Чтение онлайн

Мы прилетели в Париж вчера вечером, а сегодня с самого утра мной занимаются аж четыре женщины! Одна пилит меня ногти на руках, другая на ногах, третья делает макияж, ну а четвертая подбирает для меня подходящее платье. Что может быть более утомительно? Правильно, те же самые процедуры, если ты делаешь их сам. Люди, которые купаются в деньгах, не знают границ избалованности. Для них избалованность — показатель богатства. Раньше я никогда не думала, что мой отец, который вырос в трущобах, будет по часу зависать в магазине костюмов, подбирая себе галстук наряду с его личным стилистом. Но я ошиблась. Деньги портят людей. Всех и без исключения. Теперь глядя на маму, привыкшую жить на широкую ногу и на отца, я даже не могла распознать, кто из них больше избалован, но посмотрев в свое отражение в зеркале, я поняла — я. Дочь успешного бизнесмена и дочери, хоть и бывшего, но мэра.

— Стефано будет в восторге! — Широко улыбнувшись, обнажив свои идеально белые зубы, промурлыкала мама. Она давно смирилась с моей участью, и признаться, идея такого выгодного замужества ей нравилась.

Пиршество было помпезным. Столы ломились от угощений, а гостей было просто невозможно сосчитать. Жених и невеста сидели во главе стола, медленно попивая шампанское. Было видно, как невеста довольно оглядывала присутствующих. Ей нравилась эта свадебная суета, поздравления, всеобщее внимание. Жених же напротив, смотрел на происходящее с полным безразличием. Он о чем-то разговаривал с Ромеро — своим отцом, и я слышала лишь отдельные фразы. И из этих фраз я поняла, что диалог был о работе. Даже на собственной свадьбе Луиджи решает дела. Я смотрела на эту пару и не видела того трепета в глазах Луи, какой можно было прочесть в глазах его невесты. Элизабет — невеста, теперь уже жена, Луи буквально поедала его глазами.

Я сидела рядом с родителями и мое месторасположение находилось напротив Стефано. Мужчина время от времени бросал на меня красноречивые взгляды. Его глаза бегали по моему наряду, но это вызывало у меня только волну отвращения. Он оценивал меня со стороны. Одобрительно кивнув, я поняла, что мой нареченный был доволен выбором платья. Знал бы ты, Стефано Россини, что это платье выбирала не я, а какая-то женщина, работающая на моего отца.

Отец девушки — Франсуа поднялся со своего стула, привлекая к себе внимание.

— Что же, хочу еще раз поздравить молодых! Теперь моя дочь сменила фамилию Аперетти на Россини. Я вверяю её вам, Луижди, береги это сокровище.

Стефано издал сдавленный смешок, и я повернулась к нему, вопросительно вздернув бровь. Заиграла музыка и мужчина напротив поднялся со своего места, направляясь ко мне.

— Потанцуем? — Он, наклонившись, произнес, обжигая кожу уха.

Я вложила свою крохотную ладонь его и последовала на танцплощадку. Многие пары неспешно раскачивались, будучи увлеченными разговорами. Теплая рука мужчины коснулась оголенной части моей спины. Я вздрогнула.

— Мы следующие, Андреа. — Его черные глаза смеялись надо мной, произнося эти слова, словно приговор.

— Что тебя насмешило?

— Франсуа настолько плохо знает свою дочь, что считает её драгоценной.

Я пожала плечами, кружась в танце. Музыка набирала обороты, и все мужчины, включая моего спутника, подхватили своих дам за талию и подняли над землей, прокручивая вокруг своей оси. Приняв снова устойчивое положение, я ответила Стефано.

— Все родители любят своих детей, Стефано. Особенно девочек.

— То-то я смотрю твой отец от большой любви бросает тебя в логово змей.

Он изобразил шипение змеи, и я нахмурилась. Это рассмешило его.

— Ты знаешь, что между нами никогда не будет настоящих отношений, Андреа, но и врагом я тебе быть не хочу.

— Намекаешь на то, что мы могли бы подружиться? После того, как ты угрожал мне?

— Прошло столько времени, а ты все дуешься. — Он вздохнул и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо. — Мы в любом случае поженимся, и только от тебя зависит в конце кем ты для меня останешься: другом или врагом.

— О каком конце ты говоришь? — Я непонимающе уставилась на него.

Музыка затихла, и гости снова стали расходится по своим местам. Стефано отпустил меня и, оставив стоять прямо посреди зала, ушел на свое место. Почувствовав себя полной дурой, я подняла подол платья и вышла из оживленной части зала.

Я неспешно шла по темному коридору, как кто-то прижал меня к стене всем телом. Меня обдало пьяным угаром. Страх сковал мое тело, и я вскрикнула, но горячая рука легла мне на рот, не позволяя произнести и звука.

— Тише, — знакомый баритон вибрацией отозвался в моем теле. Узнавание настигло меня, но страх никуда не ушел. Я почувствовала дыхание мужчины на своей шее. — Такая маленькая, дерзкая, — шептал он, — невинная.

— Что ты делаешь? — Запинаясь прошептала я. Его руки все так же по-хозяйски исследовали изгибы моего тела. Я чувствовала смесь наслаждения и страха. — Где твоя невеста?

— Танцует с кем-то из гостей, — шептал меня в шею мужчина. Я попыталась его оттолкнуть, но он был подобен скале. Он вдохнул аромат моих духов и издал приглушенный стон. Его губы коснулись моей кожи, и я издала короткий вдох. Что он творит?

— Отпусти меня! — Я снова стала вырываться, но он, зарычав, поднял мои руки над моей головой и впился своими губами в мои. Он яростно раздвинул их, проникая языком. Одной рукой все еще держа мои запястья, а второй так нагло поглаживая, поднимал подол моей юбки. Слезы стали наворачиваться на глаза, и я всхлипнула.

— Черт! — Его глаза даже в темноте сияли ярче солнца. Он положил свою голову мне на плечо. — Черт!

И, резко отпрянув, бросился прочь. Я почувствовала, как холодный воздух окутал меня, и мой страх стал уходить, уступая недоумению. Что с этим мужчиной было не так? Банальная похоть при виде меня, когда по левую руку от него всегда находилась его красотка-жена? Переведя дух, я нашла туалет и стала приводить себя в порядок. Выйдя из уборной и зайдя в зал, я заметила, что большинство гостей разошлись. Жениха и невесты тоже не было видно.

Найдя своих родителей, я подошла к ним. Папа разговаривал с отцом Стефано, а мама стояла поодаль от них рядом с его мамой. Я решительным шагом направилась к ним.

— Хорошего вечера, сеньора Россини. — Я улыбнулась, но улыбка эта вышла слегка неуверенной. Женщина улыбнулась мне в ответ, коснувшись своей сухой ладонью моей щеки.

— И тебе здравствуйте, милая. Мы с твоей мамой как раз обсуждали предстоящую вашу свадьбу со Стефано.

— А куда делись Луи и Элизабет?

— Ах, моему сыну так не терпелось оказаться наедине со своей женой, что нам пришлось провожать молодоженов раньше положенного.

Что-то горькое растеклось по моему горлу, и я сглотнула. В голове вспыхнули воспоминания прошлых минут. Его руки на своем теле, его горячие, опьяняющие губы и тот прилив эндорфинов, который захватил меня в первые секунды. Конечно, он будет рядом с ней. Вероятнее всего, он просто перепутал меня со своей женой, пока я не открыла рот.

Я ненавижу семью Россини.

— Что с тобой, детка? — от притворного любящего голоса моей матери мне стало ещё хуже.

— Голова сильно болит. Я поеду домой?