Чтение онлайн

Великий Гэтсби (The great Gatsby. 1925)

– центральное произведение Фицджеральда и самое совершенное из его созданий. Джей Гэтсби, сын бедного фермера, влюбляется в девушку "из общества" Дэзи Фей. Добиваясь ее благосклонности, он идет на всевозможные ухищрения. Ему удается разбогатеть - в годы сухого закона он спекулировал спиртными напитками. Гэтсби строит роскошную виллу недалеко от дома, где живет Дэзи с мужем, и начинает поражать округу доходящим до абсурдности гостеприимством и невиданной щедростью, мишурностью, безвкусными выходками. Его цель - привлечь внимание Дэзи, проникнуть в ее круг. Упрямая верность поклонника на какое-то время располагает к нему Дэзи, но это только ускоряет его гибель. Сидя за рулем принадлежавшей Гэтсби машины, Дэзи сбивает женщину. И она, и ее муж с поразительным равнодушием реагируют на совершенное ими убийство. Муж пострадавшей, считая виновником Гэтсби, убивает его, а затем себя.

Ночь нежна (Tender is the night. 1934)

– роман, в котором писатель раскрыл себя так откровенно, как ни в одном из своих произведений. Положенная в его основу история талантливого врача-психиатра Дика Дайвера напоминает личную драму Фицджеральда, творческую и семейную. Деградации Дайвера способствуют обстоятельства, подобные тем, о которых писатель рассказал в сборнике автобиографических эссе "Крах" (1936). В одной из клиник Цюриха Дайвер встречает Николь Уоррен, чья природная привлекательность еще более выигрывает из-за принадлежности к миру очень богатых людей. Николь, дочь миллионера, страдает шизофренией на почве сексуального преступления, совершенного ее отцом. Стремясь излечить Николь, Дик сам увлекается ею, а родные девушки способствуют их браку. Дик приобщается к компании блестящих бездельников, окружающих Николь, и, став по существу домашним врачом при одной-единственной пациентке, постепенно отходит от науки. Беззаботным и обаятельным предстает Дик в начале романа, в эпизодах отдыха на французской Ривьере, рассказанных от лица молодой и красивой голливудской дебютантки, очарованной Диком и не подозревающей о неблагополучии в его семье. Обстоятельства, предшествовавшие женитьбе Дика, и подробности заболевания Николь раскрываются только во второй части романа, и по мере их выяснения читатель узнает о духовном крахе Дайвера. Герой с горечью осознает, что его талант "перекочевал в сейфы Уорренов". С большой психологической глубиной показано, как исчезает оптимизм Дайвера. Николь уходит от Дика, гибнет его лучший друг, а сам он возвращается в США, где безвестно прозябает в провинции.

[464]

Произведения Избранные произведения: В 3 т. / Сост., вступ. ст. и коммент. А.Зверева.- М.: Худож. лит., 1977;

Портрет в документах / Сост., предисл. и коммент. А.Зверева.- М.: Прогресс, 1984.- 341 с. The Bodley Head Scott Fitzgerald: In 4 vol. / With an introd. by J. B. Priestley.- London: Bodley Head, 1958-1960.

Литература

Гайсмар М.Ф. Скотт Фицджеральд: Орест в отеле "Риц".
– В кн.: Гайсмар М. Американские современники, М., 1976, с. 121-179; Горбунов А.Н. Романы Френсиса Скотта Фицджеральда.- М.: Наука, 1974.- 148 с.; Кухалашвили В. К. Ф.С.Фицджеральд и американский литературный процесс 20-30-х годов XX века.Киев: Наукова думка, 1983.- 237 с.; Мендельсон М. О. Творческий путь Френсиса Скотта Фицджеральда.
– В кн.: Проблемы литературы США XX века, М., 1970, с. 163-220; Старцев А. И. Горькая судьба Фицджеральда; Скотт Фицджеральд и "очень богатые люди".
– В кн.: Старцев А. И. От Уитмена до Хемингуэя, М., 1972, с. 249-304; Тернбулл Э. Скотт Фицджеральд: Пер. с англ. / Предисл. М.Кореневой.- М.: Мол. гвардия, 1981.- 318 с., ил.
– (Жизнь замечат. людей).

Bmccoli М. J. Some sort of epic grandeur: The life of F. Scott Fitzgerald.
– London: Hodder a. Stoughton, 1981.- XXXI, 624 p.; Eble R. F. Scott Fitzgerald.- New York: Twayne, 1963.- 174 p.; Fahey W. F. Scott Fitzgerald and American dream.- New York: Crowell, 1973.- 177 p.

