Оруженосец
Шрифт:
— Простите…
— Доколе я должен тебя прощать? — спросил у него Мерлих. — Ты уже провалился с покупкой меча у рода Танегаузе, на тебя пожаловались самому Императору за неуважение… Неуважение рода баронов! За которое Магнус фитц Мриз ухватился. Ты провалил и покупку кольчуги. А теперь — «Королевская Звезда», меч моего дома, что был давно утрачен.
— При всём уважении, это…
— Это именно «Королевская Звезда», — перебил его Ларциг, — возможно камень в рукояти, по которому отличали его от других митриловых клинков — другой, ведь так? Но я изучил то, откуда появились эти двое. По оговоркам, что мне стали доступны от моих соглядатаев — Люцион Гранд и Януш Дорап побывали в Пещерах гольцев. В которых, по легендам, обитал некогда дракон из Песни о Йоланде и Цадрихе. Честно говоря — плевать мне на то, что там обитало. Но факт остаётся фактом, ещё когда не было Империи — один из сыновей моего дома, не наследник, решил исследовать те пещеры и прославится… Юлиус Глупый желал получить таким образом титул наследника Короля. Он выкрал меч отца и сгинул в пещерах. Все посланные нашим домом экспедиции — потерпели крах. Должно быть от обилия гольцев, населяющих пещеры и тех тварей, что мы видели тогда, — Кройф вздрогнул. Он мог победить сотни гольцев, мог выйти против множества людей. Но когда против тебя выходит огромная тварь, одним взмахом отправляющая в полёт рыцарей. В натуральный полёт. — Ян Дорап и Люцион Гранд попали в пещеры и им повезло в том, что основные силы тамошних обитателей в то время делали попытку разгромить нас и этого толстого недоноска — Пьера де Дюшама. Рыцарь и оруженосец выбрались оттуда. Богатыми и, мальчишка, с мечом. Который явно переделал, заменив алмаз на рубин у основания рукояти. Чтобы я не догадался. Хитро.
— А не могли они найти там другой такой меч? — спросил у Короля Кройф.
— На самом деле — мог, — произнёс Мерлих, налив себе ещё вина, — но — что это меняет, Йох? Факта твоего провала? Или факта того, — он сжал бокал с вином, отчего на том проявились трещины, — что мой дом всё ещё не обладает артефактом из митриловой стали? Нортсы, беднейшие Короли — обладают секирой из митриловой стали. Мризы — владеют доспехами и клинком! Двумя артефактами. И Аурундлихи — владеют мечом из митриловой стали. Даже некоторые графы, герцоги, бароны, находящиеся в нашем прямом подчинении — обладают этими артефактами! К сожалению — я могу лишь пытаться купить их, а не уничтожить их рода, забрав то, что нам нужно. После того, что я сделал с герцогами Райтмерхами и Улахтами, а так же с Дианой фи Райтмерх — этот ублюдок-Лариус фон Нортс, да и сам Император — выразились предельно ясно. Я не имею права просто так уничтожать благородные дома на территории моего Королевства. Однако теперь посмотри, что у нас есть, Йох. Два путешественника, не являющиеся гражданами Империи Кхандр, и, соответственно, не имеющие серьёзную защиту. Мы не можем даже убить кузнеца, забрав у него кольчугу из митриловой стали, без серьёзных последствий. Но вот Люцион Гранд и Януш Дорап — не имеют гражданства Империи и никакой защиты. А значит, — он посмотрел на мужчину, — я ожидаю от тебя — более решительных действий. В открытую ты действовать всё равно не сможешь, значит действуй по-другому.
— А что насчёт Принцессы? — спросил Йохан у своего нанимателя.
— Оу, я догадываюсь какую связь имела Принцесса с этим Грандом.
— И этим следует воспользоваться? — спросил Кройф.
