Осколки зачарованных клинков
Шрифт:
«Смотрю, вы преуспели только в половине её наставлений».
– Что ж, это похвально. Вы успели осмотреть город, илойд?
– За сегодня я обошёл добрую дюжину ваших улиц, – он поднял глаза к потолку. – Главный рынок на улице Стяжателей великолепен! А это здание! Не погрешу против истины, если скажу, что оно – лучшее, что я видел в своей жизни! Поразительное и величественное, будто совсем не человек трудился над его стенами.
– Это всего лишь библиотека, – улыбнулась девушка. – Вы ещё не видели нашей обсерватории.
– Уже хочу её посетить!
Задриан бегал глазами по книжным полкам, подыскивая нужные слова, как мышка, высматривающая лучший кусочек сыра.
«Жёлтые снаружи, гнилые внутри».
Задриан облизнул пересохшие губы и поцокал языком.
– В наше время величие – большая редкость. И как только вам удаётся создавать нечто подобное? Не говоря о поддержании уже существующего. Вы точно Одарённая, во всех смыслах.
Зана кивнула в знак признательности.
«Заговорил как Горинир. Конечно, давно стало понятно, кто прочистил ему мозги».
– Около месяца назад я встречался с госпожой Лафрин, – продолжал он. – Она Одарённая, но совершенно не такая, как вы. Я бы даже сказал…
– Прошу вас, перестаньте, – прервала его Зана. – Мне ужасно неловко, когда меня с кем-либо сравнивают, особенно с моей бывшей наставницей.
Скрафиец остановился, недолго постоял, неловко перенёс вес с одной ноги на другую. Его плечи едва заметно подрагивали, пока он держал руки за спиной.
«Наша беседа явно затянулась…»
– Позвольте мне откланяться, уже поздно.
– Точно! – отозвался он, будто только что заметил, что солнце почти скрылось за горизонтом. – Могу ли я проводить вас?
– Нет необходимости, – Зана мягко улыбнулась и вышла в коридор. – До завтра!
Задриан смущённо провожал её взглядом.
– До встречи! – донеслось до неё, и двери захлопнулись.
Зана вместе с книгой покинула Наккрит через один из дворцовых коридоров: длинный, с многочисленными арками и картинами, с прорезями в потолке, сквозь толстое стекло которых пробивались остатки света, что солнце небрежно бросало на пол, пока Фарнок скрывал его от людских глаз. Зана закрыла веки, дотронулась рукой до потайного кармана, а когда открыла глаза, все свечи до единой на подставках, расставленных вдоль разноцветного ковра, одновременно зажглись.
– Никогда не перестану восхищаться этим зрелищем.
Флар стоял неподалеку, выглядывая из-за ближайшего угла. Когда он вышел, вслед за ним появился Криош.
Белоснежные волосы молодого человека топорщились во все стороны. Криош подошёл ближе к девушке, подняв на неё глаза, напоминавшие живое пламя, танцующее в кузнечной печи. Бледная кожа отливала мраморным блеском. Такую внешность можно было встретить далеко не у каждого уроженца Ризира.
Пока Зана разглядывала своего ученика, тот нервничал, подёргивая края своего плаща. Одарённая увидела на красной ткани бурые и серые пятна, заметила колени, сильно испачканные в земле, и руки, покрытые тонкой грязевой коркой.
«Ну наконец-то он взялся за ум».
Зана тепло посмотрела на парня, и тот облегчённо улыбнулся в ответ.
– Добрый вечер, наставница, – поприветствовал он.
– Добрый, говоришь? – Зана направилась вперёд, и пара последовала за ней. – Как твои успехи?
– Я мало продвинулся за последний месяц.
– Что же вызвало у тебя затруднение?
– Я полагал, что на практике всё окажется куда проще, чем получилось в действительности, – отвечал он, почёсывая за ухом. – Вы всегда учили меня, что сначала необходимо досконально изучить вопрос, прежде чем действовать. Мне казалось, я знаю достаточно, но, видимо, это не так.
– Элрим таит в себе больше секретов, чем ты можешь себе представить, – Зана повернула голову, чтобы разглядеть лицо ученика. – Как-никак, это божественная сила.
– Когда я смогу взять куб?
– Не скоро, – Зана отрицательно покачала головой. – Да, управлять энергией в кубах куда проще, чем в необработанной руде, но так ты быстро достигнешь своего предела.
– Вы говорите, как мой отец… хотите слепить из меня нечто стоящее? Что-то грациозное и великое, прямо как его горшки?
– Верно, – ответила девушка, назидательно подняв указательный палец вверх и улыбнувшись. – Только так ты сможешь достичь большего, чем твои ровесники. Разве ты не понимаешь? Когда закончишь с рудой, то станешь куда искуснее в остальном. Ты сам удивишься, вот увидишь.
Криош прикусил губу. Он всё прекрасно понимал, но тяготы обучения сильно выматывали, а постоянные неудачи болезненно били по самооценке.
Зана припомнила былые деньки, когда сама ещё называлась Талантом – молодым и зелёным учеником. Сейчас она понимала, зачем её гоняли до потери пульса, но сама не осмеливалась проделывать то же самое с Криошем. Он ещё не знает, что может ждать его чуть позже.
Девушка посмотрела на парня и с волнением заметила печаль и изнеможение. Так мать смотрит на своего несчастного сына.
– Возможно, тебе стоит серьёзней отнестись к построению связей, – Зана задумчиво приложила указательный палец к щеке. – Или же стоит урезать твоё свободное время?
Его глаза вспыхнули, подбородок выдвинулся вперёд, глаза округлились. Недоумение было сродни отчаянью, в котором можно было заметить даже нотки страха.
– Нет, только не это! Прошу! – взмолился он, подняв руки.
– О, поверь мне, это ещё цветочки.
Криош громко сглотнул.
– Как бы то ни было, – продолжила наставница, – позвала я тебя сегодня по другому поводу.
– В самом деле? – парень приподнял брови и насторожился, готовясь к худшему. Голова ушла в плечи.
– Да не волнуйся ты так! – в голосе девушки слышался скорее упрёк, нежели утешение.
Все трое вышли наружу, прямиком во внутренний сад, в котором Зана проводила каждое утро. Огромный, он занимал чуть ли не половину территории всего дворца. Его стены, казалось, возвели специально для защиты деревьев и кустарников, а не для безопасности людей. Из этого сада можно было попасть практически куда угодно, будь то столовая или тронный зал.
Тёмные тучи унёс северный ветер, и дождь больше не поливал землю. Кристально чистое небо веяло приятной прохладой, ласкавшей кожу.
Зана шла, и ноги её то и дело попадали в лужи, но она только улыбалась и совершенно не заботилась о возможной простуде. Наоборот, она всё смелее и смелее прыгала по воде, пока её галоп не превратился в кружевной танец. Одарённая крутилась и скакала, предавшись мимолётному порыву, ребёнку, который всё ещё жил внутри неё.
И как такой несерьёзный человек может управлять целым королевством?