Чтение онлайн

Ещё и издевается. За спиной послышалось хихиканье Ксении. Взяв из рук профессора мел, я поплелась к доске, оттягивая момент ответа урока.

Прикоснувшись мелом к доске, я вспомнила! Вспомнила всё, что учила вчера. Мел запорхал по доске, выводя один ярус проклятий за другим.

– Самое простое проклятие состоит из трёх ярусов, слоёв или этапов, называются они по-разному, но суть одна, - быстро отвечала я урок, не поспевая за мелом.
– Первый - это намерение. Чем сильнее намерение, тем быстрее сработает проклятие и, тем сильнее оно будет Второй - это само проклятие и третий - закрепление.

– Верно, Туманова, - похвалил меня Чарторижский, - ты снова не разочаровала меня. У тебя определённо талант.

Я зарделась от удовольствия. Учиться здесь мне нравилось всё больше и больше, если бы не таинственное жертвоприношение.

– Теперь скажи мне определение проклятия, - продолжал экзаменовать меня профессор.

Почему-то смешков больше не раздавалось. Ксюха угрюмо смотрела на меня, пытаясь уничтожить взглядом.

– Проклятие — это вербальное заклинание, с помощью магической силы слова направленное на причинение вреда, наведению так называемого «злого рока».

– Умница, Ярослава, - Чарторижский расплылся в улыбке, - не представляешь, какое удовольствие видеть, как светлая ведьма постигает таинства тёмной магии.

Лицо Ксюхи перекосило от злости. Красивая девушка, но ведёт себя так, как будто она королева мира. Кому захочется общаться с такой задавакой.

– Кто назовёт мне виды проклятий? А ты, Туманова, садись на своё место.
– На моём личном табло высветилось плюс десять баллов. Он снова обвёл аудиторию проницательным взглядом, под которым сердце студента замирало от страха.
– Пожалуй, продолжит отвечать, Кольцова. Смотрю, тебе было весело, вот и продемонстрируй нам свои знания.

Ксюха поднялась, бросив на меня уничижающий взгляд. А когда проходила мимо, толкнула мой рюкзак ногой, и тот вылетел к кафедре профессора. Чарторижский нахмурился, поднял и принёс мне рюкзак.

– Перед тем как я услышу ответ, мне бы хотелось услышать извинения, - сухо произнёс профессор.

– Простите, профессор, - пожав плечами, произнесла Ксюха.

– Извинения Тумановой, ты же пинала её вещь, - голос профессора опасно похрустывал, как сухая листва под безжалостным ботинком. Она молчала.
– Ну же, мы ждём. Или сразу поставить тебе неуд за ответ.

Кровь отлила от лица Ксюхи. Она стояла бледная, как вампир, сжимая кулаки. На всякий случай я приготовилась к драке.

– Извини, - бросила она, после тяжёлой внутренней борьбы.

– Вот теперь достойное поведение наследницы древней династии ведьмаков, - похвалили её профессор.
– А теперь, внимательно слушаем твой ответ.

– Деление проклятий, условное деление по времени и по предназначению, - ответила Ксюха.

– Правильно, а теперь расскажи о каждом, - попросил Чарторижский.

– Виды проклятий по времени, - стала перечислять Ксения.
– В первом колене — это проклятие, наложенное непосредственно на конкретного человека впервые. Такие проклятия легче устраняются, чем те, которые передаются по роду.

Многоколенное — проклятие, переходящее из поколения в поколение и с каждой передачей усиливающееся. Оно передаётся по наследству (от отца к сыну, от матери к дочери) и тем сложнее поддаётся снятию, чем дальше уходит его происхождение во времени.

– Умница, - заслуженно похвалил её профессор.
– Присаживайся, а деление проклятий по предназначению расскажет нам…

Я подняла руку.

– Что, кроме Тумановой, больше никто не хочет ответить?

Поднялась рука Ксении.

– Так, я смотрю у нас тут соревнование между Тумановой и Кольцовой?
– понимающе улыбнулся Чарторижский.
– Это стимулирует учебный процесс, но, кроме вас, у нас есть ещё студенты. Например, Костиков.

Поднялся незаметный парень и поплёлся к доске.

– Ну-с, Константин, порадуй старика.

– Какой же вы старик, Адам Аполлонович, - грубый бас Костикова никак не вязался с его тщедушной внешностью.

– Меньше лести, больше информации по ответу.

Константин Костиков беспомощно молчал, я подняла руку.

– Давай, Туманова, - разрешил мне ответить профессор.

– Виды проклятий по предназначению делятся на вредоносные и смертоносные, - ответила я, внутренне ликуя, что кактус не подвёл.
– Вредоносные…

– Стоп, хватит, горшочек не вари, - пошутил Чарторижский.
– Продолжай, Константин, тебе же дали подсказку.

Но смог ли ответить Костиков, я так и не узнала. В аудитории раздался холодный голос ректора:

– Туманова быстро в мой кабинет.

Ксюха ехидно заулыбалась, а я похолодела о его голоса и перспектив, связанных с вызовом. Не похвалить же за хорошую учёбу вызывает меня Арчаков. Сводный так и не появился в академии, и защитить меня будет некому. Не ожидая ничего хорошо, я поплелась в кабинет ректора.

Поднявшись на второй этаж, где находился кабинет ректора, я постучала в массивную дверь. Страха не было, пока я шла, промотала в голове последние события. Нет, я ни в чём не была замешана. Но зачем-то же он меня вызывает.

– Входи, Ярослава, - разрешил мне Арчаков, как будто знал, что это я стою за дверью.

Глубоко вздохнув и начертив обережный став, я вошла и споткнулась у порога. На меня волком смотрел отчим.

– Ну, здравствуй, Ярослава, - глухо сказал он, а я сжалась под его взглядом.
– Как учёба продвигается?

– Хорошо, - буркнула я, стараясь взять себя в руки.

– Какая-то ты не приветливая, - мрачно усмехнулся отчим, - что с тобой сделала академия?

– Лучше спроси, что она сделала с академией, - подыграл ему ректор.
– Григорий, когда ты просил за свою падчерицу, то не говорил, что настолько непослушна, что нарушит почти весь устав школы.

Я молча проглотила обиду. Даже восемнадцатилетней девчонке понятно, что два великовозрастных дяденьки разыгрывают передо мной спектакль. Причём не лучшего качества. Актёрскую игру неплохо бы подтянуть.

– Ярослава?
– Укоризненно посмотрел на меня отчим.
– Что можешь сказать в своё оправдание.

– Оправдание?
– Меня почему-то зацепило это слово.
– Мне не в чем оправдываться. Спросите о моей успеваемости у декана.

– Вот именно, Григорий, твой сын во всём потакает сводной сестре, - опять пожаловался ректор.