Чтение онлайн

Еще на совещании в штабе легиона решили не сажать флаинг на воду, как в прошлый раз, когда сюда доставили катер – теперь в посадке не было нужды. Открылся люк в днище машины, вниз полетели тросы, и четверка охотников за Копьем спустилась в лесной полумрак. Дубль-пилот втянул тросы назад, в машину, люк закрылся, и флаинг лег на обратный курс, к лагерю «Рубикон». А трое мужчин и девушка в одинаковых зеленых комбинезонах, с нэпами за плечами, направились к реке.

Пробираться пришлось через густой подлесок, прорубая путь ножами. Вокруг вилась какая-то мошкара, но в лицо не лезла, отпугиваемая репеллентами, в чаще что-то шуршало, а вот птиц совсем не было слышно. Бугристая кора высоких, в два обхвата деревьев была покрыта серебристым мхом, с зеленых ветвей свисали разлохмаченные лианы, кое-где промежутки между деревьями были затканы паутиной. Отряд продвигался по лесу молча. В просветах уже виднелась река, когда на головы поисковиков посыпалось из веток что-то похожее на муку, какой-то белый порошок. Теплый воздух наполнился приторным и довольно резким запахом, невыносимым для чувствительного носа Габлера. От этого запаха у него вдруг заболела голова и все поплыло перед глазами. Звуки пропали, словно он оказался в космическом вакууме. Крис осел на землю, уже не видя ничего вокруг, и успел только с сожалением подумать о том, что надо было сразу же после высадки из флаинга задействовать режим экстры.

Потом и мысли пропали.

Пропало все…

Не узнать эту комнату было нельзя – Габлер не раз проводил тут время, так же, как и в комнатах по соседству. Вместе с хошкой. Или с несколькими. А бывало и так, что здесь развлекалась целая компания файтеров-сослуживцев. Это случалось после посещения кабака «Русалка» в Нью-Бобринце. Как бы ни были пьяны файтеры по окончании посиделок в кабаке, уж дорогу-то в одноименный коллхаус [39] они всегда находили. Благо коллхаус располагался прямо напротив кабака. Если и захочешь – не промахнешься. А что еще делать в увале [40] , как не торчать в кабаке да не миловаться с хошками? Тем более что проводить время за пределами базы где-либо, кроме Нью-Бобринца, настоятельно не рекомендовалось. И командование очень даже можно было понять: файтера лучше держать поближе к постоянке, чем разыскивать потом по всей планете. Файтеры-то ох какие разные, и могут в нетрезвом виде такое учудить… Правда, Эдем-V был не тем местом, где представлялась возможность особенно разгуляться. Располагающие к разным нетрезвым похождениям живописные уголки на этой самой удаленной от местного светила планете просто отсутствовали. Какая там живописность! Холодным был Эдем-V и практически необитаемым, хотя и привели его в более-менее божеский вид посредством длительного терраформирования (которое продолжалось и поныне) с применением системы орбитальных зеркал. Два десятка рабочих поселков при месторождениях да городок Нью-Бобринец неподалеку от базы легиона Стафла – вот, пожалуй, и все признаки цивилизации. Нью-Бобринец был ориентирован на обслуживание этой самой базы. В частности, на ублажение получивших кратковременный отпуск «звездных бойцов».

Именно ублажением его, Кристиана Габлера, и занимались сейчас на просторном ложе две хо – одна устроилась у него в ногах и отнюдь не тратила время даром, а другая, раздвинув бедра, сидела у него на лице и постанывала от прикосновений его языка к очень чувствительному местечку ее тела. Сбоку тоже доносились стоны, вызванные вовсе не болью, а наслаждением – там, на другом ложе, зажигал с парочкой девиц Лу Шеро. До коллхауса он едва добрел, поскольку выпил в кабаке преизрядно, но при виде хошек ожил и теперь вовсю получал удовольствие. От коньяка шумело в ушах… и тут Габлеру стало совсем хорошо – так хорошо, что он освободился от хошки, орудовавшей в ногах, повалил ту, что сидела у него на лице, на спину и с азартом вонзился в нее. Закачался на ложе, все ускоряя и ускоряя темп… И, тяжело дыша, с упоением выплеснулся в радостно закричавшую под ним девицу. Ее глаза были широко открыты и блестели, как бутылки на столе. Карие пьяноватые глаза…

Карие глаза…

Да, неподалеку от своего лица Габлер видел именно их. Но это была не хошка. Криса только что покинуло ощущение оргазма, сладостные отголоски еще бродили по телу, однако он сразу сообразил, что находится отнюдь не в комнате коллхауса в Нью-Бобринце. Он лежал на боку и почему-то не мог ни повернуться, ни приподнять голову, ни привстать. Вверху голубел обрамленный кронами деревьев лоскут неба, возле самого носа зеленела трава, пробиваясь сквозь ячейки какой-то сети из лиан, привязанной к палке. А перед ним в позе Будды сидело в этой траве голое длинноволосое бородатое существо. Сидело и сверлило его карими глазами. Вокруг в таких же позах расположились на полянке подобные кареглазому, тоже голые и длинноволосые. Кое у кого из них бороды отсутствовали, зато имелись женские груди с крупными сосками. Впрочем, совершенно голыми этих существ все-таки назвать было нельзя, если считать одеждой пояса из лиан. За пояса были заткнуты каменные ножи, и висели там какие-то сплетенные из корешков мешочки.