ТОРНТОН НАЙВЕН УАЙЛДЕР (THORNTON NIVEN WILDER. 1897-1975)

– романист и драматург. Действие большинства своих романов-притч он относил в отдаленные эпохи (времена правления Юлия Цезаря, средневековое Перу, античная Греция), в связи с чем американская критика называла его творчество "внесоциальным" и "вненациональным", а проблемы, поднимаемые им, - "вневременными" и даже "умозрительными". Действительно, уже в первых произведениях - "Кабала" (1926), "Мост короля Людовика Святого" (1927), "Женщина с Андроса" (1930) - Уайлдер заговорил о сложной диалектике добра и зла, о незримой духовной связи вещей и событий, о закономерностях восхождения и падения людей. В то бурное время, когда писатели "потерянного поколения", необычайно остро ощущавшие злободневность своего искусства, вновь и вновь писали о только что закончившейся империалистической войне, о рядовом американце, оставившем на фронте вместе с солдатской шинелью и свои иллюзии, романы Уайлдера многим казались явлением из области анахронизма. Однако лучшие произведения писателя, в том числе и его пьесы "Наш городок" (1938), "На волосок от гибели" (1942), комедия "Сваха" (1955), никогда не были метафизическими схемами - они были продиктованы глубокой заинтересованностью писателя в том, каким будет нравственный облик американцев завтра, страхом перед его возможным духовным оскудением. В поздних романах Уайлдера "Мартовские иды" (1948) и "День восьмой" (1967) критика отметила глубину поднимаемых писателем проблем и нестареющее мастерство Уайлдера - рассказчика и стилиста.

Мост короля Людовика Святого (The bridge of San Luis rey. 1927)

– повесть, принесшая Уайлдеру мировую известность. Наиболее прозорливые современники восприняли произведение не только как декларацию "философского скептицизма" Уайлдера, но и как зашифрованное свидетельство неверия автора в духовные возможности западной цивилизации. В качестве основной художественной посылки Уайлдер использует вымышленный инцидент. 20 июля 1714 г. рухнул вместе с пятью путниками самый красивый мост в Перу. Перуанцам мост казался одной из тех вещей, что существуют вечно, ежедневно по нему проходили сотни людей. Почему погибли именно эти пятеро?
– задается вопросом монах-францисканец брат Юнипер и старается собрать все возможные сведения о погибших. Ему удается установить, что рок подстерег несчастных в решающий момент их жизни, предшествовавший их нравственному возрождению, на пороге очищения. В сердце каждого из погибших в свое время поселилась боль. Маркиза де Монтемайор, оставившая потомкам удивительные по тонкости мысли и изысканности выражения письма, ставшие памятником испанской литературы, всю жизнь страдала из-за безответной любви к дочери. Эстебан, потерявший единственно близкого человека - брата-близнеца, испытывал ужас перед одиночеством. Трагедия дяди Пио, вырастившего одно из "чудес света" великую актрису Периколу, - заключалась в том, что он оказался перед возможностью утратить ее. Перед смертью каждый из них прозревает истинную сущность любви как манифестации высшего нравственного поведения - такая любовь полностью очищена от эгоизма. Ко всем этим сведениям, тщательно собранным братом Юнипером, автор дает свой собственный комментарий: жизнь слишком сложна,

[465]

утверждает писатель, чтобы пытаться втиснуть ее в систему метафизического детерминизма, "и если я, как мне кажется, знаю больше, разве можно быть уверенным, что и от меня не укрылась пружина пружин".

Наш городок (Our town. 1938)

– по словам автора, "...простая пьеса, в которой присутствуют все сложные темы; и это сложнейшая пьеса, где я с любовью рассказываю о простейших вещах на свете". Это одновременно и страничка из жизни типичного американского провинциального городка - и поразительно точная, выверенная до тончайших нюансов хроника жизни человека вообще, где высокое и низкое, великое и смешное, поэзия и проза, повседневное и вечное, неизменно повторяющееся и присущее только данной, в своем роде единственной и неповторимой человеческой биографии - сходятся воедино: быт и Бытие. Именно это сочетание и определяет эмоционально-философский подтекст пьесы. Место действия - городок Гроверс-Корнерс, штат Нью-Гемпшир; время действия

7 мая 1901 года (I акт), три года спустя (II акт), лето 1913 года (III акт). Персонажи пьесы - обычные американцы, две семьи: доктора Гиббса и редактора местной газеты "Сентинел" Уэбба.

В первом акте их дети Джордж Гиббс и Эмили Уэбб - еще школьники, во втором зритель становится свидетелем их свадьбы, в третьем - оказывается на кладбище в день похорон Эмили. Жизнь-мгновение и жизнь-вечность - вот те два полюса, между которыми оказываются уайлдеровские герои: как все люди, как каждый человек. Помощник режиссера - персонаж пьесы, являющийся "связующим звеном" между сценой и зрителем, - обращаясь в зал (а также адресуясь к потомкам), произносит: "Вы, кто придет через тысячу лет после нас, смотрите, как жили в начале XX века в маленьких городках к северу от Нью-Йорка. Вот как мы росли, женились, проводили день за днем, умирали - вот какими мы были". Уайлдер соединяет в своей пьесе прошлое, настоящее и будущее в единый и неделимый поток жизни, когда все вроде бы повторяется снова и снова, но всякий раз по-своему, как никогда не было раньше и никогда не будет потом. Тончайший психологизм пьесы рассчитан на специфическое сценическое воплощение - средствами условного театра, того "пустого пространства" (определение Питера Брука), когда сцена становится подлинной метафорой Бытия.

