Чтение онлайн

Через мгновение Тарек снова выглядит скучающим, как будто он понимает все, что здесь происходит, но у него есть дела поважнее.

Мне хочется расцеловать его до смерти – всех их – за то, что он так хорошо разбирается в этой херне с уловками и за то, что доверил мне вести допрос.

Я устраиваюсь рядом с Тареком и перевожу надменный взгляд на Веруса – он вполне соответствует оскорбленной невинности, которую я пытаюсь сыграть. Он настороженно оценивает меня. Он не знает, что теперь делать, и тут мы с ним на равных. Я несу какой-то бред, но Верус видел, как я исцеляла руку светом луны, а еще я говорю на языке, который, как я подозреваю, знают не многие фейри. Так что я надеюсь, что этого будет достаточно, чтобы мой бред звучал хотя бы правдоподобно.

– Покажи мне, кто ты, – снова приказывает он, возвращаясь к обычному языку и своему высокомерию – отчего-то он решил, что вправе диктовать свои условия.

Похоже, Верус – любитель ходить по кругу.

– Докажи, что ты достоин меня увидеть, – парирую я, скрещивая ноги и откидываясь в кресле, как будто я более чем счастлива сидеть здесь весь день, доводя себя до головокружения в этой бесконечной петле саркарского дерьма.

«Скорпионы» наблюдают за нашим обменом колкостями так, будто им нет до нас никакого дела. Они расслаблены, рассеянно поигрывают кинжалами, их глаза видят все, но взгляды не устремлены ни на что конкретно, что могло бы склонить чашу весов, на которой мы шатко балансируем, в одну или в другую сторону. Мы – словно лесные озера, спокойные и гладкие на поверхности, в то время как в глубине таятся ужасающие монстры, готовые в любой момент нарушить спокойствие водной глади и схватить добычу.

– Не могли бы вы убрать их? – Верус подбородком указывает на маленького желтого скорпиона, что лениво ползет к ожогу от железа на его шее.

Другой скорпион, похоже, пытается устроиться поудобнее в его пупке. В его вопросе есть нотка робости, но я ей не верю. Возможно, он пытается выяснить, поможет ли ему мольба о пощаде, а может быть, тонко намекает на то, что немного доброты по отношению к нему поможет мне получить ответы.

Курио смотрит на меня, непринужденно наклоняя голову в мою сторону.

Это небольшой жест, но он так много значит. Он передает власть, которой обладал в этой комнате, мне, укрепляя мое положение в глазах Веруса. А еще он доверяет мне вести всех туда, куда нужно.

Как и тогда, в поместье герцога, «скорпионы» следовали за мной, не задавая вопросов, а полностью поддерживая. И я поражена их непоколебимой преданностью. Не знаю, чем я ее заслужила. Просто принимать их и заботиться о них кажется мне недостаточным по сравнению с тем священным почтением, которое они оказывают мне снова и снова.

Когда-то я так боялась, что потеряю себя в них раньше, чем узнаю, кто я на самом деле, но теперь эти переживания кажутся мне смешными. Я никогда не смогу утонуть в них, потому что они относятся ко мне как к спасительному канату, который поможет им спастись.

Они подводят меня к тому, чего я хочу, вместо того чтобы брать и класть мне это что-то в руки. Они помогают мне обрести твердую почву в мире зыбучих песков.

Я веду, они следуют. Я нуждаюсь, они дают. Они уступают друг другу лидерство, в зависимости от сильных сторон каждого, без ревности и соперничества. Ничто не нарушает плавного перехода доверия и контроля от одного «скорпиона» к другому. Они – семья, настоящая команда во всех смыслах этого слова, и теперь я – часть их семьи.

Мне была ненавистна мысль о том, чтобы принадлежать им. Я слишком много времени находилась под властью недостойных хозяев и жестоких фейри, и мне не давала покоя сама мысль о том, что я когда-нибудь вновь почувствую себя чьей-то собственностью. Но я вдруг поняла, что значит быть их и что я никогда не буду в большей безопасности, чем в их любящих руках.

