Чтение онлайн

Мы продвигаясь полубоком к окну в конце коридора. Я чувствовала, как девушка-эквикор дрожит между мной и Кирой. Её дыхание было прерывистым, но она не издавала ни звука.

Кира была поразительно спокойна и сосредоточена. В этот момент я любила её больше, чем когда-либо.

Окно становилось всё ближе — большое, от пола до потолка, с тяжёлыми шторами по бокам.

Из глубины дома донёсся звук. Шаги. Кто-то быстро поднимался по лестнице.

Дракара.

— Сейчас! — выкрикнула я, и мой голос прозвучал как рёв львицы.

Единорог словно только этого и ждала. Она метнулась к окну с той же сверхъестественной скоростью, которую я видела раньше. В долю секунды она оказалась у стекла и обернулась.

— Аделаида, — сказала она, достала пуговицу из кармана и со всей силы бросила её.

Пуговица пролетела над нашими головами и упала прямо у лестницы в тот самый момент, когда по ней поднималась Дракара: статная, решительная, с выражением раздражающего безразличия.

— Живо! — крикнула я снова и девушка ловко выпрыгнула в открытое окно.

Поразительно. Как можно быть такой резвой в её-то положении?

Взгляд Дракона мгновенно оценил ситуацию, просчитал возможности, принял решение. Она развернулась, готовая рвануть вниз, наперерез беглянке.

— Если кто-то сдвинется с места, я перережу себе горло! — вновь громко объявила я и надавила лезвием на кожу.

Острая боль пронзила шею, и я почувствовала, как тёплая капля крови скользнула вниз, к ключице. Но я не дрогнула.

Валтер издал звук — не крик, не слово, а низкий, гортанный рык. У меня по коже пробежали мурашки.

— СТОЯТЬ! — приказал он.

Дракара замерла на полушаге, её тело напряглось, как струна. Медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, она повернулась.

Я оглядывала каждого по очереди. Кира делала тоже самое, хотя я не могла не заметить, как подрагивали её плечи. Не знаю, сколько мы так простояли: десять минут или час. Для меня это была вечность.

Даже не так. Вечность вечности.

Рука затекла, и я медленно опустила нож, чувствуя, как трясутся пальцы от адреналина. Ранки на шее и лице горели, но я едва ощущала боль.

Внезапно комната закружилась перед глазами. Адреналин, державший меня в сознании, схлынул, оставив после себя лишь пустоту и слабость. Ноги подкосились, и я пошатнулась, хватаясь рукой за воздух.

— Ия! — услышала я голос Киры.

В тот же миг Валтер оказался рядом. Только что он стоял у двери — и вот уже бережно подхватывал моё тело, не давая упасть.

И вот я снова дама в беде.

Он поднял меня на руки, прижимая к груди осторожно, как хрупкую драгоценность. Я чувствовала, как тревожно и быстро бьётся его сердце.

Новак понёс меня обратно в спальню. Его шаги были мягкими, почти неслышными. Мой взгляд скользнул по лицам Кая и Дракары, застывших в коридоре: одно — озабоченное и растерянное, другое — всё так же нечитаемое. Кира стояла перед ними, сложив руки на груди и заслоняя проход. Сейчас она напоминала сторожевого пса, и это заставило меня слабо улыбнуться сквозь обволакивающий туман. Похоже, она доверяла мою безопасность только Фениксу.

Валтер осторожно опустил меня на кровать, словно боялся причинить ещё больше боли. Его горячие пальцы скользнули по моему лицу, едва коснулись пореза на щеке, затем ранки на шее.

Туман в голове начал рассеиваться. Я попыталась приподняться, но Новак мягко надавил ладонью на грудь, не позволяя подняться.

— Аделаида, — проговорила я, зажмурившись, затем широко распахнув глаза, пытаясь отогнать слабость, сковавшую тело.

— Что? — хрипло спросил он. Его лицо было мрачным, и я не могла понять, что отражается в янтарных глазах. Злость? Тревога? Или нечто иное — то, что я не могла прочесть?

— Аделаида. Так зовут Истинную королеву. Ты знаешь кого-нибудь с таким именем? Слышал о таком проводнике? Мне кажется, я где-то слышала подобное.

Я вглядывалась в него, пытаясь уловить хоть намёк на реакцию.

Валтер сидел у кровати на корточках, его пристальный взгляд не отрывался от моего лица. И этот взгляд пугал.

— Где я могла слышать это имя? У тебя есть догадки? Нужно изучить моё семейное древо.

Он молчал.

— Скажи хоть что-нибудь, — прохныкала я. Лучше бы он кричал, ругал меня, обвинял. Лучше бы он называл меня дурой или предательницей и ломал всё вокруг. Его молчание пугало больше любых других эмоций.

— Ушла! — послышался голос Дракары, и я перевела взгляд. Она стояла совсем рядом.

Валтер закрыл глаза, глубоко вздохнул, после чего открыл их и поднялся. Он больше не смотрел на меня, его внимание переключилось на девушку.

— Как ты её пропустила? Разве ты не должна была следить за домом.

— Мне не чем оправдаться. Я готова к наказанию.

Обойдя девушку, Валтер направился к двери. Я поёжилась от неприятного предчувствия и попыталась сесть.

— Не двигайся! — услышала я грубый голос Новака, который даже не обернулся.

Я взглянула на Дракару, и в глазах закипели слёзы. Она смотрела на меня с презрением смешанным с безразличием.

Не хватало ещё разрыдаться перед этой...

— Валтер хочет сам осмотреть тебя, — сказала она, прищурившись. — Не дёргайся.

— Я хочу, чтобы мне помогла Кира. Где она?

— Твоя подруга не в себе, она чуть не выцарапала мне глаза, когда я пыталась пройти в комнату. Но вроде Кай её успокоил. Сидит у себя, смотрит в стену. Вы обе слишком эмоциональны. Отвратительная черта человечества.

Я стиснула зубы, чтобы не ответить грубостью. Вместо этого медленно легла обратно, стараясь не делать резких движений. Порез на шее ныл, напоминая о той отчаянной смелости, что владела мной всего несколько минут назад.

Дракара стояла у кровати. Её миндалевидные глаза не отрывались от меня, словно следя за преступником.

— Ты считаешь меня идиоткой, — произнесла я не в силах больше молчать. — Не достойной его внимания.

Тонкие губы Дракары сжались в ещё более тонкую линию.