Чтение онлайн

— Я подумал… чего я все время с вами.

— Глупый, — улыбнулся я. Грустно улыбнулся. — Да куда я без тебя? Не думай о плохом. Ты непременно поступишь храбро, если это когда-нибудь понадобится. Ты думаешь, я не боялся? Вспомни, как рухнул… Колени тряслись под штанами. Хорошо, что мы не купили шорты, верно? — засмеялся я. — Вот бы был конфуз. Ну улыбнись, Дэм. Все уже кончилось, да как здорово…

— Здорово, да, — фыркнул мальчик. — Болит рука?

— Нет. Я вообще о ней не думаю.

— Клево… А я себе порежу палец, и так больно, что больше ни о чем не думается… Итан, а как ты так смог? Разве можно вот так взять и разрезать?

— Со страху и всю руку можно отхватить. Я и не такое видал. Один парень при мне сломал себе шею. Представляешь? И все, сразу труп… Вот так я бы точно не смог.

— Как это? А зачем?

— Он немножко ненормальный был. Да ладно, забудь.

Дэм попробовал забыть, но ненормальный парень с вывернутой шеей так и стоял перед глазами. И не забывалось, как капала на траву и струйкой текла у меня по ладони темная кровь.

— Эту… сим-карту-то вставил?

— Вставил. Хорошо, что я Гардиана дома оставил. Если бы они его убили?

— Если бы они тебя убили, лучше подумай.

— Не надо, — Дэм уткнулся в подушку.

— И правда не надо. Будем спать?

— Не хочу.

Это было верно, спать после такого совсем не хотелось. Я подождал, пока мальчик успокоится и заснет, тихо встал, нашел в шкафу смятую старую рубашку и вышел из дома. Я опять пошел к вокзалу.

Проснулся я очень поздно, около трех часов дня. Мне повезло, я заработал семьсот таиров. Правда, пришлось бегать до пяти утра с ящиками на спинах. Если бы не рука, я справился бы и быстрей. На этот раз в ящиках были какие-то продукты. Самые разные — от карамелек и жвачек до бутылок пива и шампанского. Я вспомнил, как уронил бутылку шампанского. Вспомнил весь день, с утра до самой ночи. Это был очень длинный день, и было в нем слишком много всего. И плохого, и хорошего. Я стал думать, чего в жизни вообще больше — плохого или хорошего. Наверное, больше все-таки было хорошего. Но только, пожалуй, не в моей.

"Не прибедняйся", — сказал бы Дэмиэн. Какое там у него еще любимое слово? "Клево", да. Я улыбнулся.

А ведь и правда клево.

Во всем было виновато оранжевое лето, я знал. И то, что оно было именно оранжевое, знал тоже. Не зря же у Дэма такая рубашка. И воздушный змей… Тот Дэмиэн тоже одобрил бы.

Где ты сейчас, Дэмиэн Айгер? Далеко… Наверное, я тебя и не увижу больше. Быть нам с тобой в полярно разных местах. Хотя гореть в аду я не собираюсь тоже… Почему бы просто не взять и не уйти оттуда? Это же не тюрьма, в самом деле. Я сам себе хозяин…

Я хлопнул себя по лбу. Никогда я не был особенно религиозен. Встретиться с братом я вообще-то желал бы здесь, на Земле. А если не на Земле, то никак и не в раю. Хорошо бы была потом какая-нибудь дорога. Из пыльных теплых кирпичей приятного бежевого цвета, чтобы хоть чем-то напоминала Гальер. Город, в котором ко мне впервые пришла мысль о счастье. Но и не обязательно… Только чтобы непременно была…

Так вот проснулся я часа в три и сразу услышал, как кто-то шуршит на кухне. Я решил по звукам определить, один Дэмиэн или нет. Это оказалось нетрудно. Где-то что-то запищало, и я догадался — тамагочи. Потом я слышал сдавленный шепот, который обещал Эвану много неприятностей, если я сейчас проснусь и эта пищащая ерунда не замолчит сию минуту. Пищащая ерунда запищала еще громче, а Эван объяснил, что выключить звук никак не может, потому что тамагочи только что умер и рождается заново, и выключить звук в это время никак нельзя. Я подумал, что пора вставать, но не хотел, чтобы у Эвана были неприятности, и подождал минут пять. Потом я быстро прокрался в ванну, чтобы меня не слышали, и переодел рубашку на толстовку, попутно пожалев, что она немножко помялась. Но делать было нечего, и я попытался разгладить ее прямо на животе. Так меня застал Эван.

