Чтение онлайн

– Ларкин! Давай! Мы уходим! – сказал Мэрин, и они поспешили вниз по лестничному колодцу рядом с лифтом, когда трубчатые заряды взорвали коридор в боку купола над ними.

Гаунт взял планшет у адъютанта Белтайна и просмотрел.

– Это подтверждено?

– Информация предоставлена адмиралом Орноффом.

Как мог доложить адмирал, два самолёта «Лариселя» были уничтожены прежде, чем достигли цели. Группы «Ларисель-2» и «Ларисель-3» высадились. Орнофф верил, основываясь на докладах пилотов, что некоторые, если не все, из числа «Лариселя-1» высадились до того, как их «Мародёр» упал.

Но было кое-что ещё. «Ларисель-4» взорвался прямо рядом с городом. Нет выживших. Нет парашютов.

– О, Боже-Император, - вздохнул Гаунт. – Маколл.

Глава вторая

Пять сотен громкоговорителей одновременно испустили протяжный, медленно затухающий гудок и рабочие тысячами начали тащить ноги на вторичную газовую фабрику Уранберга. Это был сигнал на пересменку, но для отрядов, сходивших со станции, отдых не предполагался. Мрачные объявления громкоговорителей приказывали им собрать котелки для еды в отведенных для них столовых, после чего явиться на главный разводной мост. Затем они будут разбиты на бригады и направлены по дамбе в сам Уранберг, помогать при ликвидации последствий налёта и выполнять восстановительные работы.

– Отсутствие явки повлечёт за собой применение карательных мер в отношении всех членов отдельной рабочей бригады, – вновь и вновь мрачно акцентировали внимание громкоговорители.

Голос, уже искажённый усиленными басами вокс-репитера, обладал отчетливым, сильным акцентом и говорил монотонно, словно читал слова, не понимая их.

– Карательные меры будут применены незамедлительно. Без исключений. Явиться на сборочную площадку на главном разводном мосту в течение двадцати минут.

Длинное, невыразительное объявление повторялось несколько раз, задержки и эхо просторных турбинных залов превратили его в нестройную какофонию накладывающихся звуков.

Никто не жаловался – никто не осмеливался. Рабочие тащились со своих мест и беззвучно вливались в огороженный решеткой проход, ведший с фабрики, в то время как другие хромали в обратном направлении по параллельному проходу, чтобы занять их места. В воздухе стояли пыль и вонь, словно он гнил – побочный продукт озона и загрязнителей, вырабатываемых фабрикой. Желтоватый свет ярко светил из забранных сетками ламп, мерцая во вращающихся лопастях закопченных потолочных вентиляторов.

Охранники из Кровавого Пакта, вооружённые болевыми стрекалами и синаптическими дизрапторами, ходили над проходами по ограждённым решёткой платформам. Некоторые из них, раздетые до чёрных кожаных фартуков и железных масок, удерживали на привязях своры рычащих кибер-мастиффов скользкими от пота руками, обмотанными поводками, и выкрикивали проклятия вслед отстающим.

Это были молодчики из числа погонщиков рабов Военачальника Слэйта, особое подразделение Кровавого Пакта, претворявшее в жизнь оккупацию армии Хаоса. Их жестокие, беспощадные методы обеспечивали выпуск продукции и обслуживание захваченной рабочей силой производств, завоёванных Слейтом. На Гигаре погонщики рабов эксплуатировали пленных местных день и ночь на протяжении восьми недель, спуская псов на двадцать человек, стоило лишь одному ослабеть или упасть в обморок. По истечении восьми недель, скважины Гигара дали достаточно прометия, чтобы снабжать шестьдесят моторизованных полков Кровавого Пакта на протяжении года. И ненавистные псы жирели.

Рабочих Уранберга довели практически до состояния зомби, лишая сна, еды и воды. Различия пола и возраста стёрлись. Все были закутаны в комбинезоны и лохмотья бинтов, закостеневшие от серой пыли. Грубые холщовые капюшоны или платки покрывали их, словно монахов. Они были сгорблены и безропотны. Изношенные противогазы и рабочие перчатки болтались на краях их саванов. Босые, перевязанные почерневшими бинтами ноги, хромая, оставляли кровавые следы на пыльном полу.

Несмотря на то, что упорная кампания Орноффа по бомбардировке, возможно, навредила силам Слэйта, она же превратила жизни обращённых в рабство рабочих из ада на земле в нечто несказанно худшее. Каждый час бодрствования надлежало тратить на работы по восстановлению и ликвидации разрушений.

Слэйт знал, что вторжение уже близко, и намеревался отразить его, сделав из Уранберга крепость. Почти никто не сомневался, что погонщики рабов подсыпали в скудные пайки рабочих стимуляторы в попытке принудить их к двадцатичетырёхчасовой активности. Многие уже умерли в судорожных припадках, либо впали в исступление, бросившись на оружие бойцов Кровавого Пакта.

Громкоговорители протрубили вновь. Опять повторился монотонный приказ. Рабочие отряды с девятого уровня фабрики шли потоком наверх по тесной лестничной клетке в направлении маршей, ведущих на сборочную площадку.

Прямо на входе в огороженный проход рабочий споткнулся и упал на цепное ограждение. Охранник Кровавого Пакта на вышестоящей платформе ткнул вниз болевым стрекалом, но согнувшийся человек был за пределами досягаемости. Его напарники-рабочие быстро прошли мимо, не желая быть вовлечёнными. Погонщики рабов прокладывали себе путь в проход, расталкивая рабочих, что двигались слишком медленно. Ненавистные псы лаяли.

– Не надо, - прошипел Адаре, сжимая руку Майло, пока они ковыляли вперёд.

Крики эхом раскатились по камере. Один из охранников Кровавого Пакта начал стрелять в толпу.

– Просто продолжай идти, феса ради, - прошептал Адаре.

Майло с трудом поборол желание сорвать грязный платок и открыть огонь из У-90, надежно привязанного у него подмышкой. Крики были нестерпимы.

– Мы покойники, если ты хоть подумаешь об этом, - буркнул Адаре.

Бойцы «Лариселя-3» двигались вместе с медленно тащившейся толпой. Все они закутались в украденные лохмотья, серая пыль была щедро втёрта в их руки и снаряжение. Дойл обмотал их ботинки и голени обрывками тряпья, и в них тоже втёрли пыль. Призраки шли ссутулившись.

Очередные выстрелы раздались у них за спиной.

Майло еле подавил ярость. Выглядывая из-под маски, он увидел погонщиков рабов, стоявших по ту сторону цепного ограждения, наблюдая за всей проходящей колонной. Майло был достаточно близко, чтобы почувствовать мерзкий тухлый запах от тела ублюдка, и разглядеть ритуальные шрамы на уродливых руках, восьмиконечный символ Хаоса на голой груди. Железная маска погонщика, казалось, пялилась прямо на него.

Майло напряг руку на спусковом крючке тяжёлого оружия.

И затем они вышли, пролязгав по металлическим ступеням, спускаясь к сборочной площадке.

Вторичная газовая фабрика была построена на вулканическом пике, братской вершине главного выхода породы, на котором стоял Уранберг. Она соединялась с основным городом двухкилометровым навесным переходом, подвешенным между двумя вершинами. Из широких, залепленных грязью окон сборочной площадки Призраки могли видеть по ту сторону величественного перехода колоссальную, куполообразную громаду города. Сквозь легкую дымку тысячи огней мерцали на мачтах и трубах, и ещё миллион светили из ленточных окон и смотровых площадок.