Чтение онлайн

Князь поставил последнюю подпись, шлёпнул печать и удовлетворённо посмотрел на проделанную работу.

— Передайте эти документы в соответствующие инстанции. Как только придёт ответ, выпишите ордер. Теодора Вавилонского нужно арестовать немедленно.

— Да, Ваше Сиятельство! — Геслер кивнул, собрал документы и покинул кабинет.

Роберт Бобшильд, оставшись один, медленно подошёл к окну и, заложив руки за спину, посмотрел на тёмное от сгустившихся туч небо. Уже поднялся сильный ветер, раскачивая кусты и деревья. С минуты на минуту пойдёт дождь.

Князь любил свою землю, любил свою власть. И был готов на всё, чтобы её сохранить.

Он прекрасно понимал, что подписанные им документы — это очень серьёзное дело. Но у него на руках были все козыри. По всему выходило, что Теодор Вавилонский подвёл не только его, князя Лихтенштейна, но и всю Российскую Империю. Его неспособность выполнить военный заказ по строительству оборонительных сооружений на границе с Австро-Венгрией могла быть расценена не просто, как некомпетентность, а как… измена и предательство родины.

Князь на секунду задумался о своей роли в этой истории. Ведь как гласит мудрая поговорка: «Главное в ходе следствия — не выйти на самих себя».

Он подошёл к бару, налил себе бокал коньяка и, сделав большой глоток, устало опустился в кресло. С улыбкой, он прогнал прочь дурные мысли.

«Необходимо показать всем, что я — сильный правитель, — подумал он. — И что я буду защищать интересы Лихтенштейна, несмотря ни на что. В конце концов, все неугодные будут устранены, а я смогу двигаться дальше».

И, чтобы хоть немного снять напряжение, он снова приложился к бокалу с коньяком. Ведь он понимал, что хоть шансов у Вавилонского и нет, но, как говорится, всегда может случится чудо.

Пограничный район Австро-Венгрии

Западный фронт

Генерал-майор Альберт фон Штернберг стоял на балконе своего штаба, возвышающегося над живописной долиной на австро-лихтенштейнской границе. Несмотря на кажущуюся безмятежность картины — зелёные луга, искрящиеся на солнце горные вершины, ленты извилистых рек — он чувствовал напряжение в воздухе. Небо, ещё недавно ясное и голубое, постепенно затягивалось тяжёлыми свинцовыми облаками.

Холодный взгляд генерала был прикован к горизонту, где виднелись очертания маленького княжества. Неделю назад он получил строгий приказ из Вены: ни в коем случае не позволять противнику из Лихтенштейна приближаться к границе.

«Если они хотят возводить укрепления, пусть роют траншеи в своих городах. После войны от них всё равно мало что останется», — гласила депеша, полученная по секретным каналам связи.

Генерал-майор жаждал войны. Под его началом была целая армия: пехотные дивизии, танковые полки, артиллерийские батареи. Он лично муштровал солдат, готовя их к предстоящему вторжению. Каждое утро фон Штернберг просыпался с надеждой получить долгожданный приказ о нападении. Он представлял, как его войска сметут жалкую оборону княжества, как будут гореть города и деревни.

Но больше всего генерал-майор мечтал, чтобы лихтенштейнцы начали рыть окопы прямо у границы, на его участке фронта. Тогда он сможет лично руководить операцией по их уничтожению. Фон Штернберг уже представлял, как будет расстреливать землекопов из пулемётов, как будет давить их траншеи гусеницами танков…

Пока же приходилось ждать. Генерал-майор методично готовился к будущему вторжению, разрабатывая планы наступления и продумывая мельчайшие детали операции. Он был уверен — рано или поздно Вена отдаст приказ, и тогда он сможет наконец отомстить за деда и стереть ненавистный Лихтенштейн с лица земли.

Прошлое… Оно преследовало Альберта фон Штернберга, подобно зловещей тени. Полвека назад его дед, прославленный генерал, погиб в Лихтенштейне при загадочных обстоятельствах. Официальная версия — сердечный приступ. Но Альберт знал правду: его дед был убит. Убит во время тайных переговоров с лидерами повстанцев.

С тех пор месть стала смыслом жизни для всего Рода фон Штернбергов. Они жаждали расплаты, мечтая уничтожить княжество, превратив его в руины.

Несмотря на отсутствие открытых боевых действий, напряжённость на границе нарастала с каждым днём. Генерал-майор фон Штернберг, как и другие высокопоставленные лица, осознавал, что текущий момент станет поворотным в истории региона. Идея о том, что Российская Империя может вмешаться, его ничуть не пугала. Он был уверен, что их войска, разбросанные по всему миру, просто не успеют добраться до Лихтенштейна.

Его план был прост и циничен — спровоцировать начало полномасштабной войны.

Фон Штернберг разработал коварную операцию. Его люди должны были захватить группу лихтенштейнских строителей, работающих у границы. Пленных планировалось переодеть в военную форму княжества и инсценировать попытку диверсии на территории Австро-Венгрии.

Генерал-майор лично будет курировать создание фальшивых фотографий и видеоматериалов, якобы запечатлевших «нападение лихтенштейнских диверсантов». Он даже подготовит несколько трупов австро-венгерских солдат, которыми придётся натурально пожертвовать ради правдоподобности инсценировки. И эта провокация станет искрой, которая разожжёт пламя войны.

Кстати, недавно на одном из приграничных складов боеприпасов действительно произошёл мощнейший взрыв. Причины катастрофы остались неизвестны — не удалось обнаружить ни единой улики. Взрыв был настолько сильным, что от находившихся на складе людей не осталось и следа. Единственным выжившим оказался начальник склада, майор Хорст Келлер. В момент взрыва он отсутствовал на рабочем месте, предположительно находясь в неофициальном отпуске, который он себе устроил, чтобы покутить в городе. Его внезапное исчезновение в момент взрыва вызвало подозрения у военного трибунала.

Келлера быстро нашли и арестовали. На допросах он скулил, как маленькая перепуганная собачонка, отчаянно сваливая всё на вражескую диверсию. Но следователи не обнаружили никаких доказательств вражеского вмешательства. Майора признали виновным в преступной халатности и приговорили к расстрелу.

Да, правительство Австро-Венгрии и радо было бы обвинить Лихтенштейн в организации теракта. Однако доказательств этому по-прежнему не было.

Теперь Альберт Фон Штернберг собирался лично исправить это досадное недоразумение, сфабриковав улики против княжества.

— Господин генерал-майор! — раздался за спиной фон Штернберга голос адъютанта.

— Да, слушаю, — ответил генерал, поворачиваясь.

— Нам удалось раздобыть имперскую военную форму с нашивками княжества и трофейное оружие, как вы и просили. Когда планируете начать операцию?

Фон Штернберг наклонился вперёд, и в его глазах блеснул огонёк безумия.

— Как только к границе стянутся первые рабочие для постройки укреплений.

Я пригласил Генриха Шенка и Густава Рихтера на приём к себе в усадьбу. Несмотря на разыгравшуюся за окном непогоду — дождь лил как из ведра, а ветер гнул деревья к земле, — графы прибыли точно к назначенному времени.