Чтение онлайн

– Ну да. Счастлива. Хотя… Наверное не должна бы, учитывая, что это прошлое было совсем не счастливым.

– Хочешь – не хочешь, а оно есть.

Девушка посмотрела ещё раз на лес, а потом на М.

– Видишь эти домики?

М о них совсем не думал, но легко переключился с мыслей о ее запахе на мысли о тех точечных руинах, которые где-то совсем далеко, в лесу, пытались акцентировать на себе внимание своим тусклым белым цветом, среди пастельно-черных стволов и ветвей. Она продолжила.

– Мы в одном из таких с семьёй жили. Много лет назад. А я даже и не могу сказать, сколько времени прошло. Год или сто лет?

Кристина чуть закусила нижнюю пухленькую губу.

– Я помню только отрывками. Пса помню, черного бультерьера. Представляешь, мы жили с ним в одном помещении. Спал он на бордовом коврике, который, впрочем, потускнел и стал просто красным со временем. Мы этого пса так и звали – Пёс. Полы у нас были обшарпанные.. но гладкие, до сих пор слышу стук его когтей о доски. У нас было много одеял.. и много смертей. Пёс одним из первых помер, сорвался со склона на шоссе в горах. Вон там вроде бы.

Она протянула руку, указывая на гористые возвышения где-то очень далеко. Извилистая дорога читалась размыто.

– Я все не понимаю… Как он мог? Собаки ведь такие ловкие, они даже не спотыкаются.

– Ты потеряла кого-то из родных?

– Брата, маленького.

– Что с ним случилось?

Девушка с грустью опустила глаза, то ли улыбаясь, то ли кусая губы.

– Они так любили цветы. Мои родные. А я ходила с ними за цветами, потому что любила их, а не цветы. Я вообще боюсь растений, хотя только они нас и окружают. Посмотри на это… Разве в таком месте можно найти что-то красивое? Ничего кроме деревьев и травы. Но мы знали одного человека, у него был большой дом и маленькая душа, отец так о нем говорил. Этот человек выращивал подсолнухи у себя во дворе. Такой же дом, как у нас, выбеленные стены, черные глаза окон и осыпающаяся крыша. Но большой. Двор тоже был немаленький. Участок в лесу, огороженный забором.

– Он убил твоего брата?

– Нет, вовсе нет. Но, все же, он причастен к этому. Ведь мы воровали его цветы, не только подсолнухи. Были ещё какие-то, розовые. И пышные, прям как его седые волосы. Не понимаю, как он все это вырастил в таком гадком месте. Так, о чем же я… Да, мы воровали эти цветы, и он очень злился. И однажды мы пришли вновь, а забор другой. Металлические столбики, и проволока. Брат сразу же хотел перепрыгнуть через него, но только коснулся проволоки, его ударило током. Не хочу больше об этом.

– Давай решим, что прошлого и в самом деле нет. Или тебе приснилось все это.

– И то верно. Не могу исключить того, что я все это придумала.

М взял ее за плечи и прижал к себе. Она ткнулась холодным носом в его шею, и закрыла глаза, будто боялась, что из них потечет прошлое. М услышал детский голос, и очнулся.

– Мам.

Он не обнимал ее. Девушка стояла на расстоянии, а он замечтался о том, как держит ее в объятиях, тем более это было сейчас очень уместно. Хотел обнять и замечтался об этом. Но М не умел обниматься, ведь всякий, кого он обнимал, ощущал в лучшем случае – ничего, а в худшем – холод.

– Это Кассандра, – сказала девушка, обнимая светловолосое создание, которое прижималось к ее ногам и смотрело на М.

Тот улыбнулся Кассандре, как мог естественно и искренне. Эта девочка выглядела очень знакомой.

– А ты? Ты ведь Кристина? – спросил М.

Девушка запустила пальцы в волосы хлопающей ресницами Кассандры.

– Ну конечно, М. Я уверена. Ты М. Тоже видел сон?

– Я тебя видел. Видел в этом сне. Ты столько всего говорила, а я ни черта не запомнил. А наверное должен был. Помню ещё свою девушку. Вроде я заснул с ней вместе, но не помню, какая она. Что вообще происходит?

Кристина вздохнула.

– Ты утонул.

– Что ты имеешь ввиду?

– Я имею ввиду то, что ты утонул во сне. Такое редко бывает. Как видишь, людей здесь не много. Но вот с некоторыми неудачниками, вроде нас, это произошло.

– Что-то вроде сонного паралича?

Она опускала глаза то вниз, то поднимала наверх, словно брала правду из воздуха, а не из головы. Кристина будто хотела вспомнить то, чего не знала.

– Совсем нет, М, это не то. Мы заснули и попали в подсознание, как и все люди, а потом сновидение затянуло нас глубже, намного глубже, чем в подсознание. Мы в ментальном мире, если угодно. В мире, параллельном с реальным. Если не проснемся, то мы здесь очень на долго.

– А впрочем, это мои домыслы, – продолжила Кристина – все это я лишь слышала от других. Может быть они говорят правду, а может просто придумали ее для собственного успокоения.

Поезд проехал крутой поворот, и их троих чуть не повалило в хлам на полу, состоявший из веревок, брезента и мелких металлических предметов. Пейзаж начал крадучись меняться, словно не хотел становится другим. Небо засветилось чистотою, тучи лениво уходили. Колеса неумолимо стучали по рельсам и наматывали расстояние.

– Кристина, ведь не можем мы спать вечно.

– Нет конечно, но здесь нет ограничений. Завтра утром ты скорее всего будешь варить кофе со своей девушкой, в реальном мире, но сейчас… Сейчас ты обречен прожить целую жизнь здесь. Если не больше. И это не скажется на времени в реальности. Надеюсь.

М отвел решительный, но чуть рассеявшийся взгляд от лица Кристины, посмотрел на свои руки, потом на Кассандру. Та прикрывала кулачком губы, будто греясь о них, как о самое теплое, что могла найти. Она бросила серый светлый взгляд больших глаз на М, отметила про себя то, какой он непонятный, и опустила глаза на свою розовую кофту с капюшоном. М подошел к Кристине вплотную.

– Что мне делать?

– Заснуть.

Она улыбнулась и закуталась глубже в объемный воротник.

М впервые за долгое время ощутил тяжесть век. Она была ненавязчивой. Словно это было естественно для него – ходить с чуть прикрытыми глазами, словно он задумался над каким-то глубоким вопросом. Все время, пока он здесь находился, не спал ни минуты. М протер глаза.

– Да, – вздохнула Кристина, – здесь не спят. Никто не спит.

Глава вторая

Окутавшее сознание тепло стало исчезать, стало появляться тепло физическое, темнота стала вдруг красной, веки задрожали от тихих, но настойчивых лучей солнца, и просыпающаяся Анна поприветствовала глубоким вздохом размытые очертания спальни. Той спальни, в которой они с М вчера заснули. Она сейчас проснулась настолько, что могла осознать себя в кровати, и растворится в мягкости уходящего утра, но не настолько, чтобы встать с постели.

То, что ждало ее за пределами одеяла, ей совсем не улыбалось. Скорее она сама хотела бы улыбнуться злорадно всей своей жизни, оставляя ее, и начиная какую-нибудь новую. Она взглянула на кофе, который молчал себе скромно на тумбочке, рядом с кроватью, и уж точно остыл, иначе не выглядел бы таким равнодушным. Его приготовил М, ещё утром, когда уходил на работу, на велосипедный завод. Поцеловал ее в лоб и исчез.