Чтение онлайн

Он бросил на меня взгляд «я-знаю-что-ты-мне-не-поверишь» и уставился в лобовое стекло.

Солнце выглянуло из-за облака, ослепив нас обоих.

— Джордж, — сказала я, — достань из моей сумочки солнечные очки. Кажется, они в боковом кармане.

Он поднял сумку к себе на колени и расстегнул молнию. У него была привычка тянуть собачку на себя, поэтому он пару раз дернул слишком сильно, после чего сумка распахнулась, выпустив наружу облако двадцатифунтовых банкнот.

Джордж с удивлением посмотрел на деньги. Черт, деньги! Я и забыла о них.

— Собери их, — крикнула я. — Быстрее, пока никто не увидел.

Джордж сделал, как его просили, неловко ковыряясь между креслами и под ковриками. Когда мы убрали последнюю купюру, наступило молчание.

— Мы теперь богатые? — осторожно спросил он.

— Нет.

— Но там много денег.

— Не очень много, дорогой, — сказала я. — Здесь хватит заплатить за три месяца аренды. Так что до богатства нам далеко. Лучше расскажи мне, что случилось в школе.

— Я не хочу.

— К сожалению, выбора нет.

На его лице промелькнуло гневное выражение.

— Я этого не делал, — сказал он. — Я им сказал. И тебе говорю. Но мне никто не верит.

— Что было украдено?

— Фигурки покемонов.

Мое сердце болезненно сжалось.

— Какие именно?

— Не знаю. Лейф сказал, что пропало три, и учителя нашли их в моем рюкзаке.

— Тогда как они попали в твой рюкзак?

Джордж снова посмотрел на меня:

— Я не знаю.

— Господи, Джордж, но если их нашли у тебя, тогда кто еще это мог быть?

— Но я их не брал.

— А ты не мог взять их просто посмотреть? А потом подумал, что Лейф не заметит, потому что у него их и так много?

Джордж нетерпеливо вздохнул и сказал:

— Нельзя забыть, какие покемоны у тебя есть. Они все такие разные.

— Тогда кто же их взял? — спросила я.

— Не знаю.

— И зачем их положили в твой ранец?

— Я не знаю.

— Может, ты с кем-то поссорился? Может, кто-то хотел устроить тебе неприятности?

— Я ничего не знаю!

— Джордж, ради бога, я же пытаюсь тебе помочь! Разве ты не понимаешь, что если ты украл однажды, в следующий раз все сразу подумают на тебя! Им даже доказательства не нужны.

— Но я этого не делал! Так не честно!

— Я знаю, что нечестно. Но так оно и бывает.

Почему все это должно было случиться сегодня? Именно сегодня?

Я посмотрела на Джорджа, он плакал. Я была слишком зла, чтобы обнять его. Зла на него. Зла на Уинстона за то, что он сбежал от всех проблем. За то, что оставил меня без денег. За то, что был таким инфантильным козлом.

Я потерла лицо руками.

— Ладно, — сказала я. — Давай начнем с начала. Я не хотела кричать.

Джордж кивнул. По его грязным щекам текли слезы.

— Сейчас у тебя нет никого, кроме меня, — тихо сказала я. — У тебя еще есть отец, но сейчас он не с тобой. Понимаешь?

— Да, — прохныкал он.

— У меня куча проблем, Джордж. И прямо сейчас, я не знаю, как со всем этим справиться, но я буду стоять за тебя горой, потому что ты мой сын. И мне все равно, делал ты это или нет, потому что я люблю тебя. А теперь перестань злиться на меня, потому что я не виновата. Я никого не заставляла воровать. Кто бы это ни был.

Я все еще тяжело дышала, и мои плечи вздрагивали. Я изо всех сил душила в себе рыдания.

— Прости, мам, — сказал Джордж.

— Все в порядке. Никому не нравится, когда его обвиняют. Я понимаю.

Я включила зажигание и направилась в сторону дороги. Ярдов через двадцать, я заметила, что Джордж с такой силой стиснул кулаки, что суставы побелели.

— Мам, — сказал он.

— Что, сынок?

— Я их не брал.

— Я знаю, милый. Все в порядке. Поехали домой.

*

Второй звонок поступил от Надин.

Едва я вошла в дом, как услышала ее голос, эхом разносящийся по столовой. Джордж заметил, как мигает автоответчик, и нажал кнопку воспроизведения записи. Он думал, что сообщение оставил отец.

— … одним словом, Генри позвонит вам вечером, чтобы передать официальное приглашение. Простите, Роз, но я совсем голову потеряла с этим юбилеем. Я очень надеюсь, что вы приедете. Ужасно неловко получилось. Бедная Петра не знала, говорить ей что-то или нет. Я чуть не разругалась со Скоттом. Он должен был передать вам приглашение на последнем сеансе физиотерапии. В общем, надеюсь, я еще не опоздала, и мы увидимся завтра.

Я стояла и тупо пялилась на телефон.

— Нет, не увидимся, — сказала я и пошла на кухню за спиртным.

«Пикник или чай в саду, называйте, как хотите». Так сказала Надин. Элиасы собирались отпраздновать двадцать пятую годовщину свадьбы, и торжество проводилось завтра в ближайшем к их дому отеле. В усадьбе Эстуэйт, если точно. Надин упомянула о ней сдержанно, мимоходом. «Ничего пафосного». Но этот отель был оооочень пафосным. В Эстуэйт Манор останавливались кинозвезды, когда приезжали на Озера. Никто из моих знакомых не бывал в Эстуэйте, потому что ужин там стоил, как крыло самолета, а владельцы отеля не поощряли визитов не проживающих.

В любом случае, я не собиралась туда ехать, да и Скотт явно не хотел моего там присутствия — это было понятно, так как он не передал мне приглашение. Видимо, сначала забыл. А потом потерял. Это была идея Надин, она хотела видеть меня в качестве пары Генри. «Конечно, вам всегда рады», — сказала она.

Почему она решила ограничиться чаепитием в саду, а не закатила полноценный вечерний прием? Дело в том, что в субботу они улетали на Галапагосские острова — с пересадкой сначала в Атланте, а затем в Эквадоре. И Скотт ничего об этом не знал. Он мечтал о Галапагоссах годами. Гигантские черепахи и все такое… Надин сказала, если они не поедут туда сейчас, то никогда уже не поедут. Так что о полноценной пьянке не было и речи, раз им на следующее утро вставать ни свет ни заря.

Она закончила послание словами:

— Но Скотту ни слова. — А потом снова: — Очень хочу увидеть вас.

Она была чертовски хорошим дипломатом.

Когда-то я курила. И прямо сейчас я нуждалась в никотине, как никогда раньше. Это было оружие, за которое я хваталась первым делом, когда сталкивалась с любой проблемой. Зажечь сигарету, встать у задней двери, сделать несколько вдохов, и в голове прояснялось.

Если бы я не бросила, то курила бы сейчас одну сигарету за другой, пока мои легкие не превратились бы в пепел. Мне нужно было отключиться от моих проблем. А еще лучше — от моего мозга. Ладно, я как-нибудь справлюсь с этой вечеринкой. Позвоню, извинюсь, пожелаю счастья в личной жизни и всего наилучшего. И не приеду.