— Итан! Привет! У меня тамагочи родился заново… А представляешь, он теперь не кошка, а собака! Вот это да.

Мальчик сразу заметил мою перевязанную руку, но ничего не спросил.

— Да, — кивнул я. — Интересно. Ты голодный?

— Я? Да что ты. Мы салат ели. Там тебе тоже осталось. А мама с Дэмом сделали вот такой потрясный борщ.

— Здорово… А ты помогал?

— Не. Я им книжку вслух читал. Какие-то гороскопы. Ничего не понятно… У тебя в шкафу стояла. Я думал найти что-нибудь поинтереснее, но мама не дала, сказала, что ты устал и что я тебя разбужу. Не знаю, по-моему, ты крепко спал.

Я быстро почистил зубы, потом посмотрел в зеркало и довольно печально вздохнул. Я решил побриться, но очень сомневался, что от этого стану симпатичнее.

— Ну ты и дрыхнешь! — крикнул Дэм из кухни. — Ужас, посмотри на часы!

— Без десяти три, я в курсе. Я же не спал ночью.

— Да? Почему?

— Ходил на вокзал.

Дэмиэн сжался на табуретке. Он представить не мог, что после того, что случилось, еще можно было набраться храбрости и куда-нибудь пойти.

Я вытер свое худое лицо, покачал головой, пригладил волосы забинтованной рукой и нахмурился. Эван внимательно рассматривал меня.

— По-моему, ты красивый, — шепотом сказал мальчик, и я благодарно посмотрел на Эвана.

Я вышел из ванной и прошел в кухню. Мне ужасно хотелось есть, и кастрюля борща очень приподняла мне настроение.

— Привет, — сказал я Лин и Дэму. — Могли и шуметь, кстати. Я ничего не слышу, когда сплю. Я не слышал даже, когда вы пришли.

— Часа три назад. Итан, покажи руку. Мне Дэмиэн рассказал, что случилось. Чего ты тут навязал? Зачем так много?

— Я торопился. Да ладно, Лин, нормально все. Простая царапина. Я облил ее перекисью, авось не отрежут…

— Надо было нам идти всем вместе. А я думала, ничего не будет. Я тоже виновата… Ну и страшно получилось. Давай, я перевяжу тебе руку.

— Да зачем? Пусть будет так. Где ты виновата? Виноват только вот этот маленький упрямый дурень. И я тоже, что отпустил его. Господи, это такая ерунда, я вообще не хочу об этом говорить. Все давно закончилось.

— Но руку тебе все равно надо перевязать. Она наверняка в крови. Зачем же ты еще на вокзал ходил? Тебе же нельзя сейчас работать.

— Это почему? Мне даже больно не было.

— Тебе так кажется. Не ходи туда больше, ладно?

— Я же должен что-то есть, — я пожал плечами.

— Вот садись и ешь. Салат или борщ?

Я задумался. Выбор был трудный.

— Да лопай и то, и другое, — решил Дэмиэн и налил в глубокую тарелку борща.

— Видел бы ты сейчас свои голодные глаза, — сказала Лин. Я убедительно закивал.

— Да… А знала бы ты, как я его хочу. Я хочу есть со вчерашнего вечера…

Я прикончил огромную глубокую тарелку за четыре минуты. Дэм, Эван и Лин смотрели на меня, не скрывая удивления.

— Голодный край, — пошутила девушка. — Может, еще?

— А как же. Лопну, но съем. Вы с Дэмом настоящие кулинары!

Через час я с десятком кисточек в руках задумчиво осматривал стены на кухне Лин. Они были ужасно обгоревшие, но уже не такие черные, как раньше. Лин, Эван и Дэм отмыли их, насколько смогли.

— А на потолке можно нарисовать облака, — предложил Эван.

— Ну что? Давайте освобождать кухню.

— Всю?

— Ну да. Нет, ну ящики все можно оставить. Они же привинчены, куда их деть. Я имею в виду стол, стулья, уголок. Все, что можно отодвинуть…