дождь. Встаю, ищу какой-нибудь прочный скотч, чтобы хоть как-то это заделать. Иду на кухню, нахожу его в ящике. Возвращаюсь в гостиную и встаю на цыпочки на стул, чтобы дотянуться до окна.

Это временное решение, хотя бы пока не утихнет буря. Отрываю кусок зубами, леплю на поврежденное место. Отрываю еще один и наклеиваю поверх первого. Но когда я тянусь выше, стул под моими ногами качается. Теряю равновесие и валюсь навзничь, тщетно пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь.

Закрываю глаза; свежий мускусный аромат щекочет ноздри. Мне не нужно открывать их, чтобы понять: Артур поймал меня на лету. Я знаю это, я чувствую. Чувствую его дыхание на моем лбу, запах мяты, чувствую, как его руки крепко сжимают меня. Я чувствую всё это.

Открываю глаза; медовые радужки пронзают меня в паре сантиметров от лица. — Ты могла пораниться.

Когда он вернулся? Я не слышала. Моргаю. — Знаю, я просто хотела…

— Просто?

Его напряженное лицо меня бесит. Почему он ведет себя так сурово? Будто я ему в тягость. Высвобождаюсь из его рук, беру стул и ставлю на место. Невероятно.

Он снимает пальто, бросает его на диван. На нем белая рубашка, слегка расстегнутая сверху. — Хочешь чего-нибудь выпить? — шепчет он.

Он правда меня об этом спрашивает?

Не дожидаясь ответа, он уходит на кухню, а когда возвращается, в руках у него два бокала и бутылка вина. Откуда он её взял? Верный подданный Раффл снабдил? С потухшим взглядом, лишенным всяких эмоций, он садится на ковер перед столиком. Наливает вино в оба бокала, затем опустошает свой одним глотком.

Трясет головой, глаза сужены, лицо нахмурено. Снова берет бутылку и наполняет бокал. Я хмурюсь. Да что с ним такое?

— Тебе не стоит так много пить… — шепчу я.

Он игнорирует мои слова, осушая второй бокал в мгновение ока. Я никогда не видела Артура таким — будто его терзает какое-то Зло, которое выпивает из него все силы. Когда он тянется, чтобы налить третий, я вмешиваюсь. Сажусь напротив, забираю бутылку из его рук и прижимаю к груди.

— Хочешь напиться в стельку? Ладно, но хотя бы постарайся, чтобы тебя потом не вывернуло… Ты пьешь слишком быстро. — Беру свой бокал и делаю маленький глоток. Кислый вкус заставляет зажмуриться. — Сделаем так. — Вытираю губы тыльной стороной ладони. — Будем задавать друг другу вопросы. Кто не отвечает — тот пьет. Идет?

Мне достаточно задавать ему простые вопросы, так он не будет пить слишком много и быстро. По крайней мере, пока не успокоится.

Он изучает меня взглядом. — Ты уверена?

Киваю. — Начнем. — Наполняю бокал. — Где ты проводишь время в последние дни, Артур?

Уголок его губ приподнимается. — С господином Раффлом.

— Твоя очередь, спрашивай.

Он недовольно качает головой. — Это и был твой вопрос?

Я не отвечаю. Жду, скрестив руки на груди. Он проводит рукой по волосам, прежде чем долго и пристально посмотреть на меня.

Вздыхает. — Хорошо. Почему ты не уедешь из этого дома?

Я хмурюсь. Что он затеял? — Ты и так знаешь почему, Артур. Ты должен задать вопрос, ответа на который не знаешь.

— А если из-за обстоятельств непреодолимой силы ты больше не сможешь здесь оставаться? — Он медленно поднимает на меня взгляд, и серьезность его лица заставляет меня оцепенеть.

— Я никогда не смогла бы жить в другом месте. Что это за вопрос?

— Что бы ты делала? — настаивает он.