Чтение онлайн

Скаддер. Заместитель управляющего, заселявший вас вчера вечером, нынче утром позвонил и сказал, что ты вернулся в Сент-Клауд.

Чанс. И ты сразу явился сюда, чтобы поприветствовать меня в родном городе?

Скаддер. Такое впечатление, что твоя дама выходит из наркоза.

Чанс. У принцессы выдалась трудная ночь.

Скаддер. Принцессу склеил? (Издевательски.) Во как!

Чанс. Она путешествует инкогнито.

Скаддер. Обалдеть, похоже, так оно и есть, если она с тобой в один номер заселяется.

Чанс. Джордж, ты единственный из всех, кого я знаю, кто говорит «во как», «обалдеть» и «надо же.

Скаддер. А я не из утонченных натур, Чанс.

Чанс. Это уж точно. Кофе хочешь?

Скаддер. Нет. Я поговорить пришел. Коротенько.

Чанс. Ну так говори.

Скаддер. Зачем ты вернулся в Сент-Клауд?

Чанс. У меня тут мать и девушка. Как там Хевенли, Джордж?

Скаддер. О ней попозже. (Смотрит на часы.) Через двадцать пять минут мне надо быть у себя в кабинете в больнице.

Чанс. Оперируешь?

Скаддер (открывая врачебный чемоданчик). Я теперь там главный врач.

Чанс. Да, неплохо ты поднялся.

Скаддер. Зачем ты вернулся?

Чанс. Узнал, что мать болеет.

Скаддер. Однако ты спросил «Как там Хевенли?», а не «Как там мать?» (Чанс отхлебывает кофе.) Твоя мать умерла две недели назад.

Чанс медленно поворачивается спиной к гостю и идет к окну. По жалюзи пробегают тени птиц. Он чуть опускает их и оборачивается к Скаддеру.

Чанс. А почему мне не сообщили?

Скаддер. Тебе сообщили. За три дня до ее смерти тебе послали телеграмму по имевшемуся у нее адресу: Лос-Анджелес, почтамт, до востребования. Ответа мы не получили, и уже после ее кончины, в тот же день, отправили еще одну телеграмму, и снова никакого ответа. Вот выписка из церковной книги. Церковь собирала деньги на ее лечение и на похоронные расходы. Ее похоронили на вашем семейном участке, и на церковные деньги поставили неплохой памятник. Я сообщаю тебе эти подробности несмотря на то, что я и все в городе знают, что ты ею не интересовался, ее судьба куда больше волновала совсем малознакомых людей вроде меня.

Чанс. Как она умерла?

Скаддер. Она долго болела, Чанс, и ты это знаешь.

Чанс. Да, она болела, когда я уезжал отсюда в последний раз.

Скаддер. У нее было больное сердце, да и не только сердце, Чанс. Но люди очень хорошо к ней относились, особенно прихожане одной с ней церкви, а преподобный Уокер был с ней до самого конца.

Чанс садится на кровать. Гасит недокуренную сигарету и тотчас закуривает еще одну. Его голос становится тихим и напряженным.

Чанс. Ей всегда не везло в жизни.

Скаддер. Не везло? Ну все уже позади. Если хочешь побольше об этом узнать, поговори с преподобным Уокером, хотя, боюсь, он вряд ли встретит тебя сердечно.

Чанс. Ее уже нет. Зачем об этом говорить?

Скаддер. Надеюсь, ты не забыл о письме, которое я отправил тебе вскоре после твоего последнего отъезда?

Чанс. Я ничего не получал.

Скаддер. Я писал тебе по очень важному личному делу на адрес, который дала мне твоя мать.

Чанс. Я очень часто переезжал.

Скаддер. В том письме я не упоминал никаких имен.

Чанс. И что там было, в том письме?

Скаддер. Сядь поближе, вот тут, чтобы мне не пришлось говорить слишком громко. Иди сюда. Об этом нельзя болтать во весь голос. (Скаддер указывает на стул у тахты. Чанс подходит и ставит на стул ногу.) В этом письме я просто рассказал, как некоей известной нам девушке пришлось пережить нечто трагическое и ужасное после последнего общения с тобой. И добавил, что тебе стоит хорошенько подумать, прежде чем снова приезжать в Сент-Клайд, но ты не подумал.

Чанс. Я же сказал, что не читал никакого письма. И не говори мне о нем, ничего я не получал.

Скаддер. Я пересказываю тебе то, о чем написал в письме.

Чанс. Ладно, излагай, о чем писал, только не бубни и не стой как истукан. О чем ты мне писал? О чем таком «ужасном»? О какой девушке? О Хевенли? О ней, Джордж?

Скаддер. Вижу, что тихо об этом говорить не получается, так что я…

Чанс (вскакивает и преграждает Скаддеру дорогу). Что с Хевенли? Что это за «ужасное» такое?

Скаддер. Не будем называть имен, Чанс. Нынче утром, узнав, что ты вернулся в Сент-Клауд, я бросился сюда, пока об этом не прослышали отец и брат этой девушки, которые не допустят, чтобы ты с ней увиделся, и выставят тебя из города. Вот и все, что я должен тебе сказать здесь и сейчас… Однако надеюсь, что был достаточно красноречив, чтобы ты осознал всю серьезность положения и немедленно уехал…

Чанс. Господи! Если что-то стряслось с Хевенли, ты должен мне сказать, должен!

Скаддер. Повторяю – никаких имен. Мы в номере не одни. Дальше я спущусь вниз и поговорю с Дэном Хэтчером, заместителем управляющего… он сказал мне, что ты остановился в этом номере… И объявлю ему, что ты хочешь уехать. Так что разбуди-ка свою спящую красавицу и собирайтесь в дорогу. Советую нигде по пути не останавливаться, пока не пересечете границу штата…

Чанс. Ты не выйдешь отсюда, пока толком не объяснишь, что тут в Сент-Клауде происходит с моей девушкой.

Скаддер. С ней связано гораздо больше, о чем нельзя говорить никому, а уж тем более тебе. Ведь ты превратился в преступника, выродка – иначе тебя и не назвать, Чанс. Думаю, следует тебе напомнить, что когда-то давно отец этой девушки выпустил насчет тебя распоряжение, похожее на медицинское назначение, и распоряжение это – кастрация. Так что подумай хорошенько над моими словами, ведь это лишит тебя единственного, чем ты в жизни держишься. (Шагает к выходу.)