Чтение онлайн

«Королевством Америка правит семья Мейер, состоящая из Короля Давида и двух преемников: принцев Артура Мейера и Эдоардо Мейера», — читаю я, ведя пальцем по бумаге.

Мои размышления прерывает приход придворных горничных. Их пятеро, но только одна из них осмеливается поднять на меня взгляд. Огромные ореховые глаза сияют на нежном лице с ослепительной улыбкой. — Остальные гости уже прибывают, Придворная дама послала нас за вами, чтобы сопроводить вниз, синьорина Лавиния.

Закрываю книгу. — Как тебя зовут? — Спускаюсь с кровати.

— Вирджиния, синьорина.

Она кажется моложе меня, интересно, как долго она работает в этом дворце. Может, она поможет мне понять, как отсюда выбраться. Наклоняюсь, чтобы взять обувь, но она меня останавливает. — Это туфли, которые Дама подготовила для вас.

Одна из девушек передает ей картонную коробку; та берет её и достает черные босоножки на каблуке. Опускается к моим ногам.

Качаю головой. — Я сама, Вирджиния. — Сопровождаю свои слова вежливой улыбкой, надевая босоножки. И как мне ходить на этих ходулях? Когда встаю, меня пошатывает, пока я не нахожу равновесие.

— Они слишком неудобные, синьорина Лавиния? — спрашивает Вирджиния.

— Не волнуйся, я потерплю немного. Веди, я за тобой.

Она кивает и выходит из комнаты. Иду следом, за нами — дежурные гвардейцы. Будто я могу раствориться в воздухе.

Мы спускаемся по лестнице, и я едва не спотыкаюсь о собственные ноги. Вирджиния предлагает мне локоть для опоры. — Эти каблуки не слишком удобные, мне жаль, — шепчет она.

— Ты не виновата. Просто я никогда не ношу каблуки, жду не дождусь, когда это всё закончится, — вздыхаю я.

Я пробуду на этом празднике ровно столько, сколько нужно для приличия, минут десять, чтобы не выказать неуважения Королю и не закончить на гильотине. А потом рвану к выходу. Такое мероприятие — отличная ширма, чтобы исчезнуть.

— Вы никогда не видели придворные праздники по телевизору?

Трясу головой. — Я… не очень слежу… за новостями. — Выдумываю оправдание, надеясь не показаться дурочкой, вылезшей из пещеры.

Мы спускаемся на последнюю ступеньку, я держусь за её руку, и мы идем по коридору. Мимо постоянно снуют лакеи с подносами еды и бокалами вина.

— Нет такой женщины, которая не мечтала бы хоть на миг заглянуть во дворец. Это место, которое немногим везет увидеть.

— О, конечно, — бормочу я.

— Говорят, вы спасли Его Милость, наследного принца.

Киваю.

Её глаза сияют от восторга. — И какой он вблизи?

— Ты никогда его не видела?

— Только издалека. Видеть его — огромная привилегия, вы же знаете, что ни один гражданин не знает его лица в целях национальной безопасности.

Звуки классической музыки щекочут слух, а аромат еды дразнит ноздри. Поворачиваю голову: мы стоим перед огромной резной дверью, которую охраняют двое вооруженных гвардейцев. Только не говорите мне, что я войду отсюда. Вирджиния собирается объявить мой выход, но я хватаю её за руку.

— Вирджиния, а здесь нет черного входа? Чтобы не ловить на себе взгляды половины мира? — шепчу я ей на ухо.

Она улыбается. — Конечно, есть, но это вход для слуг. Вас это не смутит?

— Нисколько. Наоборот.

Она пытается скрыть это, но я вижу: отчаяние в моем голосе заставляет её улыбнуться. Она, должно быть, думает, что только сумасшедшая не захочет войти как все остальные гости, но она не может и представить, что я не принадлежу этому миру и мне ни в коем случае нельзя быть обнаруженной.

Она ведет меня по узкому коридору, где официанты и горничные снуют с пустыми тарелками. Несмотря на удивленные взгляды некоторых слуг, заметивших меня среди них, мне удается пройти без помех. Вирджиния останавливается перед дверью, её глаза лихорадочно блестят от нахлынувших эмоций. Огромный бальный зал, украшенный до мелочей, кишит элегантными аристократами, которые переговариваются, держа в руках бокалы вина. Король восседает в золоченом кресле, на его голове — серебряная корона. Его трон возвышается на помосте, поодаль от остальных; справа от него сидит принц Эдоардо, а слева — Артур.

Я замираю взглядом на нем и не могу не заметить, что он — совершенно другой человек. Кудрявые волосы уложены гелем, ни одна прядь не выбилась, шею стягивает черный галстук. Лишь немногие могут подняться к ним и перекинуться парой слов с принцами. Это продолжается несколько минут: люди поднимаются, пожимают руки наследникам, целуют руку Королю и спускаются, давая место другим.

Это должен быть праздник в честь возвращения Артура, но всё это больше похоже на процессию членов высшего общества. — Настоящее веселье, — бормочу я. — Не слишком-то оживленный праздник.

— Пожать руку Его Высочеству принцу Артуру… это мечта.

Смотрю на неё — она буквально пожирает его влюбленным взглядом. — И что в Его Высочестве такого особенного?

Вирджиния переводит взгляд на меня и вскидывает бровь. — Вы не знаете?

Трясу головой. — Кроме того, что он принц, я не понимаю, что еще вызывает такой восторг и глубокое почтение.

— Вы, должно быть, совсем отстали от новостей, синьорина Лавиния. — Она кивает в сторону принцев. — Король начинает стареть, пришло время преемственности. Один из двух его сыновей вскоре станет нашим новым сувереном: через год Жрецы проголосуют и укажут, кто из двоих взойдет на трон и возглавит нацию.

— И что?

Надо благодарить небеса, что Вирджиния поверила в ложь о том, что я отшельница с нулевым интересом к политике. Но я правда не понимаю: любой, кто поднимается по ступеням к Королю, не смеет даже поднять глаз, и такое же отношение — к Артуру, но когда они здороваются с Эдоардо, то делают это почти с легкостью.

— В прошлом году все думали, что Королем станет Эдоардо, — шепчет она. Я придвигаюсь ближе, чтобы лучше слышать. — Но поговаривают, что он не в состоянии пройти Испытания.

— Какие испытания?

— Те, что доказывают пригодность к трону, очевидно. Первое — на хитрость и ум, измеряет коэффициент интеллекта: кандидат должен превзойти всех в каждой дисциплине с высшим баллом, его оценивает глава Разведки страны. Второе основано на боевых навыках: кандидат должен сразиться с группой опытных воинов, будучи вооруженным лишь мечом, со всеми одновременно. Председательствует на этом испытании первый рыцарь Короля, он же его брат и дядя принцев. Его еще никто не побеждал в дуэли на мечах — это древняя традиция королевства, передаваемая веками.