Чтение онлайн

Шеннон. Теперь прикурите и суньте ее мне в рот.

Она так и делает. Он почти сразу закашливается и выплевывает сигарету.

Ханна. Вы уронили ее на себя. Где она?

Шеннон (извиваясь и вертясь в гамаке). Она подо мной, подо мной и горит. Развяжите меня, бога ради, прошу вас… Она жжет меня сквозь брюки!

Ханна. Приподнимитесь, чтобы я смогла…

Шеннон. Не могу, веревки сильно стягивают. Развяжите, развяжи-и-и-ите меня-а-а-а!

Ханна. Нашла, вот она!

На крики Шеннона из конторки выбегает Максин. Она бросается на веранду и усаживается на ноги Шеннона.

Максин. А теперь слушай внимательно, псих ты ирландский! Я позвонила Лопесу, доктору Лопесу. Помнишь его? Мужчину в грязной белой куртке, который приезжал сюда, когда у тебя в прошлый раз случился срыв? И который отвез тебя в сумасшедший дом? Там тебя бросили в отдельную палату, где было ведерко-параша, солома на полу и кран с водой. Ты пополз к крану, треснулся головой об пол и заработал сотрясение мозга. Помнишь? Так вот, я сказала Лопесу, что ты снова здесь, и у тебя опять срыв, и если ты нынче вечером не уймешься, тебя утром отвезут в дурдом.

Шеннон (перебивает, громко крича, как испуганный гусь). Уфф-уфф-уфф-уфф-уфф!

Ханна. Ой, миссис Фолк, мистер Шеннон не уймется, пока его не оставят в покое.

Максин. Так почему же вы его в покое не оставите?

Ханна. Я на нем не сижу, и… и кто-то же должен за ним присматривать.

Максин. А этот кто-то – вы?

Ханна. Когда-то давно, миссис Фолк, мне случилось столкнуться с человеком в таком же состоянии, как и мистер Шеннон, так что я знаю, насколько важно дать ему время успокоиться.

Максин. Он не успокаивался, он орал.

Ханна. Он снова придет в норму. Я готовлю ему успокоительный чай, миссис Фолк.

Максин. Да, вижу. Гасите спиртовку. Готовить тут никому не разрешается, кроме китайца на кухне.

Ханна. Но это всего лишь маленькая спиртовка, миссис Фолк.

Максин. Я знаю, что это. Гасите! (Задувает огонь.)

Шеннон. Максин, дорогая. (Говорит спокойно.) Перестань клевать эту леди. Тебе ее не застращать. Стерва никогда не сравнится с леди, разве что в постели, милая, да и то не всегда.

Слышны крики немцев, требующих ящик пива, чтобы взять его на пляж.

Вольфганг. Eine Kiste Carta Blanca. [39]

Фрау Фаренкопф. Wir haben genug gehabt… vielleicht nicht. [40]

Герр Фаренкопф. Nein! Niemals genug. [41]

Хильда. Mutter du bist dick… aber wir sind es nicht. [42]

Шеннон. Максин, ты забываешь о своих обязанностях официантки в пивной. (Говорит обманчиво-ласковым голосом.) Им нужен ящик пива, чтобы унести с собой на пляж, так что выдай им его… А когда сегодня ночью зайдет луна, если ты выпустишь меня из гамака, я попытаюсь представить тебя… юной нимфой.

Максин. В таком состоянии от тебя толку мало.

Шеннон. В твоем возрасте, дорогая, привередничать не к лицу.

Максин. Ха! (Однако не очень лестное предложение импонирует ее практичной натуре, так что она возвращается к немцам.)

Шеннон. А теперь дайте-ка попробовать вашего чая с маковым семенем, мисс Джелкс.

Ханна. Сахар у меня кончился, но есть немного засахаренного имбиря. (Наливает чашку чая и отпивает.) Ой, он еще не совсем заварился, но попробуйте его выпить, а… (Снова зажигает спиртовку.) …следующая чашка будет лучше. (Наклоняется над гамаком и подносит чашку к губам Шеннона. Тот поднимает голову, отхлебывает, но сразу закашливается.)

Шеннон. Тень Цезаря Великого! Да это покруче зелья ведьм из «Макбета».

Ханна. Да, знаю, еще горьковато.

На углу веранды появляются немцы и строем шествуют на пляж пить пиво и купаться при луне. Даже в полутьме их кожа почти фосфоресцирует розовым и золотистым цветом. С собой они несут ящик пива и фантастически раскрашенную резиновую лошадку. Они двигаются, словно во сне, с блаженными улыбками на лицах и запевают маршевую песню.

Шеннон. Исчадия ада с… голосами ангелов.

Ханна. Да, у них это называется «логикой противоречий», мистер Шеннон.

Шеннон (внезапно подаваясь вперед и развязывая ослабевшие веревки). Вырвался! Свободен! Без чужой помощи!

Ханна. Я не сомневалась, что вы сможете освободиться, мистер Шеннон.

Шеннон. В любом разе, спасибо за помощь.

Ханна. Вы куда?

Он идет к сервировочному столику.

Шеннон. Недалеко. К сервировочному столику, чтобы сделать себе ром-коко.

Ханна. А-а…

Шеннон (у столика). Кокосовый орех? Есть. Мачете? Есть. Ром? Тоже есть! Лед? Ведерко пустое. Ладно, нынче вечер теплых напитков. Мисс Джелкс, не хотите ли бесплатного ром-коко?

Ханна. Нет, спасибо, мистер Шеннон.

Шеннон. Не возражаете, если я выпью?

Ханна. Никоим образом, мистер Шеннон.

Шеннон. Вас не раздражает эта слабость, это потакание своим капризам?

Ханна. Ваша проблема не в алкоголе, мистер Шеннон.

Шеннон. А в чем же, мисс Джелкс?

Ханна. Ваша проблема – старейшая на земле. Вам нужно верить во что-то или в кого-то… хоть в кого-нибудь… хоть во что-нибудь… во что-нибудь…

Шеннон. Какая-то безнадежность у вас в голосе.

Ханна. Нет, я не смотрю на это с безнадежностью. На самом деле я открыла для себя нечто, во что можно верить.

Шеннон. Нечто вроде… Бога?

Ханна. Нет.

Шеннон. А во что?

Ханна. В сломанные двери между людьми, чтобы они могли дотянуться друг до друга, пусть даже на одну ночь.

Шеннон. Пусть даже наутро и разбегутся, да?

Ханна. Одна ночь… общения на веранде у отдельных номеров, мистер Шеннон.