Оранжевое Лето
Шрифт:
Страх постепенно уходил — как это бывало, когда мне нужно было собраться.
Я встала с кровати, медленно, но уверено. Теперь она ещё больше напоминала мне ребёнка. Выпрямившись, было ясно, я выше сантиметров на десять. На ней был обтягивающий топ с какой-то детской мультяшкой в виде кролика, и это вполне дополняло образ.
— Он очень красивый и быстрый, — сказала она, глядя на неподвижного Валтера. — При первом же звуке закрыл тебя собой. Великолепное создание. Неудивительно, он же будущий король.
Она произнесла последние слова с искренним восхищением. Её рука продолжала сжимать акус.
— Ты пришла поговорить о моём мужчине? — холодно спросила я и сделала шаг в её сторону. — Если так, то пошла вон.
Девушка моргнула, на мгновение её лицо застыло от удивления. А потом она рассмеялась — звонко, искренне, словно я удачно пошутила.
— Твой мужчина? Бедная...
Она тоже сделала шаг вперёд, и на её лице появилось жалостливое выражение
— Что тебе от меня надо?
— Я должна освободить тебя. Всех нас. Это моя миссия.
Её слова казались мне бредом сумасшедшего. Девушка определённо была не в себе.
— Освободить от чего?
— От него. От вашего тандема.
— От Валтера? — я едва сдержала смешок, который больше походил на нервный.
Она сделала ещё один шаг, и в больших глазах появилось что-то похожее на сострадание. Это выражение настолько не вязалось с её действиями, что меня передёрнуло.
— Истинная королева настолько благородна, что готова освободить тебя от невыносимых мучений.
— Ах, поджарить живьём и занять моё место... Да, чувствую аромат благородства, — с сарказмом проговорила я.
— Твоё место? Нет же! У тебя и не должно быть никакого места! — возразила она, бросив взгляд на неподвижного Валтера. — В тебе кровь Атлантиды, и поэтому я решила взять на себя смелость убить тебя быстро. Такие, как ты, священны для нас.
Я почувствовала, как внутри поднимается гнев — не яростный, горячий, а ледяной, кристаллизующийся.
— Да-да, я священное существо и ты должна меня убить. Но ответь для начала: зачем ты раскидываешь пуговицы? — произнесла я, делая ещё один шаг к ней. — Должна же я хоть перед смертью узнать.
Девушка не отступила. Она смотрела на меня с той же смесью жалости и восхищения, что и раньше.
— Ты не знаешь?
— Я с Земли. В ваших традициях не разбираюсь.
— Черепаха — символ Атлантиды. Поэтому мы используем его как символ жертвы, что принесли Великие ради создания Рая.
Она подняла глаза к небу и прошептала:
— Veri sunte nomaris, alantis vitae, luminesse eternia. Истинными именами, жизнью Атлантиды, вечным светом.
Это что сейчас было вообще
?
В этот момент я почувствовала резкую боль на лице. Горячая влага потекла по щеке. Я моргнула — и девушка снова стояла напротив, на том же месте, будто никуда не двигалась. Но что-то изменилось: в её глазах виднелись слёзы, а дрожащая рука сжимала маленький нож с тонким лезвием. Игла пропала. Значит, она успела спрятать её в карман и вытащить другое оружие со скоростью звука.
Я поражённо коснулась лица и увидела на пальцах кровь.
Что ж, если бы она действительно хотела смертельно ранить меня, я бы даже не успела это понять. Так почему я всё ещё жива?
— Ты никогда не убивала, так? — спросила я.
Девушка вздрогнула. Нижняя губа задрожала, а в глазах смешались страх и... вина?
— Конечно убивала, — быстро проговорила она. — Много раз.
Нож в её пальцах дрожал, лезвие поблескивало.
Врёт!
Если бы могла, уже давно бы сделала это, а не болтала. Она словно ждала, что кто-то поймает её или остановит, поэтому тянула время.
— Тебе необязательно это делать, — сказала я, неожиданно для себя протянув руку.
— Обязательно. Пока появился шанс. Пойми, я хочу поступить правильно.
Я сделала маленький осторожный шаг вперёд, стараясь показать, что не представляю угрозы. Моё сердце колотилось, но интуиция подсказывала, что эта девушка — не враг, по крайней мере, не по своей воле.
— Мы можем помочь тебе и твоему ребёнку. Мы сможем защитить. Только скажи её имя.
Она посмотрела на меня с таким отчаянием и недоверием, что я замерла на месте.
— Защитить? Сын дьявола не может быть ангелом. Он принесёт гибель всему моему миру рукой атланта, а затем уничтожит и тебя. Как его предки уничтожили твоих.
В её голосе звучала такая безумная убеждённость, что я невольно вздрогнула. Она действительно верила в то, что говорила.
— Валтер не дьявол, — аккуратно возразила я. — Он другой. Он поможет. Просто назови имя Истинной королевы. Она замешана в смерти короля?
Девушка хихикнула, но вдруг её улыбка застыла. Взгляд фиолетовых глаз переместился куда-то за моё плечо, и лицо исказилось от страха. Хрупкое тело напряглось, она отступила к стене, почти вжимаясь в неё.
В комнате стало жарко. Тени в углах сгустились, словно обретая жизнь.
— Помоги, — прошептала она, не отрывая взгляда от чего-то за моей спиной. Голос дрожал. — Я хотела её освободить...
В тот же миг по дому прокатилась волна грохота. Раздался звон разбитого стекла, глухие удары о пол, скрежет — всё это слилось в какофонию разрушения.
Девушка побледнела. Её глаза расширились от ужаса. Она медленно опустилась на колени, будто подчиняясь чьему-то беззвучному приказу. Белые волосы рассыпались по плечам, когда она склонила голову, не смея поднять глаз.
— Простите меня, — прошептала она, и в этом шёпоте звучал настоящий страх. — Гореть в огне гораздо ужаснее, чем быть зарезанной.
Розовая бейсболка упала с головы, открывая маленький отросток, похожий на рог. Она вся тряслась, не поднимая головы, словно ждала приговора.
Я медленно обернулась.
Валтер стоял у кровати. За его спиной раскрывались крылья — огромные, величественные, словно сотканные из живого пламени. Они простирались от стены до стены, заполняя комнату переливами алого и золотого, бросая на стены танцующие тени.