Ось ординат
Шрифт:
Крепкие руки подняли Славу.
— Ничего, ничего, — покачал головой Рамиз, окидывая парня беглым взглядом знатока. — Жив, кости целы, а синяки — ерунда. Шрамы плохо, но русским бабам они даже нравятся.
Вертикальное положение неожиданно облегчило доступ воздуха в легкие. Слава даже ляпнул какую-то очередную глупость:
— Почему именно русским?
— Так они же сами говорят, что мужчину шрамы украшают, — пояснил Рамиз. — А наших баб никто не спрашивает, что им там нравится. Ха-ха-ха!
Он поднял Славино лицо за подбородок, осмотрел синяки, потом потрогал ребра.
— Ничего, ничего страшного. Хорошо, что мы вовремя подоспели. Ваха тебя от самого офиса вел… Синяки — ерунда. Синяки пройдут. Но, чтобы выжить в нашем мире, надо ценить дружбу и уметь быть благодарным, понимаешь меня? Сейчас ты бы мог быть уже трупом, но вот я спас тебе жизнь…
— Рамиз, я…
— Не надо слов! Слова — пустой звук. Настоящие друзья приходят на помощь, не дожидаясь слов. И не ждут слов благодарности. Настоящие друзья… Ладно, сейчас тебя отвезут. Приведут в порядок. Ты отдохни. Приди в себя. А я заеду к тебе вечером, и мы обо всем поговорим, да? Посидим, покушаем фрукты. Мне такие фрукты привозят…
Рамиз отечески хлопнул Славу по плечу. От этого хлопка по телу пошла такая боль, что парень трупом повис на руках бойцов, а заботливый крестный, не оборачиваясь, ушел прочь.
Славу и впрямь привели в порядок. В какой-то уютной сауне ему вправили вывихнутое плечо, синяки помазали, ссадины обработали и заклеили. Его даже помассировали две пышнотелые дамы в уродливых бикини. Вернее сказать, бикини были ничего себе, но на груди восьмого размера такие тонкие полоски материи смотрелись неэстетично. Впрочем, Славу не волновала эстетика. Его интересовало, как смыться из этой сауны.
Как ни странно, по окончании процедур никто и не подумал его удерживать. Даже предложили подбросить до дому и не обиделись на вежливый отказ.
Немного попетляв, чтобы убедиться в отсутствии слежки, Слава опять схватился за трубку таксофона и принялся тыкать стальные клавиши.
— Привет, Вовчик…
Приятель словно ждал звонка. В самом деле, новостей у него скопилось изрядно, и по мере того, как он вываливал их на Славу, Слава опять возвращался мыслями к венесуэльским джунглям. Собственно, приход ментов к его бывшему компаньону был предсказуем, но вот остальное… Парень слушал и потихоньку буйно помешивался. Наконец он не выдержал и сорвался на крик:
— Они охренели! На что ордер?! А небоскребы в Америке я не завалил?! Это все пурга! Козлы полные! Такую лажу гнать… Что? Где я сейчас? Да нигде, стою на улице, прикидываю… Какая разница на какой улице? Ах ты!..
До Славы вдруг дошел скрытый смысл последних вопросов, заданных приятелем: где он и куда собирается? Сдал его друг Вовчик, заманивает в ловушку. Небось сидит рядом с ним какой-нибудь капитанишко и делает страшные глаза: тяни время!
Слава быстро оглянулся по сторонам, бросил трубку и кинулся прочь от будки. Побежал, как затравленный зверь. Побежал в никуда, просто побежал от грозящей ему опасности.
Вечер. Самое время подвести итоги. Подвести итоги, а потом накинуть на шею петельку покрепче и тихо удавиться. А почему нет? Какой еще выход в данной ситуации? Только-только начал Слава разгребать навалившиеся проблемы, как тотчас навалились новые, тяжелее прежних. И ведь не шутки какие-нибудь, не блажь самозваного бандюги, потерявшего должника. На Славу повесили отнюдь не детские обвинения: бандитизм и терроризм. В голове не укладывается!
Даже не верилось, что вся эта ерунда закрутилась с подачи какого-то мошенника, подделывавшего по сходной цене фотографии и дипломы. Денег нет, дома ждут враги и пылкий любовник, за голову объявлено вознаграждение, в спину дышит родная ментура и иностранная разведка, друзья предали. Благодать! Да, чуть не забыл: описанный цирк приглашен на Славины же деньги.
Слава брел по ночной улице, и в голове его было пусто. Если утром он еще питал надежду, что сможет выпутаться, строил планы, плел интриги, то теперь даже не пытался найти решение. Только чудо могло спасти парня, только на чудо и оставалось уповать. Но какое это должно быть чудо? Где искать волшебника, способного его сотворить?
Слава в очередной раз ущипнул себя в тщетной попытке проснуться. Увы, происходящее оставалось явью.
Парень плелся по улице и ждал развязки с покорностью жертвенного барана. Он брел, опустив голову и изучая трещины тротуара, словно силился прочесть магические руны, таившие в себе решение задачи. Он брел, поддавая ногой попадавшиеся пивные банки, с хрустом давя сигаретные пачки.
Вдруг асфальт оборвался, уступив место мостовой.
Слава поднял голову и увидел крыльцо, сиявшее неоновыми огнями. Казино. Еще не успев ни о чем таком подумать, парень запустил руку в задний карман джинсов. Пальцы нашарили смятые бумажки денег и пластиковую карточку.
«Казино Поголе» сияло над крыльцом.
«Казино Поголе» значилось на последней из уцелевших у Славы карточек.
И он стоял у дверей этого заведения.
И он пришел к нему, не разбирая дороги и даже не дав себе труда прочесть адрес.
Это ли не ЗНАК? Это ли не указующий перст провидения? Это ли не преддверие великого спасительного чуда?
Не раздумывая ни секунды, Слава ступил на крыльцо.
Дюжий охранник заступил ему дорогу.
Слава запаниковал: если его не пустят, то чудо не случится, путь к спасению окажется закрыт.
Но прежде чем парень открыл рот, охранник заметил в его руках карточку и отступил в сторону.
Оказалось, даже деньги не нужны. Как обладатель карточки Слава мог воспользоваться кредитом в двести баксов.
— Какие фишки желаете? — спросил его служка, даже не поморщившись на помятый наряд и переклеенную физиономию клиента.
Какие фишки взять? Непростой вопрос. Игра — всегда риск, всегда испытание судьбы на прочность, а сегодня, вдобавок, судьба сама привела Славу к столу, сама сунула ему в карман карточку, явно предоставив шанс. Так что же?
— А какая у вас самая дорогая фишка? — спросил Слава, надеясь получить от Судьбы еще одну подсказку.
— Двести условных единиц, — прозвучал ответ.
То ли у Славы от переживаний сорвало крышу, то ли у него открылся вдруг третий глаз и Провидение упорно толкало его к цели. Казино, карточка, двести долларов кредита и двести баксов за фишку — какие еще знаки нужны для прозрения?
— Дайте мне одну на двести!
Получив кругляш, Слава уверенно положил его на 14 — дату своего рождения. Положил и откинулся на спинку стула, ждать выигрыша. Потом он сообразил, что дата рождения — не самое удачное число. Во-первых, ничего счастливого с числом 14 связано не было, во-вторых, астрология — наука темная, и надо еще разобраться, что важнее: месяц или дата.