Дальнейшее их поведение навело Габлера на мысль о том, что они каким-то образом подсмотрели его то ли сон, то ли воспоминание – он ведь действительно однажды развлекался в коллхаусе «Русалка» в компании Лу Шеро. Да, собственно, и не однажды. То есть развлекался-то не однажды, а вот вместе именно с Лу Шеро, кажется, и правда, только раз. Или два…

Голые существа перестали изображать из себя древнего земного бога и, передвигаясь по прогалине на четвереньках, сбились в кучу. Пространство под деревьями наполнилось звуками, мало похожими на внятную речь – и началось тут такое, что можно было бы определить двумя словами: «свальный грех». Или, если попроще: «все со всеми»…

Закрыть глаза Габлер смог, а вот заткнуть уши не получилось. Впечатление было такое, что его поместили в прочный кокон, не дающий возможности пошевелить ни прижатыми к туловищу руками, ни ногами. Причем кокон этот охватывал и голову, оставляя открытым только лицо. Хотя нет, одним участком кожи Крис ощутил, что в коконе есть и другая прореха, пониже его спины, и сразу понял, для чего она предназначена. А вот справлять малую нужду, вероятно, придется прямо под себя. Сейчас в том месте чувствовалось нечто липкое, и с этим приходилось мириться. Пожалуй, единственной отрадой было то, что внутри кокон был не твердым, а похожим на губку, и особых неудобств не причинял. Ну и хоть как-то утешало осознание ясности в голове. Голова уже не болела.

Под разнообразные звуки бушующей на поляне оргии Габлер, так и не открывая глаз, принялся размышлять, что же с ним случилось… С ним, натуральным придурком, не подумавшим о том, что стоило бы активизировать экстру, прежде чем лезть в заросли. Но кто же мог знать?… Кто же мог предположить, что на таком коротком пути к катеру может приключиться какая-нибудь неприятность?

«Обязан был такое предположить, раздолбай! – тут же мысленно упрекнул он себя. – И Аре посоветовать насчет экстры, и Кириллу… Они тоже хороши… Эх, сделали нас, как детей!»

Впрочем, пока он не мог сказать, один ли влип – или впросак попала вся группа поисковиков.

Их явно поджидали. Сбросили с дерева какую-то вырубающую дрянь… Вероятно, видели, как файтеры «Аполлона» прятали здесь катер, и решили дождаться тех, кто к этому катеру придет. И дождались…

И что теперь делать?

Судя, опять же, по ощущениям, его полностью лишили одежды и забрали нэп. Под рукой никакого оружия… Да и какой толк от оружия, когда невозможно и пальцем шевельнуть! Можно было попробовать применить экстру, но Габлер решил с этим не спешить. Экстра могла оказаться единственной надеждой, и если даже с ее помощью не удастся выбраться из кокона, то… Нет, экстру нужно было оставить на потом. Да и вообще, ситуация пока не тянула на критическую. Если влипли все, то никто не сможет в оговоренное время выйти на связь с полковником Айоном. Тот поднимет шум, прилетит сюда целая вигия, а то и две, с флаингов прочешут все вокруг… Правда, визуально с высоты тут ничего не отыщешь – листва мешает… Придется повозиться со сканерами, определяя простофиль-поисковиков среди лесных существ, или искать следы, а это время, время…

Тем не менее на помощь можно было рассчитывать… Если она не придет слишком поздно… Сеанс связи с полковником был запланирован на завтрашнее утро – а вдруг потратившие немало сил во время активного совокупления автохотоны вздумают немедленно подавать его, растяпу Кристиана Габлера, на, так сказать, стол?…

Крис поморщился от таких мыслей и, продолжая слушать сладострастные вопли, вновь напряг мозговые извилины.

Безусловно, варианты были. Были. Пока не стоило считать себя вычеркнутым из жизни.

Вопли… Можно просто крикнуть, позвать Арамиса, или Кирилла, или Низу. Если отзовутся – значит, они тоже здесь. Но лучше сделать это не сейчас, а позже, когда на поляне будет поспокойнее.

А еще Габлер подумал о том, что, возможно, понял «изюминку» форестов.

Разумеется, он сразу сообразил, кто взял его в плен как последнего остолопа. И единственным оправданием собственного разгильдяйства могло быть разве что такое: по сведениям, которые он получил, в этом районе никакие автохтоны не водились. Форесты жили гораздо западнее, и оставалось только гадать, с чего вдруг их потянуло поближе к океану. С едой возникли проблемы? Или эту группу за какую-то провинность изгнали из племени? Или это отряд первопроходцев, направленный на поиски новых удобных мест обитания? Или кого-то просто потянуло поискать приключений на свои длинноволосые головы?

Гадать было можно до бесконечности.

Крис видел стерео форестов еще на Вери Роме, готовясь к полету на Аполлон. Сейчас перед ним были именно они – голые лохматые дикари с карими глазами и характерными чертами лица, поджарые и довольно высокие. И нельзя сказать, что некрасивые. Углубленно изучением их быта имперцы не занимались, но общие представления о жизни этого племени имели. Форесты обитали в лесных селениях, занимались охотой и рыболовством, ни с кем не воевали – в общем, вели себя как самое обычное племя детей природы, не ведающее о благах и пороках цивилизованного общества. Главным для Габлера было бы сейчас знание о том, увлекаются ли они каннибализмом, но такие сведения в инфе о форестах отсутствовали.