День восьмой (The eighth day. 1967)

– роман, сюжет которого кажется на первый взгляд почти детективным. В 1902 г. Джон Эшли из города Коултауна предстал перед судом по обвинению в убийстве своего лучшего друга Брекенриджа Лансинга. Суд присяжных признал его виновным и приговорил к смертной казни, но по дороге к месту исполнения приговора "преступник" бежал. Подлинное имя убийцы открывается лишь на последних страницах романа - это Джордж Лансинг, сын убитого, а люди, спасшие Эшли, - члены секты ковенантеров, религиозным взглядам которых сочувствовал осужденный. Однако это только внешняя канва книги. "День восьмой" - начало следующей недели творения, когда человек, теперь уже сам, без помощи Бога, начинает "лепить" свой нравственный облик. Долгий и сложный путь "к себе" проделывает Джон Эшли, дитя в сорок лет; прозрение и подлинная зрелость приходят к нему после многих лет лишений на чужбине. Подобный путь повторяют и его дети; сильный жизненный порыв, свойственный каждому из младших Эшли, помог им выстоять в трудное время, когда на семье лежало клеймо "висельников". Случай из судебной хроники стал для писателя поводом для размышлений о путях нравственной эволюции человека, о трудной, но доступной каждому возможности обрести себя.

Произведения

Мартовские иды; Теофил Норт / Предисл. Н.Анастасьева.- М.: Худож. лит., 1981.- 541 с.; Мост короля Людовика Святого / Пер. В.Юлышева; День восьмой / Пер. Е.Калашниковой.- М.:

Прогресс, 1976.
– 495 с.
– (Мастера соврем, прозы); Наш городок: Пьеса в 3 д. / Пер. Ю. Родман.
– М.: Искусство, 1979.- 72 с.- (Соврем, зарубежн. пьесы); Небо - моя обитель / Пер. Ю.Здоро-вова.- В кн.: История любви, М., 1990, с. 20-175. The bridge of San Luis rey.- New York: Boni, 1927.- 235 p.; The Cabala; Heaven's my destination;

Our town / Сост. и предисл. Ю. Г. Фридштейна.- М.: Raduga publishers, 1988.- 382 p. The eighth day.- New York: Harper a. Row, 1967.- 435 p.; The ides of March.- New York: Harper a. Row, 1973.
– 374 p.

Литература

Злобин Г. Куски ковра, или Мосты Торнтона Уайлдера.
– Иностр. лит., 1977, № б, с. 197-202;

№ 7, с. 188-195; Фридштейн Ю. Г. Торнтон Уайлдер: Биобиблиогр. указ.М.: ВГБИЛ, 1984.- 128 с.

[466]

Burbank R. Thomton Wilder.- New York: Twayne, 1961.- 156 p.; Haberman D. The plays ofThomton Wilder: A critical study.- Middletown; Conn.: Wesleyan univ. press, 1967.- 163 p.; Harrison G.A. The enthusiast: A life ofThomton Wilder.- New Haven: Ticknor a. Fields, 1983.- XI, 403 p.; Kuner М. С. Thomton Wilder: The bright and the dark.
– New York: Crowell, 1972.
– 221 p.

УИЛЬЯМ ФОЛКНЕР (WILLIAM FAULKNER. 1897-1962)

– лауреат Нобелевской премии (1949), Фолкнер родился и вырос на Юге, в штате Миссисипи, и там же, в крохотном городке Оксфорд, прожил почти безвыездно всю жизнь. Близкий и понятный писателю быт Юга послужил материалом для всемирно известных романов и рассказов об очень похожем на родину Фолкнера вымышленном округе Йокнапатофа в штате Миссисипи. Подобно другим представителям "потерянного поколения", Фолкнер вступил в литературу после окончания Первой мировой войны. Дебютировал циклом стихов "Мраморный фавн" (1924), в котором заметно ощущается влияние поэзии французских символистов. Первые романы Фолкнера - "Солдатская награда" (1926) и "Москиты" (1927), хорошо принятые критикой, были, однако, лишь пробой пера будущего мастера. Фолкнер по существу "начинается" с "Сарториса" (1929) первого романа из цикла произведений о Йокнапатофе, своеобразном микрокосме американского Юга, "клочке родной земли величиной с почтовую марку". По мнению писателя, решающую роль в развитии Юга сыграла Гражданская война, в которой южане не могли не потерпеть поражения, так как отстаивали заведомо неправое дело. Наступил час расплаты за злодеяния, идущие из прошлого, угнетение негров и истребление индейцев. Именно моральная неправота, по мысли автора, привела к измельчанию и духовному перерождению Юга. Об этом говорится и в последующих романах "йокнапатофской саги" ("Шум и ярость", 1929; "Свет в августе", 1932; "Авессалом, Авессалом!", 1936; трилогии о Сноупсах, 1940-1959). Творчество Фолкнера отмечено большой цельностью: