Чтение онлайн

Концерт окончен, обезьянка сдохла…

Музыка нарастает, заглушая звуки, издаваемые Смертью в кондитерской. Внезапно музыка обрывается. В огромном проеме окна магазина появляются человеческие фигуры, за стеклом пляшут всполохи карманных фонариков, кто-то начинает взламывать дверь.

Вэл (вскрикивает). Куда?!

Поворачивается и бежит сквозь тускло освещенную кондитерскую, скрывается из виду. Что-то хлопает. Что-то трещит. В магазине мужчины, темнота наполняется хриплыми криками.

Мужские голоса (кричат). К стене прижмитесь!

– У него пистолет!

– Пёсик, наверх!

– Джек, в кондитерскую!

(Дикий крик в глубине магазина.)

– Взяли его. Взяли!

– Веревку, веревку ищи!

– Да в хозтоварах ищи!

– А у меня кое-что получше веревки!

– Чего там у тебя?

– Что, что там у него?

– Паяльная лампа!

– Господи…

Секундное молчание.

– Пошли, какого черта ждем?

– Погоди-ка, хочу глянуть, работает ли она!

– Погоди, погоди!

– Гляди-ка!

Темноту разрывает вспышка синего пламени. Она высвечивает фигуру Кэрол в кондитерской. Мужчины хором возбужденно вскрикивают, склоняясь к ослепительно-синей струе огня, их лица мерцают, словно лица демонов.

– Господи!

– Работает!

Они выбегают на улицу. Беспорядочные выкрики. Включаются моторы. Их рев быстро удаляется. В почти полной тишине где-то далеко лает собака. Тут появляется темнокожий колдун с охапкой одежды, он рассматривает ее и роняет на пол, оставив только куртку из змеиной кожи, которую поднимает повыше и что-то возбужденно бормочет беззубым ртом.

Кэрол (тихо и мягко). Что там у вас, дядюшка? Подойдите-ка, дайте взглянуть.

Он подходит к ней.

Ах, да, его куртка из змеиной кожи. Я вам дам за нее золотое кольцо.

Медленно снимает с пальца кольцо. Где-то вдалеке раздается надрывный крик боли. Она внимательно прислушивается, пока он не стихает, затем понимающе кивает.

Дикие оставляют после себя шкуры, чистые шкуры, зубы и белые кости. И эти талисманы переходят от одного к другому, чтобы те, кто из породы беглецов, могли всегда следовать своей породе…

Крик повторяется еще более надрывно и снова стихает. Она накидывает куртку, будто ей холодно, кивает темнокожему старику и протягивает ему кольцо. Затем направляется к двери, останавливается на полпути, когда входит шериф Талботт с фонариком в руке.

Шериф Талботт. Никому не двигаться, не двигаться!

Она проходит мимо него, словно не замечая, и скрывается за дверью. Шериф яростно кричит:

Ни с места!

С улицы звенит ее смех. Он бросается за ней, крича:

Стоять! Стоять!

Тишина. Темнокожий колдун с загадочной улыбкой смотрит вверх. Медленно опускается занавес.

Действующие лица

Чанс Уэйн.

Принцесса Космонополис.

Флай.

Джордж Скаддер.

Хэтчер.

Босс Финли.

Том Финли.

Тетя Нонни.

Хевенли Финли.

Чарльз.

Стафф.

Мисс Люси.

Клакер.

Вайолет.

Эдна.

Скотти.

Бад.

Полицейский.

Спальня в старомодной, но все еще фешенебельной гостинице где-то на побережье Мексиканского залива в городе под названием Сент-Клауд. Мне гостиница представляется похожей на один из «Гранд-отелей» неподалеку от Сорренто или Монте-Карло в окружении пальмовой рощицы. Стиль отделки напоминает «мавританский». Основной предмет декорации – огромная двуспальная кровать, придвинутая к авансцене. В углу, под закрытыми ставнями, стоят плетеная тахта и два плетеных стула, над которыми висит на латунной цепи светильник в арабском стиле. Окна от пола до потолка выходят на галерею. Также присутствует ведущая в коридор дверь, стены обозначены очень условно.

На большой кровати две фигуры: спящая женщина и проснувшийся молодой человек, сидящий на постели в белых шелковых пижамных штанах. Лицо женщины наполовину закрыто черной атласной полумаской, защищающей ее глаза от яркого утреннего солнца. Она лежит и ворочается на постели, словно ее мучают кошмары. Молодой человек закуривает свою первую сигарету.

За окнами слышны негромкие тревожные крики птиц и хлопанье крыльев. В дверном проеме появляется входящий из коридора темнокожий официант Флай, несущий на подносе кофе на две персоны. Он стучит. Чанс встает, на мгновение задерживается, чтобы причесать начинающие редеть белокурые волосы, и идет открывать дверь.

Чанс. Спасибо, поставь вон туда.

Флай. Слушаюсь, сэр.

Чанс. Дай-ка мне сначала бром. Смешай его с водой. У меня…

Флай. Руки дрожат с утра?

Чанс (вздрагивая после лекарства). Открой немного ставни. Эй, я сказал немного, не так широко, не так. (При открытии ставен мы впервые ясно видим молодого человека. Ему под тридцать, но с виду он выглядит чуть старше. Лицо его можно назвать «молодым, но немного потасканным», но он все еще исключительно красив. Тело у него не дряблое, и белая шелковая пижама сидит на нем как влитая. Звонит церковный колокол, а в другой церкви, поближе, хор начинает петь «Аллилуйя». Чанс подходит к окну и говорит.) А я и не знал, что сегодня… воскресенье.

Флай. Да, сэр, пасхальное воскресенье.

Чанс (выглядывает наружу, держась за ставни). Угу…

Флай. Поют в епископальной церкви, а звонят – в католической.

Чанс. Я включу твои чаевые в счет.

Флай. Благодарю вас, мистер Уэйн.

Чанс (вслед идущему к двери Флаю). Эй, откуда ты знаешь, как меня зовут?

Флай. Я служил официантом в Большом бальном зале, когда вы приходили туда по субботам и танцевали с красивой такой девушкой, дочерью Босса Финли.

Чанс. Я подниму твои чаевые на пять долларов, если ты забудешь и как меня зовут, и все остальное. Тебя ведь Флай зовут? Да, Флай. Закрой дверь, да не шуми.

Голос из коридора. Одну минуточку.

Чанс. Кто там?

Голос из коридора. Джордж Скаддер.

Небольшая пауза. Флай уходит.

Чанс. Откуда ты узнал, что я здесь?

Входит Джордж Скаддер. Это аккуратный, симпатичный молодой человек деловитого вида. Он мог бы быть председателем Торговой палаты, но на самом деле он молодой врач лет тридцати шести или семи.