Чтение онлайн

Сев за стол из красного дерева в своем кабинете, я попытался занять себя после нескольких часов хандры в своей пустой квартире, размышляя о том, что так будет всегда. Никогда прежде я не позволял своему разуму заблуждаться о возможной другой жизни или размышлять о том, а что, если… Но с момента появления Лили, все, что я могу делать — это гадать, как все могло бы быть.

Указательным пальцем я провожу по панели своего рабочего ноутбука, чтобы вернуть его к жизни. Экран ярко светился в полумраке помещения, в котором я предпочитал оставаться. Меня приветствовала прекрасная фотография Лили, которую я сделал сам. Ее непричесанные волосы собраны в беспорядочный пучок на макушке. Нежная розовая щечка лежала на костяшках красивых рук, а длинные ноги были подогнуты под себя. Разумеется, на ней не было ничего, кроме мешковатой футболки — моей любимой ее вещи. Она погружена в книгу, где порой любила прятаться, а я заставал ее улыбающейся чему-то, что она читала, и, не успев подумать, запечатлевал этот момент.

Мысленно представил, что она также смотрит на меня, а потом понял, что то, как она в действительности смотрела, гораздо лучше, чем этот взгляд. Именно тогда я впервые подумал, что мог бы попробовать с Лили, когда подумал, что готов на все, чтобы заполучить такой ее взгляд хотя бы еще раз.

Мои ладони начали потеть, кулаки инстинктивно сжимались, и я ударил рукой по центру лба, несколько раз попадая в одно и то же место и пытаясь притупить свой перегруженный работой разум.

«Почему я не переставал отталкивать ее?»

Вернув внимание к ноутбуку, перешел к настройкам, пытаясь удалить фотографию, но, как и каждый раз до этого, мое тело предало меня, и вместо этого я пролистал свой «айТюнс». Щелчок. Я включил нашу песню.

«Ауч».

Слова песни ужалили меня.

«Хм-м. Да я скучаю больше, чем предполагал».

Песня каскадом полилась через динамики ноутбука и заполнила пространство вокруг меня. Я сидел и слушал ее на повторе дольше, чем готов был признаться. Такие мелочи помогали мне чувствовать себя ближе к ней, не вторгаясь в ее жизнь. Представлять, как она благодарит Господа за время, проведенное в разлуке.

Пока работал за ноутбуком, начал составлять список дел на следующий день. Поскольку я знал, что сегодня мои демоны будут преследовать меня с полной силой, я решил не поддаваться кошмарам и заняться делом.

Открыв документ «Word», выбрал жирный шрифт и начал выстраивать распорядок своего дня.

1 — Съездить в офис и отправить бумаги отцу.

2 — Позвонить родителям, чтобы обсудить предстоящий сбор средств.

3 — Связаться с комитетом по сбору средств для «ММ».

4 — В…

Я едва мог вынести написание его имени, но знал, что это было необходимо. Завтра я пожму ему руку в последний раз и буду молиться, чтобы все остальное сложилось так, как должно было сложиться.

Когда я думал о Викторе, не мог не вспомнить об Одетт и начинал задаваться вопросом, почему она не позвонила. Я, конечно, рад этому, но это вызывало в душе чувство тревоги. Ей лучше не отступать от нашей сделки.

«Черт».

Меня охватило беспокойство, когда в моем сознании пронеслись мысли, что она могла надуть меня.

«Ты можешь считать меня бессердечной шлюхой, но я способна на эмоции».

«Таких, как она — как Ава, были сотни».

«Я не могу сидеть, сложа руки, и ничего не предпринимать, зная все это».

Любой, кто видел то, что видел я, или чувствовал то, что чувствовал я, хотел бы забрать его жизнь. У меня больше не было сомнений в том, что Одетт не участвовала в этом в полной мере.

Когда я размышлял о прошлом, то думал о ней. Когда терялся в расчетах как проверну его заслуженное падение, думал о ней. Когда мыслил о чем угодно, я думал о ней. Легко помнить тех, кто завладел частью тебя, и совершенно невозможно забыть.

— Кем ты хочешь стать, когда вырастешь, Ром? — спросила Ава, шевеля пальцами мои волосы.

Проведя день на лугах рядом с нашим новым домом, мы оба прилегли отдохнуть перед закатом.

— Все, что принесет мне много денег. Чтобы я больше никогда не чувствовал себя голодным, — отвечаю я, держась за живот.

— Ты бы сказал так, даже если бы только что поел, — хихикнула она, пытаясь отвлечь меня.

— А как насчет тебя, Ава? Как ты думаешь, кем ты станешь? — поинтересовался я у нее.

— Кем угодно, если это будет способствовать помощи людям. Я не хочу, чтобы кто-то чувствовал себя одиноким, голодным, обиженным или неважным. Что-то, что даст мне много денег, но так, чтобы я могла использовать их для помощи другим, — отозвалась она, и по мере ответа ее голос становился все тише.

— Он причиняет тебе боль?

При этом я молился, чтобы она отказала или вообще не отвечала. Это эгоистично, но я не мог этого вынести.

— Это не имеет значения, мой милый Ром, важно лишь то, что ты здесь со мной, а я всегда буду рядом с тобой.

Она обещала.

Но солгала.

Все лгут, и все покидают нас когда-то.

Лили

Не могла вспомнить, сколько дней прошло с момента нашей последней встречи с Романом. Время перетекало из одного часа в другой, пока все они не слились в единое целое, и я потерялась в яме собственного безумия.

Ночи успокаивали меня — я могла спрятаться в темноте и сделать вид, что все в порядке, но слишком скоро наступало утро, и мне приходилось начинать все сначала. Я заставляла себя переставлять ноги и притворяться, что все было нормально, хотя на самом деле это не так.

Я перебиралась с кровати на диван, в ванную и обратно в мучительном круговороте одиночества. Сменяла футболки на удобные пижамы, устав от вида своей кожи без его отметин. Ни разу за это время я не попыталась расчесать волосы или нанести крем на лицо. Все это не имело значения.

Я купалась, но не мылась. В одиночестве и оцепенении я часами просиживала в горячей воде, которая слишком быстро становилась нежелательно холодной, в унисон с голосами, эхом разносящимися по комнате.

У меня даже не возникало соблазна посмотреть на телефон — мне не нужно было напоминание о тех, кто во мне нуждался, а просто требовалось побыть одной.

Даже развалившись на диване в сонном оцепенении, мое беспокойное тело не могло найти успокоения. У меня не было сил включить телевизор, потому что я знала, что ждало меня там.