Чтение онлайн

— Тогда почему ты его отпустил?! — возмутилась девушка. — Я хочу, чтобы он умер!

— Маша, — граф Гордеев удивлённо посмотрел на дочь. — Никогда не замечал за тобой такой… гм… жестокости.

— Папа, это не жестокость, это — справедливость. Этот человек хотел навредить моим друзьям. А ещё, — она усмехнулась, — творческие личности, как и все остальные, тоже должны уметь постоять за себя.

Граф Гордеев лишь покачал головой, с улыбкой глядя на свою дочь.

— Что ж, — обратился я к Гордеевым, — благодарю за гостеприимство. Но нам, пожалуй, пора.

Павел лишь молча сдержанно пожал мне руку.

— До свидания, — сказала Анастасия, прощаясь с ними.

— Пока, Насть, — ответила Мария, обнимая подругу. — И, Теодор, ещё раз спасибо за обалденное представление со статуей!

— Не за что, — улыбнулся я.

Мы с Анастасией, вышли из особняка Гордеевых, и направились к машине, где нас дожидался заскучавший Борис. Увидев нас, он тут же выскочил из машины и открыл заднюю дверь.

— Ну как, вечер удался? — спросил он, когда мы сели внутрь.

— Более чем, — сказал я. — Как всегда сплошное веселье: дуэли, оскорбления и угрозы…

Борис завёл машину, и мы поехали в сторону особняка Разумовских.

— Ну, главное, что все живы и здоровы, — сказал он.

Я про себя усмехнулся. Живы — да, а вот насчёт здоровы… Не все, Боря, не все. Но ему об этом знать необязательно.

— Спасибо, Теодор, — сказала Анастасия, когда мы вышли из машины у её особняка. — Это был… незабываемый вечер.

— И тебе спасибо, — кивнул я. — Ты составила мне прекрасную компанию.

— Может, зайдёшь на чай? — предложила она. — Фредерик наверняка уже заварил свой фирменный с ароматными травами.

— С удовольствием, — ответил я.

Мы подошли к дому, и дворецкий Фредерик, как будто всё это время только и делал, что дожидался возвращения госпожи, тут же, с поклоном, распахнул перед нами дверь.

— Госпожа, вы сегодня не одна, — сказал он, с лёгким удивлением, глядя на меня.

— Да, Фредерик, — кивнула Анастасия. — Мой… — она на секунду запнулась, — друг, Теодор Вавилонский, любезно согласился выпить с нами чаю.

— Прошу вас, господин, — слуга сделал приглашающий жест.

Мы вошли в особняк.

— Прошу прощения, — сказала Анастасия, когда мы прошли в гостиную. — Здесь не так роскошно, как у Гордеевых, но я надеюсь, что ты не будешь против выпить чашку чая в моей скромной обители.

— Никаких проблем, — улыбнулся я ей в ответ. — Главное не богатство, а внутренний мир.

— Да неужели? — рассмеялась она. — Ты сам-то в это веришь?

— Конечно, нет, — шутливо произнёс я. — Просто хотел тебя утешить.

Мы пили чай, болтая о том, о сём. Пока Анастасия рассказывала о своих увлечениях и мечтах, я, незаметно для неё, использовал свой Дар, внося некоторые изменения в обустройство особняка.

Мы ещё недолго посидели, а затем, распрощавшись, я вышел из особняка.

— Милая девушка, — сходу поделился своим мнением Борис, как только я сел в машину, — Куда теперь?

— Поехали домой.

Борис кивнул, и, выехав на дорогу, направил машину в сторону моей усадьбы.

Я откинулся на сиденье, размышляя о прошедших событиях. Теперь у меня есть своё дело, гвардия, и даже… ученица. А ещё я сделаю всё для того, чтобы вернуть былое величие Роду Вавилонских.

Вернувшись в усадьбу, я первым делом сгонял в душ и решил перекусить.

На кухне застал хмурого Скалу, который сидел за обеденным столом, попивая чай из большой кружки.

— Ну что, дядь Кирь, как прошёл день? — спросил я, присаживаясь напротив него.

— Да так себе, — хмыкнул Скала, делая глоток ароматного чая. — День как день. Ничего особенного.

Я не стал вдаваться в подробности, потому что по его взгляду и так понял, что врагам Скалы точно не поздоровилось. Дядя Кирилл вообще был мастером преуменьшать свои подвиги, и никогда не хвастался своими победами. Хотя я точно знал, что это «ничего особенного» с лёгкостью могло означать, что он уложил ещё несколько своих «врагов», просто не хотел об этом рассказывать.

Затем Скала, пожелав мне спокойной ночи, ушёл к себе.

Я спустился в подвал и проверил работу своих Ювелиров. Шесть маленьких големов, которых я создал за последние несколько дней, трудились без устали, словно пчёлы в улье. Каждый из них занимался своим делом, выполняя мою задумку.

Один из них аккуратно захватывал миниатюрным зажимом латунную гильзу, которая ещё несколько минут назад была простой полоской металла, и отправлял её в пресс-форму. Другой, используя крошечный молоточек, выбивал на донышке капсюля маленькое углубление, в которое затем помещал крошечную каплю гремучей ртути. Третий, словно настоящий ювелир, вставлял в гильзу отмеренную порцию пороха. А четвёртый уже готовый патрон помещал в специальный контейнер.

Движения големов были быстрыми, точными, выверенными. Они работали слаженно, без суеты и лишних движений, словно единый механизм. И при этом каждый из них действовал самостоятельно, руководствуясь вложенными в него знаниями.

Я, наблюдая за их работой, не мог сдержать улыбки. Моё маленькое производство работало как часы, производя патроны для Тенеборцев.

Я подошёл к одному из големов, который как раз заканчивал вставлять в гильзу пулю.

— Как дела, дружище? — спросил я, легонько похлопав его по металлической башке.

Голем повернул ко мне свою голову, и мне показалось, что в его глазах промелькнула искорка разума.

Я улыбнулся. Эти големы были действительно особенными. Они не просто выполняли мою задумку, они понимали её, действовали осмысленно, а не механически.

Я прошёлся по мастерской, проверяя работу других големов.

Один из них аккуратно разбирал древний бронзовый светильник, отделяя от него мелкие детали — ручки, ножки, украшения. Другой, используя крошечную щёточку, очищал от грязи и ржавчины древний кинжал.

Работа големов была кропотливой, требовала внимания и точности. Но они справлялись с ней великолепно.

Я был доволен. Мой план по созданию собственного, полностью автономного производства, который я придумал ещё в прошлом мире, начал осуществляться.

Теперь я смог позволить себе не тратить время на мелкие работы, а сосредоточиться на том, что действительно важно.

Я взял ещё несколько листов металла и вырезал из них заготовки для будущих патронов.

Когда закончил вырезать заготовки для патронов, аккуратно сложил их в стопку. Тонкие металлические пластинки отливали в свете ламп мягким жёлтым светом. На каждой из них я нанёс микроскопические насечки, создавая своеобразный узор, который позволит пуле вращаться, стабилизируя её полёт.