Оранжевое Лето
Шрифт:
Я опустила телефон и посмотрела на Валтера, который сидел на кровати и, казалось, скучал. Его взгляд лениво переместился на меня.
— Что не так с твоим братом? — начала я, но тут же поправилась: — С твоим другом?
— Наказать его? — спросил он будничным тоном, который заставил меня вздрогнуть.
— Что? Нет! — воскликнула я, мои глаза расширились от удивления.
Мне ведь даже в голову не пришло, что из-за моих слов кого-то могут «наказать».
Он склонил голову, наблюдая за моей реакцией, а затем спокойно добавил:
— Если Кай будет грубить снова, просто дай знать. У него нет такого права. Я не разрешал.
Я открыла рот, но тут же закрыла, осознавая, что слова застряли где-то в горле.
С кем я вообще связалась? С королевской особой?
Ах, да...
Точно...
Этот холодный, уверенный тон и выражение лица — всё напоминало о том, что он действительно был тем, кто привык раздавать приказы.
— Что ж, похоже теперь мы одни в квартире и тебе не придётся закрывать рот рукой во время стонов.
Его слова прозвучали с такой внезапной дерзостью, что мне показалось, будто воздух вокруг стал на несколько градусов жарче.
— В-вот ещё! — пробормотала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам, заливая их жарким румянцем.
Валтер усмехнулся, наблюдая за мной с нескрываемым удовольствием, его глаза искрились озорным золотым светом.
— Удалось смутить?
— Да уж, в этом ты мастер. Мне нужно в ванную, — выдавила я, вставая и чувствуя, как жара становится невыносимой.
Поспешно отвернувшись, я направилась к двери, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Конечно, иди, — его голос прозвучал мягче, но я всё равно слышала в нём нотки веселья. — Я буду с нетерпением ждать тебя здесь.
Закрыв за собой дверь ванной, я привалилась к ней спиной и глубоко вздохнула, стараясь успокоить дыхание.
— И почему я сбежала? Надо было как-нибудь колко пошутить, — прошептала я, прикладывая прохладные ладони к пылающим щекам.
Я даже не знала радоваться мне или тревожиться. Сердце не успокаивалось, стуча где-то в горле, а внутри росло беспокойство, смешанное с жарким воспоминанием.
Картины недавних событий возникли в моём сознании с пугающей ясностью. Горячие руки, скользящие по моей коже, пальцы, уверенные, но такие нежные... Тот момент, когда он нашёл точку, где всё внутри меня словно взорвалось от удовольствия, заставляя забыться.
Я провела рукой по шее, где ещё казалось, ощущались его губы.
— Приди в себя, — пробурчала я, стиснув зубы. — Ведёшь себя как невинная овечка.
Вода в раковине зажурчала, когда я включила её, чтобы снова умыться. Холодные капли ударяли по коже, но не могли заглушить воспоминания. Казалось, бархатный голос всё ещё звучал в моей голове, а взгляд, полный хищного желания и восхищения преследовал меня.
«Не закрывай глаза.» «Смотри на меня.»
Я схватилась за край раковины, стараясь успокоиться, но образ Валтера — его полуулыбка, запах кожи и эти бесконечно глубокие карие глаза — не отпускал.
— Что будем делать? — спросила я у своего отражения в зеркале, глядя на красные щёки. — Какой глупый вопрос. То, что нужно!
Я тряхнула головой, стараясь выбросить из мыслей все образы и ощущения и, глубоко вдохнув, включила душ. Вода стекала по моему телу, смывая напряжение, но никак не могла заглушить бешеные мысли и фантазии.
Я провела рукой по лицу, задерживая дыхание, а затем подняла голову под струи воды, надеясь, что хоть это поможет мне вернуться в реальность.
Когда я наконец вытерлась и завернулась в мягкое полотенце, мне стало немного легче.
Я — Ия Крамер, самый смелый человек в мире. Я не пасую!
Подтянув полотенце выше, я вышла из ванной. Тёплый влажный воздух быстро сменился прохладой коридора, от чего по коже побежали мурашки. Сделав пару шагов, я вдруг остановилась.
Из-за приоткрытой двери комнаты доносился голос Валтера. Он говорил тихо, но каждая фраза звучала властно, уверенно. Это был совсем не тот мягкий бархатный тон, которым он разговаривал со мной.
Я замерла, прислушиваясь.
Незнакомый язык. Итальянский? Испанский? Нет… что-то похожее, но не совсем.
— Vigilia ad tempus… Gravioria sigill...
Красиво...
На цыпочках я приблизилась к двери и осторожно заглянула внутрь. Валтер стоял и смотрел на соседний дом через балконную дверь, повернувшись ко мне спиной. Телефон был прижат к уху, а свободная рука лежала на столе. Я заметила как он едва заметно постукивает указательным пальцем по столешнице.
Вдруг тон голоса стал более жёстким.
— Noli morari. Res est urgentissima.
Меня передёрнуло. Это был другой Валтер. Совсем не тот, кто гладил меня по голове и называл «белочкой».
Я прислонилась к стене, стараясь успокоить бешеное сердцебиение, и затаила дыхание. Это было странно, но сейчас мне хотелось спрятаться от него. Через мгновение властный голос смолк. Раздался тихий звук окончания звонка, а затем тишина.
С опаской я заглянула внутрь. Валтер всё также смотрел вдаль. В его руке была пуговица — та самая, которую я положила утром на стол. Длинные пальцы нервно крутили её.
— Валтер? — осторожно позвала я.
Он развернулся и посмотрел на меня. Его золотистые глаза, обычно тёплые, сейчас заполнились красным холодным светом. Казалось, он всё ещё мысленно находился где-то далеко.
— Откуда у тебя это?
Вопрос прозвучал так резко, что я вздрогнула.
— Утром она выпала из кармана моих штанов. Скорее всего, это Киры, она иногда надевает мои вещи, поэтому в карманах может быть что угодно.
Его брови слегка приподнялись, а взгляд стал ещё острее.
— И ты уверена, что это Киры.
Что происходит. Я чем-то провинилась?
— Да. Я как раз собиралась её спросить сегодня, но... момент был неподходящим. Учитывая все обстоятельства, это не казалось столь важным. А что?
Он снова посмотрел на пуговицу, его пальцы медленно пробежались по краю стола, словно Новак обдумывал что-то важное.
Вдруг Валтер застыл и как в замедленной съёмке повернул голову в мою сторону.
Я почувствовала, как его взгляд скользнул по моим плечам, ключицам и дальше вниз, туда, где белое полотенце прикрывало моё тело.