Чтение онлайн

Толпа загудела громче. Я почувствовал прилив сил от этой поддержки.

– Ярослава, вместе с семьёй отправляется в свои покои и не высовывайтесь, пока всё не закончится!
– приказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё кипело.

– Нет, Демьян, - упёрлась Яра, её голос дрогнул, но подбородок был упрямо вздёрнут.
– Мы с тобой, только надо найти Богумилу.

– Я здесь, искать меня не надо, - раздался тихий, но уверенный голос за моей спиной. Мила встала рядом, положив голову мне на плечо. Она смотрела на всех спокойно, но я чувствовал, как её сердце колотится в унисон с моим.
– И Яра права, мы с тобой.

Я хотел возразить, слова уже рвались с языка, но Меланья подняла руку — тонкую, дрожащую. И я, как заворожённый, захлопнул рот. Её взгляд был таким тяжёлым, полным боли, что у меня перехватило дыхание.

– Демьян, поверь, мы все ценим твою самоотверженность, - произнесла она тихо.
– Но наша семья участвовала в создании алтаря…

– Откуда вы это знаете?
– поразился я, чувствуя, как мир качнулся.

– Подслушала разговор мужа с ректором, - отмахнулась она как от чего-то несущественного, хотя её губы дрожали, а руки стиснули подол платья.
– Не это сейчас главное.

– А что?
– вклинился в разговор отец Кольцова, его бас прогремел, лицо покраснело от гнева.

– То, что мы можем защитить куполом алтарь, чтобы он не пострадал и академия выжила, - продолжила Меланья.
– Но сделать это мы можем только вчетвером: все сезоны года соберутся в один годовой цикл.

Я кивнул, хотя внутри бушевала буря. Что ж, это разумно, и отказываться от помощи глупо. Мой эгоизм сейчас мог стоить всем жизни.

Но душа рвалась на части: хотелось схватить Милу в охапку, запереть в самой глухой комнате и не отпускать, чтобы она пережила эту адову битву в относительной безопасности. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках, пот стекал по спине.

– Полозов спускается к алтарю вместе с ректором и мадам Боуи!
– подбежала к нам Ксения Кольцова, её лицо было мокрым от пота, глаза, расширенные от ужаса, грудь судорожно вздымалась.

– Мадам Боуи?
– хором переспросили студенты, и я сам почувствовал, как кровь стынет в жилах.

– Ты не ошиблась?
– вырвалось у меня хрипло, горло сжало спазмом.

– Я что, по-вашему, не узнаю эту мымру, которая придиралась ко мне весь семестр?
– независимо вздёрнула подбородок Ксения.
– Говорю вам, это она.

– Она, значит, - раздался низкий бас из-за спин, и толпа расступилась.
– Демьян, что здесь происходит? Для чего ты меня вызвал?

Передо мной стоял Стивен Боуи — крепкий мужчина с седеющими висками, лицо, осунувшееся от беспокойства, глаза полны боли и недоверия. Я облегчённо выдохнул, чувствуя, как напряжение чуть спадает — если он успел, возможно, Люсинда побоится выступить на стороне отца при муже.

К нему повернулись все, и я, чтобы спасти его честь, обязан был объяснить. После близости с Милой я мог считывать информацию с потоков, которые витали в академии. И самый мощный был моего отца. Сердце снова сжалось от гнева.

– Позвольте представить вам мистера Боуи, пока ещё мужа нашей мадам, - произнёс я, стараясь держать голос ровным, хотя внутри кипело.
– Мой отец провернул эту интригу, Стивен. Клянусь, между мной и Люсиндой ничего не было. Ему нужен был сильный зельевар — сам он, к счастью, не знаток в зельеварении. Вот он и спутал сознание Люсинды, вынуждая её приехать в нашу академию.

– Звучит как бред, Демьян, - пробормотал Стивен, его лицо исказилось болью, кулаки сжались так, что побелели костяшки.

– Возможно, но сейчас она не с нами, а на его стороне, - продолжал убеждать его я.

– Хватит болтать, - оборвал нас Кольцов-старший, его глаза пылали яростью.
– Пора уже остановить Полозова. Вы с нами? Или уйдите с дороги. С женой потом будете разбираться, если выживете.

– Меланья, - посол Мейсен нахмурился, его лицо стало ещё суровее, жена крепче прижала к себе Стеллу, которая дрожала, но стояла прямо.
– Вы уверены, что выдержите? У вас нездоровый вид.

– Если мы не выдержим, - спокойно ответила она, хотя голос слегка дрогнул, а руки заметно тряслись.
– Не выдержит и академия. Так что у нас… сильная мотивация.

Она повернулась ко мне, и в её глазах мелькнула мольба.

– Мы — это я и девочки, - кивнула она в сторону дочерей.
– Всё просто: четыре сезона, четыре стороны света, один годовой цикл. Когда алтарь создавали, нужен был баланс. Сейчас баланс нужен, чтобы его не разнесло к демонам, а вместе с ним и академию.

Я невольно посмотрел на сестёр. Яра — бледная, как призрак, но упрямая, как всегда, сжала губы в ниточку, кулаки дрожали от ярости и страха. Дарина — глаза горят, как у ребёнка накануне спектакля, только под этим огнём прятался панический ужас, пальцы теребили подол платья. Мила… Мила стояла рядом со мной, прижавшись плечом так крепко, что я чувствовал каждый её вздох. В её взгляде была решимость, от которой сжималось горло — чистая, не сломленная любовь и вера в меня.

– Это опасно, - глухо сказал я, голос предательски сорвался.
– Если отец ударит по куполу…

– Ударит, - кивнула Меланья, её лицо исказилось от боли.
– Но не сразу. Ему нужно завершить ритуал, запитать алтарь. У нас будет время встать в круг и поднять защиту. Твоя задача — лишить его жертв. Без подпитки он не сможет проломить щит.

– А если сможет?
– мрачно уточнил Ветров, его лицо покрылось потом, глаза метались.

– Тогда, - вмешался отец Кольцова и вышел вперёд, осматриваясь с холодной решимостью. В его голосе была только сухая деловитость, но я видел, как дрожат его руки.
– Вмешаемся мы.

В толпе дружно закивали люди, которых я даже не знал. Люди, которых привели сюда мои студенты, пока я наслаждался близостью с Милой. Горячая волна благодарности затопила меня, повышая и без того высокий магический потенциал.

– Мы держим периметр, - продолжил старший Кольцов.
– Наши семьи, дипломаты, преподаватели. Студенты — это второй круг. Ваша задача: ни одна тварь, ни один сторонник Полозова не пройдёт в подвал или не вырвется наружу.

Посол Мейсен кивнул, лицо у него было жёстким, как маска.

– Нейтралитет закончился, - коротко сказал он, словно отвечая на мои мысли.
– Ваш отец перешёл все границы.

Стелла при этом скривилась, но гордо вскинула подбородок, глаза полыхнули вызовом:

– Я буду в боевом круге, отец.

– Ты будешь под защитой, - отрезал посол, но в голосе мелькнула гордость.
– Но будешь.

Никогда бы не подумал, что увижу, как семья Мейсен встаёт на нашу сторону. Мир точно съехал с оси — от этой мысли внутри вспыхнула дикая, отчаянная надежда.