Осколки других Миров
Шрифт:
— Странно… — неопределенно заметил Дин и снова увлекся игрой.
«Сам ты странный на всю голову» — подумала Вера и, дослушав песню до конца, вышла на перекур с остатками вина. После этого закрыла ноутбук и прошла в спальню.
Она долго лежала в полной темноте, старательно притворяясь спящей. В её голове пульсировала только одна мысль — она всё делает правильно, надо бежать, как можно быстрее и как можно дальше. Спрятаться, забыться, отдышаться, восстановиться и начать новую жизнь, в которой не будет места для Дина и похожих на него мужчин.
Утром, Вера продолжала притворяться. Теперь уже (или ещё) мирно спящей, хотя при грохоте и шуме, с которым собирался Дин, спать мог только смертельно уставший человек. Ну, или человек под наркозом. Или пожарный.
В другое время она бы встала с кровати, но только не сегодня — сегодня знаменательный день побега. Отвернувшись к стене, Вера мысленно улыбалась и радовалась новому дню и началу новой жизни. Да, она всё делает правильно. Хватит терпеть непонятно кого, непонятно что и непонятно зачем. В конце концов, отношения должны приносить удовольствие, а не создавать неудобства.
Наконец, хлопнула входная дверь — Дин ушел!
Она ещё немного полежала, боясь, что Дин может что-то забыть и вернуться. Посмотрела на часы — до автобуса оставалось ещё достаточно времени.
Её сборы заняли меньше часа. В чемодан летели купальники, майки, шорты — «необходимый минимум, для максимального отдыха» — обозначила она. В маленькой дамской сумочке, которую Вера решила взять с собой в салон автобуса, поместились: флешка с материалами для Арсена, косметичка, наличные деньги, банковские карты и мобильный телефон, которым она обещала себе не пользоваться, по крайней мере только в крайних случаях. В сумку для ноутбука Вера, кроме самого ноутбука, положила альбом для рисования, несколько пустых тетрадей, набор карандашей и ручек для письма.
Последним штрихом стала записка Дину, написанная на наспех найденном клочке бумаги, нервным неровным почерком: «Уехала по делам. Срочно. Вера». Она очень хотела написать, что уехала навсегда, но почему-то сдержалась… Пусть Дин сам догадается об этом. Если конечно догадается, что она никогда не вернётся.
Уже садясь в такси Вера напоследок помахала ручкой месту, которое было её домом некоторое время. По пути Вера забросила вещи, которые не собиралась брать с собой, но очень хотела забрать из квартиры, в которой они жили с Дином, в свой старый дом. Потом поехала на автобусную станцию.
Потолкавшись в очереди, Вера за наличные купила билет. Уже стоя возле автобуса, она нервно выкурила сигарету и, при помощи водителя, затолкала свой яркий новенький чемоданчик, который цветным чистым пятном выделялся среди замызганных сумок других пассажиров, в самый дальний угол грузового отсека. После этого поспешила занять своё место около окна до того, как это сделает кто-то другой… Когда люди начали активно занимать места, не менее активно переругиваясь, она включила музыку и демонстративно отвернулась к пыльному окну.
Когда автобус тронулся с места, Вера, за неимением провожающих, сама себе пожелала счастливого пути и, довольно улыбнувшись, снова-таки самой себе, посмотрела в окно на удаляющийся всё дальше и дальше город.
Задумчиво глядя на пробегающие мимо деревья и поля, Вера старалась отрешиться от всего, хотя мысленно постоянно возвращалась к своему резкому побегу. Размышления прервал телефонный звонок, она посмотрела на номер — Дин. Поколебавшись несколько секунд и решив, что она «ещё вполне может быть в городе» — ответила.
— Да, Дин, привет! — Я уже не сплю. — Где я?
Она задумалась — а действительно, где она может быть в это время?
— Дин, сейчас я не могу говорить, — врать ей не хотелось, а говорить правду она не хотела — пусть это будет «вечерний сюрприз», — Дин, перезвони, пожалуйста, позже, — «а лучше никогда» — мысленно добавила она и отключила телефон.
Её рассеянный взгляд снова заскользил по мелькающим за окном деревьям, несущимся облакам… Она устало закрыла глаза…
Время исчезать!!! Теперь, здравствуй, прекрасная и пьянящая Свобода! Здравствуйте, море и солнце!
***
— Ещё один круг, Звёздный мой, — прошептала Царица Дакнеса на ухо Стиксу, — Последний круг и домой. Я опять не нашла это место, опять… В который раз…
Стикс фыркнул, но послушно полетел дальше над ночными просторами Земли…
***
Немилосердная тряска автобуса по булыжной дороге закончилась. Вера открыла глаза — неужели она уснула? Как ей удалось отключиться на этих «американских горках» отечественных дорог? Тем не менее она, каким-то волшебным образом, перенеслась в прекрасный Мир Дакнеса. Она не знала, сколько проспала: возможно это всего несколько минут, а может быть и час. По расписанию автобус должен был ехать до конечного пункта около трех часов.
Вера машинально поправила руками волосы, стараясь смахнуть наваждение сна.
Пассажиры радостно вырвались из клетки автобуса, неуверенными качающимися, как после нескольких дней проведенных в морской качке, шагами направились к морскому побережью.
Размяв затекшие ноги, Вера гордо и уверенно прошла в противоположную сторону к виднеющемуся вдали неказистому домику, в котором Арсен занимался своими, почти законными, делами. Арсена на месте не оказалось, мобильный не отвечал. Ей ничего не оставалось, как дожидаться его приезда. Она присела на скамейку и закурила.
Она ещё не привыкла к ощущению свободы и не до конца осознала свой побег, возможно немного позже, когда наступит отрезвление, она пожалеет об этом, а может… это станет чем-то новым, чем-то замечательным, чем-то, о чём она захочет помнить всегда.
Сейчас она просто вдыхала чистый, в отличие от городского, пропахшего негативными последствиями цивилизации, деревенский воздух, мечтала о море, представляла, как окунется с головой в прохладную соленую воду. Всё казалось ей прекрасным и окрашенным приторной розовой краской.
— Скучаешь?
Она открыла глаза — перед ней стоял высокий молодой человек. Нагловатый, явно, не закомплексованный деревенский парень, те бы к городской девушке и за километр не подошли — наблюдали бы молча и ржали между собой. А этот смотрит в упор, неплохо одет, даже по городским меркам, волосы длиннее моды, но это его не портит, наоборот, выгодно отличает от толпы. При этом всем говорящий опирается на велосипед — самый народный транспорт.
— Знаешь, я никогда не скучаю. Иногда становится грустно, но это не скука…