Чтение онлайн

Анна вздрогнула, когда Рейджен назвал ее своей супругой, вскинулась, чтобы возразить, даже рот уже открыла, но не успела вымолвить и слова, мужчина сжал в своей ладони ее пальчики, словно призывая к молчанию, и улыбнулся.

— Да, действительно, родная, тебе стоит отдохнуть с дороги и привести себя в порядок. Ступай, я присоединюсь позже. — И уже шессе Граншар добавил с плохо скрытым сарказмом, — Простите любезнейшая, не имел понятия, что обязан испросить вашего благословения.

Шесса экономка вспыхнула, даже рот приоткрыла, чтобы ответить, но тут же сообразила кто она и с кем разговаривает и забормотала извинения.

Впрочем, Рейджен их слушать не стал, махнул рукой, прерывая словесный поток, поцеловал пальчики Анны и легонько подтолкнул ее к выходу из залы.

— Отдыхай, родная, я пока пообщаюсь с шессом управляющим. А то вдруг и он тоже распереживается о том, что мы не испросили его позволения. Нехорошо получится.

Медленно следуя за шессой Граншар коридорами и переходами, Анна чувствовала себя не в своей тарелке. Все никак не могла решить, как ей относиться к тому, что Рейджен во всеуслышание назвал ее своей супругой. Почему он так поступил? И что все это значит?

Они не женаты и… даже разговоров таких не было. Да Анна и не рассчитывала на брак. Она как-то приняла тот факт, что рядом с любимым мужчиной может быть только в роли содержанки и даже почти смирилась. Ну, то есть, как смирилась, просто не задумывалась об этом раньше, отгоняя от себя все мысли, что могли омрачить ее счастье. Возможно, это было безответственно, но с другой стороны, так она защищалась. Ей было хорошо сегодня, сейчас, вот в этот самый момент, а думать о будущем она себе запрещала.

Но Рейджен? Он никогда не давал понять, что общественное мнение значит для него хоть сколько-нибудь много. Он вообще всегда относился к жизни намного проще. Чего только стоит его поведение при первой их встрече, да и потом, когда он буквально силой удерживал ее в Дорване, совершенно не заботясь о том, как все это выглядит со стороны. А тут вдруг такое заявление?

Анна терялась в догадках и накручивала себя все больше и больше. Она не знала, как относиться к тому, что шесса экономка в Лароне теперь считает ее супругой хозяина. Да ведь так будет считать не только эта суровая, словно замороженная женщина, но и все в округе. Они с Рейдженом здесь никого не знают, и опровергнуть утверждение о браке попросту некому.

А еще Анна переживала о том, что сама поступила неправильно, когда не возразила на заявление Рейджена? А вдруг он именно этого и ждал от нее? Или нет?

Шиисса вздохнула, понуро опустив голову. Как же тяжело. Как невыносимо. И не у кого даже спросить совета, некому поведать свои страхи и сомнения. А говорить с Рейдженом о собственных переживаниях она решительно не хотела. Зачем? Вот зачем вываливать на мужчину ворох собственных проблем? Нет и нет, этого она точно делать не будет. Еще ее матушка часто повторяла, что мужчины терпеть не могут женских жалоб и скандалов.

Комнаты, в которые привела Анну шесса Граншар, мало отличались от остальных помещений замка. То же уныние и бедность на грани нищеты. В будуаре и примыкающей к нему спальне было чисто, но обстановка поражала скудостью, здесь явно не хватало мебели. Камины, так же как и в гостином зале не топились, обивка была выцветшей и местами потертой. Ковры и вовсе отсутствовали, как и пологи над кроватью.

Анна вошла вслед за экономкой, приблизилась к окну, затем резко развернувшись, посмотрела на экономку.

— Шесса Граншар, пришлите слуг, пусть растопят камины. Здесь невыносимо холодно. И еще распорядитесь насчет горячей ванны. И да, мои вещи. Пусть их принесут сюда.

Экономка, замершая в шаге от двери каменным изваянием, поджала губы. Весь вид ее выдавал неодобрение. Только глаза на суровом, покрытом морщинами лице, блестели слишком ярко — во всем же остальном экономка Ларона напоминала каменную горгулью, что пристроилась на парапете над главными воротами в замок.

— Как будет угодно, шиисса, — наконец произнесла шесса. — Только здесь мы соблюдаем строжайшую экономию и потому ванна — это непозволительная роскошь. Я прикажу принести вам таз и кувшин теплой воды.

— Нет, — слишком резко перебила ее Анна. Она не хотела ругаться и вовсе не чувствовала за собой права распоряжаться в этом замке, но откровенная враждебность этой женщины задевала. В Сайрише даже обычные служанки вели себя по отношению к ней намного вежливее и приветливее. — Все же я думаю, ничего не случится, если мне приготовят ванну. К тому же и шесс Рей… шиисс ШиЛарон не меньше меня устал за время пути и тоже нуждается в горячей воде и сытном ужине.

— Как прикажете, — каркнула экономка и направилась к выходу. Правда, уже на самом пороге одумалась и поклонилась. Вот только ни желания услужить, ни элементарной вежливости в этом ее жесте не было.

Анна осталась одна. Прошлась по комнате, распахнула высокие стрельчатые двери, за которыми обнаружилась спальня, обследовала все шкафы, секретер и не выявив ничего примечательного, вернулась в будуар и приблизилась к окну. Мысли о поступке Рейджена все еще тревожили ее душу, не отпускали, не давали отвлечься на что-нибудь иное.

— Ой, да что я в самом деле! — воскликнула Анна. — Вот возьму и спрошу у него, почему так?

Раздался грохот и прежде, чем Анна успела сообразить, что это такое, входная дверь распахнулась, и на пороге появился древний старик, сгибающийся под тяжестью охапки дров. Не говоря ни слова, он прошаркал вглубь комнаты, небрежно сбросив свою ношу подле камина. Повернулся к ней, попытавшись изобразить что-то очень отдаленно напоминающее поклон, и принялся, кряхтя и скрипя всеми суставами опускаться на колени намереваясь разжечь камин.

Анна смотрела на все эти манипуляции, широко открытыми глазами. Ей все больше казалось, что все происходящее не на самом деле, а она просто спит.

— Вы кто? — все еще не оправившись от удивления поинтересовалась шиисса. — И что намереваетесь делать?

— Это Корвин, — раздался чуть хрипловатый голос от двери, и Анна резко обернулась, чтобы увидеть у входа немолодую уже женщину, в форменном платье горничной. То есть когда-то, одежда этой женщины, вполне могла быть именно форменным платьем. Теперь же, застиранное, заштопанное на локтях и возле карманов, одеяние вряд ли можно бвло хоть как-то квалифицировать. — Шесса Граншар приказала растопить камин в этой комнате и натаскать воды. Вы уж не серчайте, шиисса, мы все сейчас сделаем. Так уж получилось, что гостей в Лароне не ожидали и хоть комнаты все содержим в чистоте, камины топим раз в неделю и то ненадолго.

Анна нерешительно кивнула и принялась молча наблюдать, как горничная — а вероятно, это именно она и была — принялась помогать давешнему старику разжигать камин. Она и представить себе не могла, что дела в замке так плохи.

С помощью горничной, которая назвалась Кандиз, камин был разожжен. Анна приблизилась к огню, обхватив себя руками за плечи, и покачала головой, глядя вслед слугам. Она плохо представляла, как ей вести себя, что делать? Да и как вообще можно отдавать приказания слугам, которые и ходят-то с трудом, не говоря уже о какой-то работе?