Чтение онлайн

Джон. «Мисс» тебе лучше подходит. (Снова целует ее. Альма берет его за плечи, но не отталкивает. Джон тихо говорит.) Неужели так трудно забыть, что ты – дочь священника?

Альма. С какой стати мне забывать? Дочь священника не отличается от других девушек, которые не забывают, что они порядочные.

Джон. Порядочность – разве это так важно?

Альма. Важно – но не для девиц того сорта, которых ты приводишь в казино. Но представь, что настанет день… (Она выходит из беседки и отворачивается.) Представь, что в один прекрасный день ты женишься. Женщина, которую ты берешь в жены и которая будет матерью твоих детей… (У нее перехватывает дыхание.) Неужели ты не захочешь, чтобы она была порядочной женщиной? Чтобы вы уважали друг друга. И чтобы дети…

Джон. Между мужчиной и женщиной есть еще кое-что помимо уважения. Вам это известно, мисс Альма?

Альма. Известно…

Джон. Это кое-что – интимные отношения.

Альма. Спасибо, что сказал. Прямо, без обиняков.

Джон. Тебе это может показаться непристойностью, но испытать блаженство физической близости – великая вещь. Хотя существуют женщины, которые отдаются мужчине как бы по обязанности, подчиняясь зову природы. (Он допивает бокал и наливает себе еще. Из казино доносятся громкие выкрики.) Петушиный бой начался!

Альма. Ты высказался напрямик. Позволь мне последовать твоему примеру… Да, есть женщины, которые прекрасное, по всей вероятности, переживание превращают в нечто совсем другое, похожее на то, как спариваются два диких животных. Без любви, без ничего.

Джон. Я этого не отрицаю.

Альма. Некоторые люди вступают в половые отношения только для того, чтобы ублажить плоть. Но есть другие, Джон… есть такие женщины, которые в союз двоих вкладывают сердце, всю свою душу!

Джон (насмешливо). Опять ты о душе! Может, еще о готических соборах вспомнишь? (Из казино слышится гоготание и протяжные крики.) Я как-нибудь покажу тебе анатомическую карту у меня в кабинете. Там видно, на что похожи наши внутренние органы. А ты покажешь мне, где она находится твоя прекрасная душа. (Приканчивает бутылку.) Пойдем посмотрим на петухов.

Альма. Я не пойду! (Продолжительное молчание.)

Джон. Тогда можем заняться другим. В этом казино на втором этаже есть комнаты…

Альма (распрямляется). Я слышала, что ты делаешь подобные предложения девицам, с которыми гуляешь, но не верила… Почему ты думаешь, что я приму твое предложение?

Джон. Потому что я щупал твой пульс, когда прибежала к нам ночью. Сказала, что не можешь уснуть.

Альма. Я плохо себя чувствовала и пришла к твоему отцу…

Джон. Ты ко мне пришла.

Альма. …а ты не захотел его позвать.

Джон. У тебя даже пальцы онемели, когда я…

Альма. Хватит! Я хочу домой. Но с тобой я не поеду, возьму такси. (Близка к истерике.) Официант, вызовите такси!

Джон. Я сам вызову, мисс Альма. (Выходит из беседки.)

Альма (срывающимся голосом). Вы не джентльмен!

Джон (из темноты). Такси!

Альма. Вы не джентльмен!

Из груди у нее вырывается стон, как у раненого животного.

Свет в беседке темнеет и переносится на статую каменного ангела.

На вогнутом экране появляется небо, усеянное южными созвездиями. Освещается гостиная в доме Уайнмиллеров. На диване, обитом зеленым плюшем, под романтическим пейзажем в позолоченной раме сидят Альма и Роджер Доримес. Рядом стоит небольшой столик, на нем – хрустальный графин с лимонадом, в котором, как тропические рыбы, плавают вишни и апельсинные дольки.

Роджер показывает Альме свою коллекцию фотографий и почтовых открыток, собранную после поездки его матери в страны Востока. Он с энтузиазмом рассказывает об этом путешествии, пользуясь стандартными оборотами из рекламных материалов туристической компании Кука. Альма не разделяет его восторженности – она прислушивается к шумной вечеринке в соседнем доме. Оттуда слышны мексиканская музыка, крики и топот.

На заднем плане вырисовывается фонтан с ангелом.

Роджер. А это Цейлон, жемчужина Востока!

Альма. А кто эта молодая дама?

Роджер. Это мама в охотничьем костюме.

Альма. Этот костюм чересчур ее полнит… И на кого же она охотилась?

Роджер. Бог ее знает! Зато она встретила там папу.

Альма. Твои родители познакомились на Востоке?

Роджер. Он возвратился из Индии с дизентерией, и они познакомились на пароходе. Забавно, правда? (Лицо Альмы передернула гримаса.) А это она на развалинах древнего храма.

Альма. Как она туда забралась? Ловкая женщина.

Роджер. Ловкая, ничего не скажешь. А это она на слоне в Бирме.

Альма. Ого!

Роджер. Ты смотришь на карточку вверх ногами.

Альма. А я нарочно, чтобы подразнить тебя. (Звонок на входной двери.) Наверное, твоя мама. Пришла за тобой.

Роджер. Сейчас только четверть одиннадцатого. А я обычно ухожу домой в половине одиннадцатого.

Входит вдова Бассет.

Альма. Миссис Бассет! Какими судьбами?

Миссис Бассет. Я голову сломала, к кому бы обратиться, и тут увидела у вас свет. Увидела и говорю себе: Грейс Бассет, топай к мистеру Уайнмиллеру!

Альма. Отец уже отдыхает.

Миссис Бассет. Отдыхает? Какая жалость. (Увидев Роджера.) Привет, Роджер!.. А я увидела, как упала сегодня утром ваша мама. Она сбегала по лестнице из «Плантаторского банка». Только подумала, как это замечательно, что у женщины ее возраста и ее комплекции такая легкая походка, как вдруг – бух! – и покатилась по ступенькам. Ну, думаю: сломала, бедняжка, шейку бедра. Сильно она ушиблась, Роджер?