Чтение онлайн

Пахнет победой.

Тарек успокаивающе сжимает мое плечо и говорит:

– Она наша. Просто пока еще этого не знает.

Его слова проникают в мою голову, и я пытаюсь позволить им уничтожить все мои опасения.

– Она узнает, – провозглашаю я, и Тарек согласно кивает, а затем вновь прислоняется к столу.

Я замечаю, что он смотрит в окошко, вырезанное в кухонной двери. Что ж: я складываю руки на груди и тоже прислоняюсь к столу.

Жду и стараюсь не считать секунды, но невозможно не почувствовать, как время нарочно замедляется, будто издеваясь над нами. Первые капли дождя бьются в стекло, шепотом предупреждая: буря вот-вот покажет всю свою ярость. Обычно я люблю, когда небо вот так сердится. Океан всегда вторит его гневу, и на какое-то время мир становится похож на то, что слишком часто творится внутри меня. Но сегодня… сегодня я чувствую, что частичка моей души оказалась посреди этого кошмара, и она слишком хрупкая, чтобы ею вот так рисковать.

– Я думал, она к нам прислушается, – говорю я, чтобы отвлечься: в тишине кухни звуки готовки Риалла становятся невыносимыми.

Мы все в своих мыслях, стоим здесь в бессильном ожидании. И наши головы – слишком опасное место, чтобы проводить там чересчур много времени.

– Я догадывался, что она будет шокирована, узнав, что мы сделали для Приюта, но не предполагал, что она сделает вот это, – я указываю на дверь, которая в любой момент может открыться, и в нее войдет Осет.

– Признаюсь, я ожидал большей благодарности, – соглашается Тарек, и Риалл насмешливо фыркает.

– Вы оба явно позабыли, как мы себя чувствовали, когда впервые оказались здесь, – замечает он, переливая что-то из одной миски в другую и усердно смешивая содержимое.

Я улыбаюсь, вспоминая те дни. Вспоминаю о трудностях и проблемах, о том, что мне понадобилось время, чтобы увидеть, что эти двое – часть меня. Кажется, Тарек тоже путешествует по воспоминаниям.

– Может быть, – соглашаюсь я, но не могу отделаться от чувства беспокойства из-за всего, что только что произошло, и того факта, что нам приходится ждать, пока она вернется к нам. Вернется лишь потому, что у нее нет выбора.

Для начала, мы не должны были пытаться убедить ее остаться. Осет должна почувствовать к нам ту же тягу, что и мы.

Тиллео управлял Приютом, как своей собственностью. Мы понятия не имели о тех ужасах, которые он и его учителя творили за нашей спиной. Возможно, мы бы и сейчас не знали, если бы Осет не привлекла наше внимание и не похитила наши души так, словно они всегда принадлежали ей. Мы все согласились, что она может разобраться со своими учителями и хозяином, когда будет готова. Но если Тиллео изломал ее так сильно, что она даже не может узнать своих соулмейтов, то я остаток своей жизни посвящу тому, что заставлю его заплатить за это.

– Она придет в себя, – уверяет Тарек. – Она не знает того, что знаем мы об этом мире. Все, что она когда-либо видела, это Приют. Вероятно, большую часть времени она провела там, мечтая о том, что будет, когда она из него выберется. Реальность достаточно скоро выбьет из нее эти мечты и фантазии.

– А когда мы узнаем, откуда она и как там оказалась? – спрашивает Риалл, вытирая рукой бороду, и я пристально слежу за этим его нервным жестом.

Мы все молчим.

– Осет наша, – повторяю я, и эти слова будто позволяют ей еще глубже проникнуть мне под кожу.

Если бы мои братья не ощущали того же, я бы засомневался в себе и в смысле этой непреодолимой жажды привязать Осет к нам всеми возможными способами. Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного, и это сводит с ума и тревожит. Но я не могу выбросить из головы образ истекающей кровью, побледневшей Осет, лежащей на столе, на пороге смерти. Я не могу отмахнуться от жгучего желания спасти ее и ясного понимания того, что Осет – часть нас троих. Я даже не надеялся, что что-то подобное может случиться. И теперь, когда Осет вот так ворвалась в наши жизни, просто взять и отпустить ее уже невозможно.

Конечно, потребуется время, чтобы узнать ее, показать ей, кто мы такие и чем она может быть для нас, но для начала она сама должна нам все это позволить.

У Риалла терпения ни на грош, но у нас с Тареком его ненамного больше. Мы слишком много работали и через многое прошли, чтобы кто-то мог вот так нам отказывать. Мы – Орден Скорпионов, и Осет должна быстро понять, что мы принадлежим ей так же, как и она нам.

Я бросаю взгляд на Тарека и молча сообщаю, что уже устал ждать. Он вздыхает, но ничего не говорит. Так что я пытаюсь отвлечься от чувства разочарования и сосредоточиться на плане Тарека. Да, в нем определенно есть смысл – хотя меня и раздражает, что я вынужден просто сидеть тут и ждать.

Я понимаю, как важно, чтобы Осет разобралась в себе и сама выбрала нас. Но мое терпение не бесконечно. И если мне придется силой вернуть ее, я с радостью это сделаю. Тареку просто придется найти другой способ убедить ее остаться. И если ради этого придется запереть ее в моей комнате и дразнить ласками, пока она не начнет умолять о большем и обещать, что никогда нас не покинет, то пусть так и будет.

Я продираюсь сквозь кусты и пышную зелень леса. Все, что я вижу, – это бесконечное море деревьев. Вокруг – густой влажный воздух, но дышать нетрудно, и моей коже он, кажется, нравится все больше и больше, пока я бреду сквозь богатую лесную растительность. Правда, мне приходится буквально заставлять себя переставлять ноги. Поначалу я опасалась, что, несмотря на слова Тарека, кто-то выследит меня и заставит вернуться, но, к моему удивлению, этого не произошло. И теперь убраться как можно дальше мне уже не хочется.

Когда я впервые вышла из кухни в странный мир, наполненный всеми оттенками зеленого, голубого и серого, я решила дать себе время. Посмотреть поближе на эти новые земли, надеясь, что что-то покажется мне знакомым, но нет. Я уже давно даже не пытаюсь понять, как ко мне приходят какие-то воспоминания о случайных вещах: например, я вспоминаю запах определенной еды, хотя и не помню ее названия. Или имя незнакомца, места или предмета – но при этом других воспоминаний о них у меня нет. Это полезно, но иногда вызывает досаду. И вот я внимательно изучаю черные камни и темную землю, но ничто в этой земле не кажется мне знакомым.

Я не знаю, что за деревья окружают меня. Не узнаю гроздья игольчатых листьев, и ничто не вызывает во мне чувства узнавания, когда я вдыхаю их сладкий древесный аромат. Утес, на котором построен серый замок, такой же чужой, незнакомый, как и все остальное вокруг. Бушующий океан не зовет меня – как и запах соли, пышная растительность, дым и какой-то цветочный аромат, что доносит до меня ветер. Ничего из этого не напоминает мне о моей прошлой жизни.

Поэтому я просто иду. Топаю в незнакомый, неизвестный мне мир, пытаясь оказаться как можно дальше от Ордена Скорпионов. Не представляю, насколько далеко мне уже удалось продвинуться – я все еще слышу, как океан разбивается о скалы, слышу свист ветра, что шумит в деревьях и кустах вокруг. Небо становится темнее с каждым моим шагом, и я начинаю понимать, что на самом деле не имею ни малейшего представления о том, что делаю.