Орфей спускается в ад
Шрифт:
Шеннон. Хорошо, хорошо, не буду. Я просто хотел, чтобы она подтвердила мой рассказ, что в тот вечер я водил ее по городу по ее просьбе, а не по своей инициативе. Я предложил ей свои услуги, когда она сама меня попросила показать ей то, что не значится в брошюре и что обычно не показывают туристам. Например…
Мисс Феллоуз. Ваш номер в гостинице? Потом? Его тоже? Она вернулась, вся покусанная блохами!
Шеннон. Ой, прошу вас, не сочиняйте. От Шеннона никто и никогда блох не нахватывался.
Мисс Феллоуз. Ее одежду пришлось отдать в дезинфекцию!
Шеннон. Я понимаю ваше раздражение, но вы заходите слишком далеко, пытаясь утверждать, что Шарлотта нахваталась от меня блох. Не отрицаю, что…
Мисс Феллоуз. Подождите, пока получат мое письмо!
Шеннон. Я не отрицаю, что вас могут покусать блохи, когда осматриваешь ту часть города, что скрыта за парадным фасадом и находится далеко от широких бульваров, ночных клубов, даже от фресок Диего Риверы, но…
Мисс Феллоуз. Ой, вещайте об этом с кафедры, лишенный сана преподобный Шеннон!
Шеннон (зловеще). Вы слишком часто это повторяете. (Хватает ее за руку.) На этот раз при свидетелях. Мисс Джелкс! Мисс Джелкс!
Ханна отодвигает москитную сетку.
Ханна. Да, мистер Шеннон, в чем дело?
Шеннон. Вы слышали, что эта?..
Мисс Феллоуз. Шеннон! Отпустите руку!
Шеннон. Мисс Джелкс, скажите, вы слышали, что она?.. (Осекается, издав придушенный рыдающий звук. Подбегает к стене и колотит по ней кулаками.)
Мисс Феллоуз. Я сегодня целый день потратила и издержала двадцать долларов на междугородные звонки, чтобы выяснить, кто таков этот мошенник.
Ханна. Он не мошенник, нельзя так говорить.
Мисс Феллоуз. Вас в церковь не пускают! За атеизм и соблазнение девушек!
Шеннон (разворачиваясь). Заявляю перед Богом и людьми – вы врете, врете!
Лэтта. Мисс Феллоуз, хочу вам сообщить, что агентство «Блейк Турс» было введено в заблуждение касательно прошлого этого субъекта и предпримет усилия для того, чтобы его внесли в черный список и не брали на работу ни в одно турагентство в Штатах.
Шеннон. А как насчет Африки, Азии, Австралии? Я объехал весь свет, Лэтта, весь Божий свет. Не придерживался обозначенных в брошюрах расписаний и предписаний, всегда позволял тем, кто хотел увидеть – по-настоящему увидеть! – изнанку жизни других стран. И если у них в сердцах оставались хоть какие-то чувства, я давал им бесценную возможность эти чувства проявить. И никто из них этого не забудет, никто и никогда! (Страстность его речи заставляет всех ненадолго замереть.)
Лэтта. Давай, трепись дальше, залегай обратно в гамак – на большее ты не годишься, Шеннон. (Подходит к тропинке и кричит вниз.) Так, собираемся в дорогу. Привязывайте багаж на крыше автобуса, мы уезжаем! (Спускается вниз вместе с мисс Феллоуз.)
Нонно (невпопад из своего номера).
С каким смиреньем ветка апельсина
Глядит в светлеющее небо у залива…
Шеннон судорожно вздыхает, сбегает с веранды и бросается вниз по тропинке к дороге. Ханна кричит ему вслед, пытаясь его остановить. На веранде появляется Максин. Снизу раздается сильный шум с криками ярости и вспышки визгливого смеха.
Максин (бежит к тропинке). Шеннон! Шеннон! Вернись, вернись сейчас же! Педро, Панчо, traerme a Shannon! Que esta haciendo alli? [33] О господи! Остановите его, бога ради, хоть кто-нибудь остановите его!
Возвращается вконец измотанный и задыхающийся Шеннон, вслед за ним Максин.
Максин. Шеннон, иди к себе в номер и сиди там, пока группа не уедет.
Шеннон. Не командуй.
33
Верните Шеннона! Что он там делает? (исп.)
Максин. Делай, что сказано, или я тебя выкину… сам знаешь, куда.
Шеннон. Не толкай меня, Максин, не тащи.
Максин. Ладно, делай, что говорят.
Шеннон. Шеннон подчиняется только Шеннону.
Максин. Ты по-другому запоешь, если тебя упрячут туда же, куда упрятали в тридцать шестом. Помнишь тридцать шестой, Шеннон?
Шеннон. Ладно, Максин, просто… дай мне продышаться одному, пожалуйста. Никуда не поеду, полежу… в гамаке.
Максин. Иди в комнату Фреда, чтобы я тебя видела.
Шеннон. Потом, Максин, не сейчас.
Максин. Почему ты всегда являешься сюда перед срывом, Шеннон?
Шеннон. Все дело в гамаке, Максин, в гамаке на краю тропического леса.
Максин. Шеннон, иди к себе в номер и сиди там, пока я не вернусь. Ой, господи, а деньги-то! Они же по счету не заплатили. Надо бежать вниз и стребовать с них плату по счету прежде чем они… Панчо, vijilado, entiendes? [34] (Бежит вниз с криками «Эй! Погодите минуточку!»)
34
Присмотри за ним, понял? (исп.)
Шеннон. Что я сделал? (Ошалело качает головой.) Сам не знаю, что наделал.
Ханна отдергивает москитную сетку у своего номера, но не выходит. Она мягко освещена и снова напоминает средневековую статую святой. Ее бледно-золотистые распущенные волосы ловят отблески света. В руке – серебряная щетка, которой она их расчесывала.
Шеннон. Боже Всемогущий, что… что я натворил? Сам не знаю. (Он поворачивается к появляющимся на тропинке мексиканцам.) Que hice? Que hice? [35]
35
Что я сделал? Что я сделал? (исп.)
Мексиканцы давятся смехом, когда Панчо сообщает, что Шеннон помочился на багаж женщин.
Панчо. Tu measte en las maletas de las senoras! [36]
Шеннон пытается посмеяться вместе с ними, пока они сгибаются пополам от хохота. Смех Шеннона сменяется придушенными всхлипываниями. Внизу слышен резкий голос Максин, препирающейся с Лэттой. Их пререкания перекрывает голос мисс Феллоуз, затем на фоне ревущего двигателя автобуса слышна неразборчивая перебранка.
36
Ты пописал на чемоданы сеньор! (исп.)