Чтение онлайн

– Заткнись и дай мне сконцентрироваться, - сказал Ларкин.

С крыши фондовой биржи Уранберга ему открывался прекрасный вид на Имперскую площадь. Стоял штиль, но дистанция была большой. Ларкин настроил прицел, и пожалел, что нет возможности сделать пробный выстрел.

– Давай, Ларкс, ты сможешь, - сказал Кёрен.

– На твоём месте я бы заткнулся, - услышал Ларкин слова Маквеннера. – Он делает своё дело.

Внизу Слэйт провозгласил что-то ещё и быстро занёс тесло над подставленным затылком Кардинала.

– Ларкс! – подогнал Мэрин.

«Горячий выстрел» просвистел над площадью и поразил Слэйта.

– Фес! – сказал Ларкин. – Это был не я!

Маквеннер посмотрел. Суматоха полностью овладела толпой внизу, и Кровавый Пакт прорывался через неё к восточной стороне площади.

– Он был оттуда, - сказал Мавеннер, указывая на здание Муниторума, примыкавшее к восточному краю площади.

Ларкин вновь подготовил свой лонг-лаз, глядя через прицел. Он увидел Слэйта, поднимающегося на ноги рядом с котлом.

– Фес! У него личный щит! – сказал Ларкин.

– Всё равно стреляй в него! – потребовал Мэрин.

Ларкин выстрелил, и Слэйта опрокинуло на спину. В тот же миг второй «горячий выстрел» прозвучал из Муниторума и задел край котла. Затем третий попал в лежавшего на земле Слэйта.

– Теперь у нас проблемы, - сказал Кершерин.

Кровавый Пакт и локсатли продирались сквозь толпу по направлению к ступеням фондовой биржи.

Ларкин выстрелил снова, точно попав в Слэйта. Но военачальник поднялся с помощью своих людей. Его личный щит еще держался.

– Он не пробивается лазером, - сказал Ларкин.

– Полагаю, нам пора убираться отсюда, - поторопил Мэрин.

– Нет, - сказал Ларкин, вновь прицеливаясь. – Погоди…

На верхнем этаже здания Муниторума Несса отступила от окна и посмотрела на Майло.

– Он под щитом! Я попала в него дважды!

– Ладно, пойдём. Мы сделали, что могли.

Они побежали к двери выхода. Майло слышал ботинки, гремевшие по лестницам, направлявшиеся к ним.

Массовая паника овладела площадью. Люди повсюду спасались бегством. Бонин посмотрел на Джагди и начал что-то говорить, когда его опрокинуло на спину от резкого толчка в цепь. Прицельный лазерный выстрел невероятной точности разбил цепь между ними.

Бонин вскочил на ноги и набросился на ближайшего охранника Кровавого Пакта, пытаясь задушить его свободным концом рабской цепи. Когда облачённый в красное воин потерял сознание, Бонин схватил его оружие.

Это был стандартный лазган. Неплохо. Бонин подстрелил троих солдат Кровавого Пакта, которые бежали к нему и затем начал стрелять по солдатам на ступенях. Джагди пробилась вперёд и схватила оружие очередного павшего врага. Она начала расстреливать цепи, сковывавшие других пленников.

– Смерть приходит, когда она приходит, и лишь глупец будет приближать её раньше срока, а? – крикнул ей Бонин. – Какой идиот сказал тебе это?

– Мы вырвемся из этой заварухи живыми, Бонин, - крикнула она в ответ, - и я расскажу тебе!

– И поверь мне, - добавила она, прострелив голову нёсшемуся на нее погонщику рабов и расколотив его железный визор. – Я намерена вырваться отсюда живой, если это – последнее, что я должна сделать.

Бонин громко рассмеялся и пошел с боем на ошеломлённого врага.

Сопровождаемый телохранителями в лице трёх офицеров Кровавого Пакта и двух локсатлей, Сагиттар Слэйт спешил обратно во дворец. Он бранился и сквернословил, ушибленный и потрясенный мощными выстрелами, которые принял на себя его личный щит.

Когда он стремительно пронёсся в свои личные апартаменты, пол начал вибрировать. Близился рассвет, и наверху первые волны бомбардировщиков достигли Уранберга. Слэйт медленно повернулся к своим приближенным, в его глазах пылала ярость. Офицеры Кровавого Пакта тряслись от страха за железными масками, и даже воины-ксеносы прикрыли свои мигательные вторичные веки. Слэйт открыл было рот, но не его злость поразила их.

Град выстрелов автоматической очереди из лазгана мгновенно убил офицеров Кровавого Пакта и без ущерба взорвался о щит Слэйта и отражающие шкуры двоих локсатлей.

Человек стоял в заднем дверном проёме комнаты. Имперский солдат, наполовину замотанный в рваную камуфляжную накидку, нацелил свой лазган на них.

– Из какого ада ты вылез? – взъярился Слэйт.

– Из Танита, - сказал Маколл, и выстрелил снова.

Слэйт прошёл сквозь выстрелы невредимым, локсатль сбоку от него лишь вздрогнул, его двойные веки мигнули от лазерных разрядов, а конечности вытащили игольчатые бластеры.

– Лазган? – сказал Слэйт. – Я защищён, а локсатль поглощает лазерный огонь. Тебе не повезло, следовало подготовиться получше.

– О, это лишь отвлекающий манёвр, - сказал Маколл, указывая своим лазганом. – Настоящий сюрприз под этим столом.

Игольчатые бластеры локсатля выплюнули град смертоносной мелкокалиберной дроби, которая взорвала дверной проём и стену за ним. Маколл уже стремглав ушмыгнул из поля зрения.

Слэйт наклонился и заглянул под стол. Он увидел связанные проволокой шесть трубчатых зарядов на таймере.

– Нет! – закричал он. – Нееееееет!

Взрыв обрушил потолок парадной комнаты. Личный щит Слэйта смог продержаться одну целую тридцать четыре сотых секунды, прежде чем сокрушился силой взрыва. Сагиттар Слэйт всё ещё орал от ярости, пока испарялся.

Глава шестая

Фэнтин с его воздушными океанами и бурным Скальдом известен своими штормами, но величайший шторм, захлестнувший Уранберг этим утром, был делом рук человека.

В тусклых, лиловых отблесках рассвета столпы густого чёрного дыма и вздымающихся огненных шаров венчали город, небо было заполнено лазерным огнём, трассирующими снарядами и низколетящими ракетами. Стаи атакующих самолётов, словно рои насекомых, летели на бреющем полёте над городом сквозь взрывающиеся очереди зенитного огня. Разверзшийся ад светился тускло-красным через зазубренные пробоины в основных куполах.

Возглавляемые группами пикирующих «Сорокопутов», основные силы дирижаблей и десантных барж штурмовали Имперскую посадочную платформу и открытое пространство Полей Павии. Тысячи имперских гвардейцев высаживались под затихающим обстрелом из укреплений Уранберга и огневых точек купола Альфа. Орудийные турели на баржах тряслись и сверкали, когда те зависали и их рампы с грохотом падали, чтобы извергнуть штурмующие войска на ревущих «Химерах» и «Мантикорах» Урдешского Седьмого бронетанкового.