Осколки Протокола. Пенталогия
Шрифт:
Лиса, напротив, не отвела взгляда. Смотрела прямо на Иду. Без жалости, без злобы – просто впитывала каждое слово. И в глазах у неё, обычно спокойных, промелькнуло что-то холодное, хищное.
– Не верю, – наконец сказала Лиса, прищурившись. – Слишком гладко стелет. И слишком удобное совпадение. Мы идем на мясную станцию – и вдруг встречаем сбежавшую оттуда девку? Слишком жирно. Похоже на ловушку.
Ида вздрогнула, сжалась еще сильнее, но молчала. Только испуганный взгляд на Лису метнула.
– С механоидами она ничего общего не имеет, – отрезал я. – Она человек.
Гром вскинул голову, посмотрел тяжелым взглядом:
– Откуда знаешь?
Я пожал плечами:
– Есть методы.
Подробностей раскрывать я пока не собирался. Пусть думают, что хотят. Не нужно им знать о Симбе.
Лиса нахмурилась, не сдавалась:
– Хорошо, допустим. Но тогда ее прислали людоеды. Они тоже знают, куда мы идем.
– Ага, – хмыкнул я. – По Роще прошли? Или через весь полигон за нами? Бред.
– То, что она пришла именно оттуда, куда мы держим путь, – еще больший бред, – парировала Лиса.
Я поймал ее взгляд. Лед и сталь. Кажется, переубедить ее будет сложнее, чем завалить бронированного рипера.
Ида повернулась ко мне. Кажется, девушка решила, что я на ее стороне. В глазах – удивление и какая-то робкая надежда.
– Вы идете туда? На станцию? Сами? Зачем? – голос дрогнул, но она пыталась держаться.
– Там наши друзья, – коротко ответил я. – Мы должны их вытащить.
– Давно их… – голос девушки сорвался, но она взяла себя в руки. – Давно их похитили?
Я на миг зажмурился, подсчитывая. С того момента, как мы вышли из убежища, произошло столько событий, что я уже терялся во времени.
– Два дня. Два дня назад.
– Это, наверное, их вчера привели, – заговорила девушка. – И они же попытались сопротивляться. Высокий, худой мужчина, девушка с длинными волосами… как жидкое золото… И еще несколько человек.
Я бросил быстрый взгляд на Грома. Тот кивнул, и на его лице впервые за это время проступили какие-то чувства. Кажется, Ида довольно точно описала похищенных.
– Это именно они на охрану напали. Получается, я сбежала благодаря им…
– Постой, – прервал я девушку. Только сейчас в голове оформилась мысль, не дававшая мне покоя с самого начала. – Ты говоришь напали на охрану. Как они могли без оружия напасть на механоидов, да еще с относительным успехом, насколько я понял?
– На механоидов? – девушка сделала большие глаза. – Я не говорила про механоидов. Они напали на охрану. На людей. Люди, – выдохнула Ида. – В боевых костюмах, с логотипами «ГенТек». Хорошо вооруженные. Именно они… занимались нами.
В избушке повисла тишина. Гром перестал крутить в руках пистолет. Лиса подняла бровь. Шило застыл с недоверчивой гримасой. Даже Ворон, обычно каменный, вскинул глаза.
Интересное кино. Люди заодно с мехами?
В памяти всплыл труп техника на зараженной станции Эдема. А ведь он там не выживал. Он там работал. На смены ездил. То есть… Та же цепочка. Те же грязные руки в крови по локоть.
Внутри у меня вскипело, злость прошила так, что зубы сами стиснулись до хруста.
– Ты сможешь показать дорогу? Ту, которой бежала? – спросил я, глядя ей прямо в глаза.
Ида заморгала, испуганно хлопая ресницами.
– Да… но…
– Не бойся, – сказал я тихо, но твердо. – Мы тебя защитим. А те, кто сделал это с твоим убежищем… крепко пожалеют.
Я говорил спокойно. Но внутри все полыхало. Мне действительно очень хотелось встретиться с теми, кто по собственной воле не просто потворствует мехам, а, по всей видимости, ими управляет.
И ничего хорошего им эта встреча не сулит. Обещаю.
Глава 21
Мы подошли к станции с севера, через густой подлесок, который почти вплотную подступал к периметру. Я рассматривал станцию, лежа в высокой траве на небольшой возвышенности. Комплекс раскинулся в низине, окруженный двойным забором с колючей проволокой. Бетонные корпуса серели в утреннем тумане, из вентиляционных труб валил пар. Между зданиями патрулировали механоиды – пара геллхаундов и что-то похожее на паука, только поменьше. В тени замерли угловатые силуэты рапторов. У главных ворот виднелись силуэты автоматических турелей.
– Симба, анализ, – мысленно скомандовал я.
«Фиксирую средний уровень безопасности снаружи», – отозвался ассистент. «Периметр патрулируют механоиды по регулярному графику. Слепые зоны есть, но их мало. Основная охрана – автоматизированная. Фиксирую наличие камер».
– Сколько там охраны? – прошептал Гром, рассматривая станцию в бинокль.
– Не знаю, – призналась Ида, кутаясь в выданную ей куртку. – Я… я убегала в панике. Не считала. Знаю только, что снаружи в основном машины. А люди работают внутри. Но думаю, их много…
Резонно. Трудно сосчитать охрану, когда бежишь, спасая жизнь. И логично держать людей внутри, а механоидов – на периметре. Машины не устают, не отвлекаются, не засыпают на посту.
– А что ты видела внутри? – спросил я Иду. – Сможешь рассказать, как устроена станция?
Девушка поежилась, обняла себя руками.
– Я… мало видела. Нас, женщин, держали отдельно. В нормальном помещении, с кроватями, даже с душем. Кормили прилично. – Она замолчала, потом добавила тише: – А вот остальных… Как скот. В клетках. Я видела мельком, когда меня выводили
– А куда тебя водили? – не отставал я.
– На осмотр, – Ида сглотнула. – Как у доктора… У женского доктора. Осматривали, взяли пробы крови, еще какие-то анализы, прогнали через сканер… а потом отвели назад. Ничего не объясняли, все молча.
Гром нахмурился:
– Сканер? Какой сканер?
– Большая машина, как в больнице. Ложишься на стол, он над тобой ездит, гудит… – Ида передернула плечами. – Страшно было. А потом еще укол сделали в руку, сказали – профилактика.
Я переглянулся с Лисой. Медицинские осмотры, анализы, сканирование… Зачем? Если они просто перерабатывают людей в киборгов, какая разница, здоровы они или нет?