В груди становится тепло, но я откладываю все, что чувствую, в коробку и оставляю на потом. Я собираюсь открыть эту коробку позже, когда буду в безопасном месте, где мне никто не помешает укутать себя и их этими нежными откровениями и потеряться друг в друге.

Я киваю Курио. Он встает и убирает скорпионов с Веруса, а передо мной внезапно оказывается Риалл и закрывает мне обзор. Он тянется к моей руке, обнажая ожог, пульсирующий и глубокий. Он с сомнением хмурится, а затем вгрызается в свое запястье и капает кровью на ожог – тот начинает заживать мгновенно. Риалл протягивает мне свою руку, я подношу запястье ко рту и облизываю две ранки дочиста.

Мне вдруг хочется вылизать кое-что другое, но я отбрасываю эту мысль и сосредотачиваюсь на главном. Меня раздражает, что мне приходится охотиться за ответами с помощью приманок, которые я еще не проверила в деле. Терпение – не моя сильная сторона, и все эти танцы в поисках информации кажутся мне медленными и утомительными. Мне нужно то, что в голове у Веруса, и я хочу это прямо сейчас.

Укус Риалла перестает кровоточить. Он проводит большим пальцем по моей губе, в его взгляде полыхает огонь – он засовывает палец в рот, облизывает его и возвращается на свое место рядом с Курио. Моя рука полностью зажила, даже следа не осталось. Я опускаю рукав, не желая бесплатно выдавать Верусу другие свои секреты.

Курио садится, скорпионы возвращаются в инкубатор, и я окидываю Веруса взглядом. Должно быть, в нем явно читается: «Давай покончим с этим дерьмом».

Его глаза перебегают от меня к Риаллу и обратно, как будто он знает, что только что между нами произошел какой-то обмен мнениями, но он не может определить, что именно мы обсуждали.

– Давай закончим мериться членами. Ты думаешь, что то, что тебе известно, ценно, но мы оба понимаем, что моя информация лучше и стоит дороже. Либо докажи, что не лжешь, либо сдохни на хрен и перестань тратить мое время.

Риалл фыркает от смеха, но быстро берет себя в руки. Краем глаза я вижу веселую ухмылку Тарека, а у Курио грудь подрагивает от беззвучного смеха. Лицо его при этом остается совершенно бесстрастным – понятия не имею, как ему это удается. Надо попросить его позже научить меня этому фокусу.

Серебряные глаза Веруса сужаются. Как будто он хочет разрезать меня и увидеть все тайны, скрытые внутри. Он пытается не отвечать, но то, чем его пичкает Тарек, снова побеждает, и он оседает в кресле.

– Мы не пытались вас убить, – заверяет он, переводя взгляд с меня на других «скорпионов» и обратно. – Мы должны были заставить одного из вас отбиться от группы, схватить его и использовать в качестве приманки, чтобы заставить двух других членов Ордена сесть за стол переговоров.

– И когда все поменялось? – спрашиваю я, стараясь, чтобы мой вопрос звучал хоть и расплывчато, но весомо.

– Все меняется, – легко признает Верус. – Мы подошли к вам слишком близко, а это значит, что нам пришлось действовать агрессивнее. Но наш альянс был бы разумным; не знаю, почему Полумесяцы не рассказали нам о тебе.

Его заявление оставляет свободу для трактовок, и Верус смотрит на меня, словно ожидая каких-то объяснений.

Я, подражая его тону побежденного, тоже глубоко вздыхаю и откидываюсь в кресле.

– Я не знаю, – честно отвечаю я, позволяя глазам сфокусироваться на камнях, составляющих стену позади него, стараясь выглядеть задумчивой и немного потерянной. А еще я стараюсь не задерживать дыхания, ожидая, как Верус отреагирует на мой честный, но абсолютно дерьмовый без контекста ответ.