Чтение онлайн

Перед уходом Пижон вспомнил про газету, где было объявлено о розыске Артура, — захватил ее с собой. Сначала заехал в «свой» магазинчик через квартал от дома, убедился, что там идет работа, чего-то разгружают, пожал руки хозяину и главбуху — он был для них «крышей», и они ежемесячно отстегивали ему деньги за то, что у них нет проблем, можно работать спокойно. Поигрывая связкой ключей в руках, Славик завел с самой красивой продавщицей шутливый разговор, в конце которого распорядился дать ему бутылочек шесть пива «Толстяк», похолоднее… В подобных просьбах Пижону не отказывали.

Потом прыгнул в свою «бээмвуху», нажал на газ — спустя несколько минут был уже дома у Бори. Тот уже подготовился ехать в Москву, но то и дело охал и кривился — перебрал вчера.

— Чего пили-то? — полюбопытствовал Славка, которого смешили страдальческие гримасы Угрюмого. — Я-то вовремя ушел из кабака, а ты, помню, все орал, что не распробовал вино…

— Ну да… — коротко согласился Боря, закрывая дверь квартиры.

Они взяли с собой по пистолету «тришка», спрятали их понадежней в салоне «БМВ» и, не теряя времени, покатили в Москву. За машиной поднимались клубы желтой пыли, пока они не выехали на шоссе. Славка увеличил скорость, а Борька продолжал рассказывать:

— А меня чего-то повело, какое-то шибко пьяное вино оказалось. Ты свалил, а я пил, пил — мне знаешь какая доза нужна? Габариты все-таки! Пока дойду до кондиции, все уже под столом валяются. И в этот раз так вышло. Зато мне потом Наташка дала, во! Че-то я даже не понял — сама полезла. Считай, я только сидел и глазами хлопал. Трахнулись в гримерке у нее украдкой, пока дискотека шла, и она тоже бухнуть захотела. Ну, за такое дело надо было вмазать, слов нет. И я к ней присоединился. Вот тут и почувствовал — перебор пошел! Короче, так нажрался, что не помню, как домой даже пришел… Ох, с винища башка трещит! Надо было водяру хлестать, «Смирновку».

— Не ссы, ковбой, — с улыбкой успокоил его Славка, — на!

Он пошарил у себя под ногами, не снижая скорости, и достал откуда-то две холодные бутылки пива. Сунул их Боре:

— Давай открывай. Одну — мне. Думал, какое пиво брать, решил — «Толстяк». Как раз о тебе, помню, подумал. Хе-хе!

— Хорош прикалываться! — ответил Угрюмый и открыл пиво крышкой о другую крышку. Одну бутылку передал Славке, вторую сразу начал опустошать сам. Залпом выпил и рыгнул. — О, кайф! — простонал он и хлопнул Славку по плечу. — Ну ты удружил! С ума сойти, как легко стало — уходит бодун-то!

— Если еще хочешь, говори! — Славка пил пиво не спеша, мелкими глотками, все время следя за дорогой. — У меня есть.

— Ага, давай прямо сейчас. Чего тянуть?

Угрюмый выпил еще бутылку. Потом неожиданно спросил:

— А ты-то как с Машкой? Во, бля, телку отхватил — класс!

— Да класс-то класс, кто спорит. Только не дали нам с ней толком побарахтаться. Артур этот… Гони, говорит, в Москву, на Таганку, надо одного перца сцапать и к нему везти, в Серпухов. Я, правда, не догоняю, почему он там? Из-за этого?

Славка кивнул на помятую газету «Чертополох».

— А то! — почесал в башке Угрюмый. — Видать, в бегах.

— Это меня и беспокоит… — продолжал рассуждать Славка. — Ежели он в бегах, то не кинет ли нас с оплатой нашего стахановского героического труда? И вообще, что будет, если он попадется? Не с ним — это его забота, — а с нами? Как бы и нас не сдал! Вот что, Борька, меня беспокоит. Сам посуди — вот ты, к примеру, Артур. Ты находишься в розыске — так?

— Так, — согласился Угрюмый, пытаясь сообразить, к чему его напарник клонит. — И чего? Он — это он, мы — это мы…

— Ага. Хрена лысого! Ты — в розыске, да? Хоронишься по темным углам до поры до времени. И о чем ты думаешь? Чтобы сделать ноги. И желательно — за бугор. Я бы так на его месте рассуждал. А весь балласт — за борт. А кто этот балласт?

— Ну и кто? — опять рыгнул млеющий от жары Угрюмый.

— Ну, тупая ты башка, думай! Мы, конечно! Мы — балласт! И он на нас с тобой сможет все повесить — такая он падла. Если, само собой, его повяжут. И тогда нашей с тобой беспечной жизни, Боря, наступит конец. Гранд-финал с фейерверками!

— Точно! — открыл рот от удивления Угрюмый. — Вот гад!

— Нет, я же не говорю, что он точно нас сдаст. Но и это не исключено, помни. И особо уши не растопыривай, если он нам на них лапшу пожелает навесить. У нас отношения должны быть четкие: сделали работу — получили бабки и откатились в сторонку. Все! Мы, типа, не при делах. Но Артура, кстати, уже мог и Кацман опередить. Видел, анонс в газете дают — Жора колется? На него мусора могли так нажать, что он во всем признается — даже в том, что на Моссад работает. И нас он наверняка уже сдал…

— Так на хера ж мы едем в Москву? — задал дельный вопрос Угрюмый. — Если Жора нас сдал, там нас и повинтить могут!

— А ведь верно, — задумался Слава и временно замолк. Потом, как раз у светофора, когда все машины остановились, обернулся к Угрюмому и мрачно произнес: — Давай так. Это наше последнее дело с Артуром. Ну его в жопу! Получаем бабки и растворяемся в пространстве. Тихо занимаемся чем-нибудь легальным. Если припрут — все отрицаем. А где у ментов доказательства, кроме показаний Жоры?

— Плохие новости вообще-то. — Угрюмый сделал серьезное лицо. — Я вообще-то в тюрьму не хочу. Что я там забыл? Даже если попадем туда, амнистия недавно прошла, следующая будет неизвестно когда. Хотя… Если поймают нас — не расстреляют же!

— О чем ты говоришь? — раздраженно оборвал его Славка. — Какая еще тюрьма? У меня жизнь только-только заиграла красками! Ну, ты понимаешь, о чем я: Машка там, бабки, все везде схвачено… так что никак нам с тобой за решетку не можно. Иной раз думаю — не зря ли я вообще тогда с Артуром согласился работать? Смотри, чем все это заканчивается, Боря…

— А если б не согласился, так и получали бы эти крохи с рынка! — возразил ему Угрюмый. — Нет, все было правильно. Но удача — она такая блядь: все равно тебе изменит когда-нибудь.

— Красиво говоришь! — одобрил Славка. — Давай еще по бутылочке втихаря? А то гаишников сегодня многовато на трассе. За то, чтоб удача изменила кому угодно, только не нам. Йес.

Они чокнулись бутылками. Сзади загудели машины — мол, чего встали, зеленый уже горит. Тронулись с места, все ближе и ближе подъезжая к Москве.