Чтение онлайн

– Возможно...
– Ранненкампф повертел в руках оружие.
– Спрашивается за что?

Я не стал отвечать, предоставив такую возможность Максимову, а сам вышел на улицу и крепко задумался. Много, очень много странностей. Про русско-голландский отряд очень много писалось, выпустили даже сборник писем его врачей и медсестер. Весь личный состав чуть ли не поименно известен. Даже Флегонт Иванович Маслов упомянут. Но вот Чичагову Елизавету Георгиевну и Изметьеву Софью Николаевну, я что-то не припомню. Как бы, в этом может и не быть ничего странного, просто не упомянули по каким-то причинам, да и неразберихи в то время хватало. Но все равно настораживает... А не запустилась ли, с моим появлением здесь, некая цепная реакция, способная перевернуть реальную историю, с ног на голову. К примеру: я шлепнул, какого-нибудь персонажа, вовлеченного в знаковое событие определяющее известный мне ход истории, следовательно его не произошло и... И что? Черт, так можно и голову сломать. Мыслить глобальными категориями, явно не твой конек, Михаил Александрович...

– Хотел вам сказать спасибо за Лизу...
– рядом со мной присел фон Ранненкампф и стал раскуривать трубку.

– Не за что Альберт Карлович. Не могли бы вы рассказать про нее?

– Лизхен удивительный человек...
– покачал головой доктор.
– В первую очередь, она врач от бога. Мой опыт по сравнению с ее талантом практически ничто. Да, конечно практики у Лизы маловато, но идеи опережают время на порядок, к примеру: по интубации...

– Альберт Карлович, как так могло случиться?
– мне не улыбалось нырять в дебри медицинских терминов, поэтому я тактично прервал доктора.
– Насколько мне известно, женщины даже не могут официально учится медицине?

– Да...
– кивнул Ранненкампф.
– Стереотипы. На самом деле, мы совсем недалеко ушли от варваров. Но могу сказать, что в первую очередь, в этом виноваты сами женщины. Очень немногие желают учиться. Другие цели, другие устремления. Хотя вот есть такие исключения...

– А где училась Лиза?

– Кажется, вольным слушателем в Париже. Ее семья очень богата, так что проблем с этим не возникло, - пожал плечами доктор.
– Да, но она почему-то избегала говорить об этом.

– А как она оказалась в отряде?

– Прибыла личным порядком из Парижа. Нашла нас, ну и осталась. А почему вы спрашиваете мистер Игл? Насколько я понимаю, вас связывают некие отношения? Но к чему тогда вопросы?

– Именно поэтому...
– я поспешил прекратить разговор с доктором. Дай бог выздоровеет Лизхен, буду говорить лично с ней. Есть у меня некоторые подозрения... А вообще? Какого хрена, я запал на эту девчонку? Ну-у... если честно сказать... не знаю... вернее, точно не знаю...

А если? Как там этот термин у психолухов называется? Инбридинг? Тьфу ты, это совсем не из этой области. Как же его? Импринтинг!!! Запечатление! Точно. Первая женщина, да еще в такой пикантной позе, да ещё в панталонах, да еще и спас. Попутно произвёл неоднократные прерывания жизнедеятельности разнообразных человеков. Хороший психологический коктельчик образовался. Вот и запал. Да, так и есть. Вот как-то, никогда не был замечен в совершении глупостей в отношениях с женщинами. А тут... даже по идиотски ей камешки доверил... М-да...

Хотя... Я кажется знаю в чем дело. Просто не в своей эпохе я. Стараюсь маскироваться под современника, толком не зная действительности, вот и творю глупости. Надо взять себя в руки, так можно и докатится черт знает до чего. В первую очередь следует кого-нибудь трахнуть. Срочно! Куда только эта самая влюбленность денется. Вот только кого?.. М-да...

Ладно, к Лизхен меня не пущают, пора в гостиницу валить. Завтра у меня столько дел, мама дорогая...

12 Глава.

Оранжевая Свободная Республика. Блумфонтейн. Отель 'Эксельсиор' 24 февраля 1900 года. 05:00.

Проснулся с трещавшей как бубен головой, ибо все-таки саданул перед сном два полных стакана вискаря в качестве снотворного. Ну никак не мог заснуть - мысли, мысли... так и свихнуться можно...

– Нахрен оно тебе дураку надо?
– в голос рявкнул отображавшейся в зеркале похмельной морде и потопал принимать ванну. Долбанный прогресс, до обыкновенного душа не додумались...

Чуть ли не покрылся инеем в ледяной воде, но похмелюгу прогнал. Потом думал, что делать с порядочно отросшей за это время бородкой.

– М-да...
– немного поколебался и решил оставить растительность, правда оформив ее в аккуратную эспаньолку. Вот так, почти идеально, даже авантажно. Ну не бреются сейчас мужики наголо - все с бородами разной степени лохматости. Буры, так вообще...

– Герр Игл, завтрак,- в номер вошла молоденькая, миловидная мулаточка в аккуратной форменке с кружевным передничком и наколкой в курчавых волосиках.
– Ой...
– девица чуть не уронила поднос с кофейником, увидев постояльца в полностью разоблаченном состоянии. А потом плотоядно улыбнулась и с намеком уставилась мне пониже пояса. Вот даже как?

– Сколько?
– я не минуты не колебался.

– Пять шиллингов!
– с готовностью отрапортовала горничная.
– Это быстро. Десять, за всю ночь.

– Давай...

Потом посматривая на ритмично работающую курчавую головку горничной, я думал что все не так уж плохо на рубеже веков. У-х-х... а мастерица однако... хотя нет... скорее энтузиастка...

– Вы довольны герр Игл?
– девушка промокнула себе ротик кружевным платочком и уставилась на меня, как примерная школьница на учителя.

– Доволен.
– Я достал из бумажника несколько монет и подвинул к горничной.
– Как тебя зовут малышка?

– Луиза, - девушка ловко цапнула денежку, спрятала монетки за корсаж и присела в книксене.
– Луиза Мария, герр Игл.

– Вечером жду. Буду поздно, но чтобы дождалась меня. Поняла?

– Как скажете, герр Игл...
– горничная ловко сервировала мне завтрак и еще раз присев, чуть ли не в припрыжку, радостно свалила из номера.

– А налаживается жизнь-то, мистер Игл...
– я выбрал круасан порумяней и с хрустом впился в него.
– Так и фоефать веселее...

После завтрака, щелкнул крышкой трофейного 'Брегета' и под бравурный мелодию примерно распланировал сегодняшний день. Только примерно, ибо сами знаете...

В конюшне обеднел еще на один шиллинг, уже в пользу конюха, образцово обиходившего моего 'росинаната' и припустил рысью в госпиталь, не забыв по пути прикупить корзинку цветов.

– Моя Лизавета, ждет с фронта привета...
– настроение просто зашкаливало. Нет, это просто чудо какое-то. Вот что значит, вовремя... стоп, стоп, пошлить не буду...

К Лизе меня категорически не пустили...

– Увольте господин Игл, нельзя...
– фон Ранненкампф грудью стал на входе в госпиталь.
– Елизавете Георгиевне предписан полный покой, слишком все еще неопределенно. Еще минимум три недели. Поверьте, любое волнение и даже движение, могут закончится печально.

– А...

– Она пришла в себя, при совпадении определенных обстоятельств, я прогнозирую благоприятный исход, - врач понял, что я не собираюсь силой ломиться к его подопечной и немного смягчил тон.