— Ни в коем случае, — покачал головой Мерлих. — Или у нашей Империи больше не будет Принцессы, а меч, скорее всего, перейдёт Мризам. Нет… Магнус-Тигр — не тот, с кем следует играть по стандартным правилам игры. Он из тех, кто может даже самый хитрый и лучший, выверенный план прервать тем, что просто перевешает тех, кого ты определил звеном плана. Привлекать его к нашим действиям, — Мерлих посмотрел на запад, в сторону, где находилась столица, — значит в загон с овцами запустить свирепого тигра. Всех перебьёт и себе всё заберёт. Обойдёмся без него. Вернее, — он посмотрел на Кройфа, — ты обойдёшься…
Глава 40. Путешествие в Империю (20). Путь на юг (2)
Во время нашего отъезда из Ридермарка у меня в голове роились две мысли. Первая вопила: «наконец-то, мы валим отсюда!», а вторая настойчиво транслировала мне образы всех событий, что произошли в городе. Как приятных, так и неприятных. И всё же… Приятных было больше… Караван, запасшийся товарами с востока и севера, двигался на юг. Торговцы, вроде Дейтриха, могут сделать довольно приличные деньги на таких вояжах. И первый караван в новом году, двести тридцать первом году от основания Королевства Фловеррум, или, по имперскому календарю, две тысячи двести семьдесят девятый год, возглавляет, так сказать, глава торговой компании. Дейтрих позже мне пояснил, что он, как глава фирмы, направляется с первым караваном каждый год, чтобы уточнить данные у своих знакомых. Перезаключить контракты, навестить родню на юге.
Уже потом, последующие караваны, будут возглавлять его сыновья и доверенные люди. Но больше всего меня поразили не финансы средневековья, хотя не без этого. Удивлялся экономике я первые пару недель, потом просто приняв факт — интернета тут нет и на бирже, покупать акции в пару кликов по сенсору смартфона — невозможно… Хотя… Такая экономика, что здесь была, мне даже импонировала. Чтобы стать финансистом в двадцать первом веке моего первого мира — я изучал математику, саму экономику, политэкономию и ещё целый вагон разнообразных дисциплин. И то, первые мои инвестиции, были не сказать чтобы особо выгодными. В какое-то время я даже чуть не пребывал в обанкротившимся состоянии. Точнее — моя фирма… Тут же всё определялось пересчётом монеток разного достоинства. Не была разных условий, местные «финансисты» могли максимум дойти до акций, точнее «долей» и то не всегда и везде. Всё определялось не тем, во что ты можешь финансировать, а тем — сколько у тебя в целом денег и откуда ты ещё можешь их взять. Буржуазия, как класс, несмотря на то, что здесь уже, бля, двадцать третий век себя человечество осознало, лишь зарождался. Основными финансистами были и остаются аристократы. Абсолютно в любой стране. А аристократы деньги получают в виде налогов, на своих землях. И абсолютное большинство мало интересовалось развитием концепции экономики. Хотя, в Мризмарской Академии, как я слышал, есть уникумы, которые разрабатывают нечто навроде «экономических концепций» … Но до них далеко и как скоро, вообще, их знания распространятся по всему миру? И что это за знания?
Нет… Экономика меня уже перестала тут удивлять. Всё было относительно простым. Есть земля, есть крестьяне, поданные, слуги — есть деньги. Чем больше всего этого, тем больше денег. Если на земле есть ещё какие-то уникальные ресурсы, или есть уникальные производства — то и денег больше. Которые ты можешь либо спустить на пирушки, как делают абсолютное большинство, либо во что-то вложить. Купить себе долю, или сдать деньги в банк, пусть они во что-то перспективное вложат и получать проценты. Закрытые акционерные общества, открытые, общества ограниченной ответственности и так далее, сама по себе биржа и игры на ней — всё это отсутствовало… С одной стороны — вот оно моё преимущество… Но с другой… Как вообще мои знания капиталиста и финансиста более продвинутой экономической модели могут лечь на экономику, что появилась в этом мире? Хмммм… Вопрос… На который пока что мне не удастся ответить… Лучше понять другое… Находясь в экипаже, я с любопытством изучал лицо сира Яна, который в то время проверял свой лук.
— Ну что смотришь? — спросил у меня рыцарь. Его лицо исказила гримаса. Мы уже третий день были в пути, а до Глайдвига примерно дней пять от Ридермарка. — Я не красивая баба, чтобы ты на меня так сосредоточенно смотрел.
— Сир Ян, — вздохнул я.
— Ну чего? Вижу, ты спросить хочешь что-то, — произнёс мужчина, отложив лук в сторону и подобрав ножны с мечом, из которых меч и достал. — Спрашивай. Или боишься, что я тебя побью? Небось вспоминаешь тот удар в таверне. Ну так-то было за дело! Ишь, чего удумал. Благодари Бога-Творца, Альтану, всех своих Великих Предков, что она девушка с разумом и не побежала к нему.
— Да, каждое утро благодарю, — с тяжким вздохом произнёс я, сев, скрестив ноги. — Но меня интересует другое.
— И что-же? Если ты про тренировки, то мы вернёмся к ним в Глайдвиге. Наши ночные привалы слабо подходят для тренировок, а утром — нет времени, как ты заметил. Не волнуйся, твой прогресс и так замечателен. Может быть ты, если не сдохнешь из-за своей непомерной глупости, сможешь бросить вызов Йохану Кройфу и стать одним из лучших фехтовальщиков в этом мире.
