Чтение онлайн

Белые халаты, склонившиеся над операционным столом. Чей-то голос: «Образцы готовы, можно начинать интеграцию». Запах озона и антисептика. Боль в висках, будто череп разламывают изнутри…

– Антей! – откуда-то издалека донесся встревоженный голос Лисы.

Мир качнулся. Я осел на одно колено, сжимая виски ладонями. В голове стучало, будто кто-то бил молотком по наковальне. Висок снова прошила острая боль, и я непроизвольно застонал.

– Что с тобой? – Лиса склонилась надо мной, в голосе – тревога.

Флешбек схлынул так же внезапно, как и накрыл. Боль отступила, оставив после себя только тупое давление за глазами. Я медленно поднялся на ноги, отмахнулся от протянутой руки.

– Ерунда, – буркнул я. – Мигрень разыгралась. Бывает.

Лиса смотрела недоверчиво, но спорить не стала. Ида жалась к стенке, испуганно глядя то на меня, то на холодильники с органами.

– Можешь идти? – спросила Лиса.

– Могу, – ответил я, поправляя шлем. – Идем дальше. Времени мало.

Мы двинулись по коридору – я впереди, держа Иду за локоть, Лиса чуть сзади, изображая второго конвоира. Девушка дрожала, но виду не подавала. Хорошо. Пожалуй, со стороны это и правда выглядело, как привычная для станции рутина.

Первый коридор прошли без проблем. Новая дверь, ключ-карта, щелчок замка – готово. За дверью оказался новый коридор – значительно более оживленный, чем до этого. Широкий, с рядами дверейц по сторонам, наполненный деловитой атмосферой. Сотрудники в белых халатах сновали туда-сюда с планшетами и папками, кто-то катил тележки с оборудованием. Черт. Кажется, сейчас наш маскарад подвергнется суровому испытанию.

Нам навстречу шел техник средних лет, очки на носу, руки в резиновых перчатках. Увидев нас, равнодушно кивнул.

– Новенькую ведете? – спросил он, мельком глянув на Иду.

– К доктору, – ответил я, стараясь говорить буднично. – Дополнительное обследование.

– Понятно, – техник пожал плечами и прошел мимо.

Я мысленно выдохнул. Маскировка работает.

– Сюда, – прошептала Ида, указывая на поворот налево.

Мы свернули в боковой коридор. Здесь было тише, но через стеклянные перегородки виднелись большие помещения, залитые ярким светом. В одном из них работали конвейеры – длинные ленты, по которым двигались металлические поддоны с какими-то деталями. Рабочие в белых халатах склонялись над ними, что-то монтировали, присоединяли провода.

Я приглядился. Угу. Понятно. Сервоприводы, датчики, провода… Что-то вроде тестировочного цеха. Сейчас проверят механику, и дальше – туда, где все это будет вживлено… Вживлено в плоть. Люди собирали киборгов из человеческих останков, как автомобили на заводе. Безумие.

– Господи, – прошептала Лиса, заглядывая через мое плечо.

– Тише, – одними губами ответил я.

Звуки доносились приглушенно – жужжание машин, команды техников, писк мониторов. Все как на обычном производстве. Только продукцией здесь были переделанные люди.

– Отвратительно, – не выдержала Лиса.

Один из рабочих поднял голову, что-то крикнул коллеге:

– Передай Семенову – нужны еще нейроинтерфейсы! Этих не хватит до обеда!

– Уже заказал! – откликнулся второй. – Привезут через час!

Дерьмо. Это тебе не подпольная мастерская, здесь все на поток поставлено. Сколько людей успело пройти через эту линию? А сколько еще пройдет?

– Идем дальше, – сказал я сквозь зубы.

Следующий блок встретил нас запахом дезинфекции и звуками медицинского оборудования. За стеклянными стенами виднелись операционные – белые столы, лампы, мониторы. На некоторых столах лежали люди, к их головам были подключены какие-то аппараты с мигающими индикаторами.

Ида вдруг остановилась, вцепилась мне в рукав.

– Я… я здесь была, – прошептала она дрожащим голосом. – Меня тут уже водили…

– Тихо, – успокоил я. – Спокойно. Все позади. Ты больше не пленница.

Но девушка продолжала смотреть на операционные широко раскрытыми глазами. В одной из них врач в маске склонился над пациентом – молодым парнем, который, кажется, был в сознании. Его глаза метались по сторонам, рот открывался в беззвучном крике.

– Нужно идти, – настаивал я, но Ида словно окаменела.

В этот момент одна из дверей лаборатории открылась, и оттуда вышел охранник с сержантскими лычками на шевроне. Увидев нас, он остановился, нахмурился.

– А вы что тут делаете? – спросил он, окидывая нас подозрительным взглядом.

– Ведем пациентку к доктору, – ответил я, стараясь сохранить спокойствие.

– К доктору? – охранник прищурился. – Покажи запрос. Кандидаток в питомник без сопроводительных не выводят.

Дерьмо. Вот это у них тут бюрократия, оказывается…

– Срочное распоряжение, – попытался я выкрутиться. – Устное.

– Устных распоряжений не бывает, – отрезал охранник, кладя руку на оружие. – Покажите ордер.

Ида рядом со мной дрожала все сильнее. Лиса незаметно положила ладонь на рукоять автомата. Ситуация быстро выходила из-под контроля.

– Боец, ты меня слышал? – охранник взял автомат наизготовку, в его голосе слышались нотки подозрения. – И что это с пациенткой? Почему она так трясется?

Ида действительно дрожала как осиновый лист. Воспоминания о том, что с ней здесь делали, явно всплывали с новой силой. Девушка часто дышала, глаза метались по сторонам.

– Нервничает перед процедурой, – попытался объяснить я.

– Нервничает? – охранник наклонил голову. – Странно. Обычно их седируют перед переводом. А эта в полном сознании.

Да откуда ты, мать твою, такой бдительный взялся?

Он шагнул еще ближе, всматриваясь в лицо Иды.

– Стоп… А я тебя где-то видел…

Времени на раздумья не было. Я резко толкнул Иду к охраннику, прямо на его оружие, одновременно шагая вперед и активируя клинок. Полоска остро отточенного металла бесшумно выскользнула из предплечья и вошла парню в горло. Тот дернулся, глаза расширились от шока. Изо рта пошла кровь. Я подхватил его, не дав упасть на пол с грохотом, и потащил в ближайшую нишу.

– Быстро, – прошипел я Лисе. – Уходим отсюда.

Но было поздно. Где-то в глубине лаборатории завыла сирена – короткие, резкие гудки. На одной из стен замигали красные лампы.

– Тревога, – прошептала Лиса.

Из динамиков на стенах раздался металлический голос:

– Внимание! Обнаружено несанкционированное проникновение в лабораторный блок. Всему персоналу немедленно покинуть опасную зону. Службе безопасности прибыть к блоку Лямбда немедленно.

– Все, – выругался я. – Маскировка больше не работает.