Чтение онлайн

«Ты сделал из меня ронина, и я пришел отомстить за обиду».

Он обнажил свой черный катана и переложил его в левую руку.

«Лучше вонзи этот клинок себе в живот, ронин, чем угрожать мастеру Синанджу. Тебе же лучше будет», — сказал ему Канг.

Ронин, не говоря ни слова, опустил лезвие катана плашмя на запястье вытянутой вперед правой руки, словно изготовясь к схватке.

— Теперь я сам могу рассказать тебе, что случилось дальше, — перебил учителя Римо.

— Молчи и слушай! Ронин оскалил зубы, как раненый зверь, и в глазах его мрачным огнем сверкнула вся копившаяся в нем злоба. Внезапно лезвие поднялось в воздух, со свистом опустилось, и на землю упал отрубленный указательный палец правой руки ронина. Он нагнулся, поднял палец и швырнул его в лицо мастеру. Тот, конечно же, с легкостью уклонился.

А ронин, не теряя ни секунды, распорол себе клинком живот и безжизненно рухнул на землю.

— Ага, харакири, — кивнул Римо.

— Нет. Сеппуку! Только белые невежды называют это «харакири». Ты — не белый человек, хотя порой бываешь невеждой. Ритуальное самоубийство называется «сеппуку».

Ученик вздохнул.

— Значит, самурай умер?

— Не подобает тебе называть изгоя этим благородным именем. Он был всего лишь ронин. Да, он умер, причем мастер Канг остался у него в долгу.

Римо удивленно воскликнул:

— Как это?

— Знай же, Римо, для японцев характерно отрезать палец и бросать его в лицо врагу. Таким образом японец дает понять, что он бессилен отомстить за нанесенное ему оскорбление. Отрубленный палец ронина означал, что он предлагал Кангу загладить ошибку. Но в результате сеппуку мастер Канг уже никак не мог расквитаться. Итак, ронин умер. А над Кангом навеки повис невыплаченный долг.

Чиун снова качнулся. Римо внимательно смотрел ему в глаза и гадал: закончил он или нет? Судя но его позе, закончил, но так же он сидел и в прошлый раз. Римо не хотелось снова попасться на крючок.

— Что скажешь, Римо?

— Ты закончил?

— Разумеется! — Чиун заметно рассердился. — Так что же ты можешь сказать?

— А история твоя на этом завершилась?

Мастер Синанджу схватил себя за жидкую бороденку и дернул, как будто желая выйти из мрачного настроения.

— Нет!

— Только не расстраивайся! Не надо. Хорошо, ронин отрубил себе палец. Теперь кто-то перерубил твой ноготь. Одно ведь связано с другим?

— Конечно, связано.

— Ну, теперь я, кажется, кое-что понимаю. Потомок обиженного ронина пожелал отомстить тебе.

— Нет. Это тот самый ронин. Он вернулся.

— Откуда? Из могилы?

— Не имеет значения. Не важно. Я не нихонджин. — Заметив недоуменный взгляд Римо, Чиун пояснил: — «Нихонджин» — это выходец из страны Нихон, которая на вашем языке зовется Японией.

— Ты хочешь сказать, что твой ноготь перерубил призрак самурая?

— Да не самурай, ронин. Он становится материальным, только когда сам пожелает. У него нет лица. Он не принадлежит этому миру. Значит, он принадлежит другому миру. К чему лишние слова?

Римо пристально посмотрел в глаза учителю.

— Выходит, сейчас на моей машине разъезжает мертвый ронин?

— Да. И он не успокоится, пока не совершит возмездие.

— Он поломал твой ноготь. Что ему еще нужно? Ноготь за палец — разве этого недостаточно?

— Нет. Ему нужна моя жизнь. Возможно, твоя тоже. Мой мастер умер, он уже не лишит меня учителя. Похоже, он хочет лишить учителя тебя, последнего в линии Синанджу.

— Выходит, все дело в пальце?

— Да нет же, в лице! Как ты слушал? Канг утратил лицо.

— Так значит, что победил ронин. Не Канг ли должен преследовать его в Черном Небытии?

— Что я слышу? Логику белого человека! Ты осмелился парировать мне логикой белого человека!

— Тот парень уже когда-нибудь беспокоил Дом? После смерти, я имею в виду.

— Нет. Потому-то эту историю и не рассказывали. Решили, что, поскольку Канг остался у него в долгу, он не ищет другой мести. А вот сейчас он вернулся.

— Но где же здравый смысл? Где он был все эти годы? Откуда пришел?

— Он вышел из воды. Я слышал, как он выходил, но больше уже ничего не слышал. И катана не свистел в воздухе, потому что был нематериален, и тем не менее меня коснулось стальное лезвие.

— Ты хочешь сказать, что он дошел сюда пешком из самой Кореи?

— Да.

— А не проще ли ему было идти в другом направлении, через Берингов пролив и через Канаду? Если уж ты призрак, какой смысл выбирать более длинный маршрут? Бедняге пришлось пересечь всю Азию, всю Европу и прогуляться по дну довольно бурного Атлантического океана. Тихий он пересек гораздо быстрее, тебе не кажется?

— Ты снова решил оскорбить меня своей дурацкой логикой?

— Нет, я имею в виду обыкновенный здравый смысл.

— Ответ на твой идиотский вопрос очень прост, ронин заблудился и пошел не туда. Вот потому-то он и добрался до нас спустя столько столетий.

— Чепуха какая-то!

— А про эту штуковину ты забыл? — Чиун извлек из рукава кимоно искореженную металлическую пластинку, подобранную им возле желтого японского бульдозера. — Взгляни, вот знак четырех лун, или символ дома Ниши.

— С чего ты взял, что это луны? — удивился Римо.

— В отличие от тебя я разбираюсь в лунах.

Римо посмотрел вверх, на ночное светило.

— Выходит, он не просто пересек Атлантику по дну, но и притащил с собой бульдозер, отмеченный знаком своего клана?

— Этого я не говорил, — проворчал кореец.

— Хорошо, спорить не буду. Допустим, нас действительно преследует ронин-призрак. Что же нам делать?

— Надо вернуться в Синанджу.

— Зачем?

— Если мы вернемся в Синанджу, ему придется последовать за нами. Следовательно, он вынужден будет преодолевать Тихий океан, если сумеет выбрать верный путь, если же нет, то идти через Атлантику. В любом случае, когда он доберется до жемчужины Востока, я уже буду покоиться в могиле, а Дом возглавит твой потомок.

— Не собираюсь я прятаться от какого-то призрака! Кроме того, мы заключили контракт с Соединенными Штатами Америки.

— Мастер закапывает меч Императора. Помнишь мои уроки, Римо?

— Да. Контракт прекращается, если Император умирает. И нужно заключать новый договор. Насколько я помню, именно за этим мы собирались лететь сломя голову в Вашингтон.

Чиун задумчиво покачал головой:

— Нет. Теперь мы спешим в Синанджу. — Он вскочил на ноги. — Идем. Сейчас вот вернемся в Замок Синанджу, упакуем вещи, и ты приготовишься к возвращению домой.