— Кстати говоря, — заметил я, — а кто лучший? — спросил у сира Яна.
— Лучший фехтовальщик в мире? Или лучший воин? Или лучший мечник? — с усмешкой спросил он. — Если ты про первое, то лучшим фехтовальщиком, точнее фехтовальщицей, небезосновательно считается Фесса Дарольо. Она использует странный клинок, который получил распространение на Амазонии, южном континенте. Вроде как зовётся «рапира», или «шпага». Я видел его всего лишь раз, против доспехов эти мечи, вроде как бесполезны, хотя я слышал, что Фесса настолько быстра и точна в бою, что её рапира бьёт в прорези для глаз в шлеме, она известна тем, что одолела множество мнящих о себе невесть что рыцарей в доспехах, вдобавок меч Фессы — это рапира из митрила, она ещё и доспехи протыкает. Если говорить про классический меч, то лучшим фехтовальщиком на Кальтосе и Альдаралосе считается сир Мейдон Флауэрс. Это младший брат короля твоей страны, лучший из рыцарей, самый смертоносный рыцарь двух континентов и так далее… Ну а если брать категорию воинов, в которой нет привязки по используемому оружию: классический меч, или в целом — всё, что относится к мечу… Лучшим считается другой фловеррумец, Эрвальд Блэкмон, что из одноимённого герцогства происходит. Его владение молотом не знает себе равных. Говорят, он одним ударом молота, как-то отшвырнул от себя воина, что был на голову его выше и в плечах шире. Эрвальд обладает невероятной силой, за что и считается… Лучшим воином на двух континентах. И, разумеется, я не смогу тебе сказать — кто из них вообще лучший. У каждого, берущего в руки оружие, есть свои преимущества и недостатки. И никого нельзя недооценивать… Помни — даже великие воины могут сдохнуть, насаженные на вилы безобидным парнишкой-крестьянином. Ты можешь издеваться, показывать высокомерие, чтобы вывести врага из равновесия… Но не забывай, во время битвы, где ты находишься, Люцион… Иначе будь ты хоть сто раз величайшим из воинов, фехтовальщиков, адептов пути меча… Сдохнешь, как свинья на убое.
— Спасибо за ценные сведения, — проговорил я. — Будет полезно помнить про этих людей… Но меня интересует совсем иное.
— О, и что же?
— Империал. Империал и ваше поведение, когда мы встретились с Кройфом, во время нашего отъезда из Ридермарка.
— Ты верно задаёшься вопросом — почему я, столь жаждущий вернуться в родную Рикужию и желающий для этого добыть Империал, или его эквивалент в иных деньгах — отказался давить на тебя в деле продажи меча Ларцигу?
— Да, сир Ян, — я посмотрел ему в глаза. — Меня это очень интересует.
Мужчина тяжко вздохнул и выудил точильный камень из подсумка, что висел у него на поясе.
— Вы так жаждете вернуться в Рикужию, выкупив прощение у Лотана Тронтура и вашего Короля…
— Алес, — произнёс сир Ян. — Короля зовут Алес Гержт, он один из баронов Рикужии, в кои-то веки. Да… Ха-ха… Я жажду вернуться в Рикужию. Мне мила моя Родина, кто бы что ни говорил. Я столько лет странствую по всему миру, участвую в войнах, одних из величайших. Я видел, как гибли тысячи, страдали десятки тысяч, творилась история… И я… Мог осесть что здесь в Империи, даже несмотря на незнание их странного языка, что в Лидерольоне, что в твоём Фловерруме, что в Ремесленных Городах и даже на Альдаралосе. Но я всё ещё люблю свою страну. Я видел и до сих пор вижу — в чём мы хуже. Рикужцы гордый народ, с огненной кровью, как говорят. Наши традиции — для нас незыблемы, законы, исходящие из них — проявление воли нашего Бога-Творца. Каждый рикужец — не имеет значение слаб он телом, духом, или разумом — всегда будет любить родную землю. Не сказать чтобы она красивая. В мире множество мест куда красивее, чем у нас … Нет, это что-то, что мы получаем с молоком матери. Что-то, что нас привязывает, абсолютно каждого. Страна непокорных, вот как нас называют. Королевство Лидерольон, Ремесленный Альянс, Империя — нас многие пытались подчинить, но не подчинили. Но тебя интересует — почему я при всей любви к своей Родине не ухватился за шанс, предлагаемый Кройфом и Мерлихом фон Ларцигом, так ведь?