Чтение онлайн

Но потом я вспомнила, что вставать мне раньше обычного, и велика вероятность того, что я все еще буду пьяна. Сегодня лягу спать пораньше и наверстаю упущенное. Я надеюсь...

Я делаю еще один глоток кофе и включаю свой компьютер, проглядывая предстоящие задания на сегодня. Я должна просмотреть все написанные от руки ответы на опрос и внести данные в систему компьютера для анализа аналитиком. Сегодняшний опрос посвящен реакции людей на конкретный рекламный набор, который фирма подготовила для сети ресторанов быстрого питания.

Звучит забавно, не правда ли?

Два часа спустя я встаю, чтобы сходить в туалет, выпить еще кофе, прогуляться и попытаться все-таки проснуться. Очень легко уснуть, выполняя настолько скучную работу, даже если вы спали целых двенадцать часов.

– Привет, - говорю я Ангелине, которая снова наливает кофе. Кофе здесь действительно разливается практически постоянно.
– Как твои дела?

Она поднимает глаза и морщит носик:

– Сегодня я дежурю на телефоне.

– Уф, весело.
– Я одариваю ее сочувственной улыбкой.
– Нет ничего лучше, чем когда на тебя кричат незнакомые люди ранним утром. Хотя я бы тоже накричала на себя, если бы позвонила себе в девять утра.

Ангелина смеется и включает кофейник. Мы обе смотрим, ожидая, когда упадет первая капля, дающая нам надежду, что мы переживем остаток рабочего дня, не упав в обморок за своим рабочим столом.

– Аня, Настя и я собираемся выпить после работы, - начинает Ангелина.
– Хочешь присоединиться?

– Я бы очень хотела, - честно говорю я. Потому что я действительно хотела бы пойти куда-нибудь выпить с коллегами. Большинство сотрудников, работающих на «исследовательском этаже» в пиар-фирме, - мои ровесники или немного моложе. Это работа начального уровня, которая на самом деле не требует особых навыков, кроме ввода данных в программу.
– Мои дети идут в новую школу, и сегодня вечером там состоится собрание.

– Занятия в школе уже начинаются? У меня такое чувство, будто раньше они начиналось позже, когда мы были детьми, не так ли?

– Я думаю, дело в том, что это частная школа, и в отличии от государственных они начинают учёбу немного раньше.

– О.
– Брови Ангелины взлетают вверх, и я знаю, что она удивляется, как, черт возьми, я могу позволить себе отправить своих детей в частную школу. Мы не близки, но она прекрасно знает, что я испытываю финансовые трудности. Большинству людей, работающих на этой черной работе, приходится нелегко, учитывая ту ничтожную зарплату, которую нам платят.
– Что ж, это захватывающе. Не так ли?

– Да, это отличная школа с продвинутой образовательной программой. Помнишь, когда в первом классе мы просто рисовали, играли и лишь немного изучали грамоту и счет?

– Это больше не так?

– Даже близко нет. Вчера вечером я просматривала стандарты этой школы; какое-то безумие, чего они ожидают от бедных детей к концу года.

Ангелина кивает и переводит взгляд с кофейника на настенные часы и обратно. С тех пор, как у меня родились близняшки, я посвятила им всю свою жизнь, как поступила бы любая порядочная мать. Мне трудно найти время, чтобы пойти куда-нибудь и заняться чем-нибудь, хоть отдаленно взрослым. Я слишком много говорю о своих детях; мне кажется, что я разучилась говорить о чем-то другом.

– Ну, тогда, может быть, на следующей неделе сходим куда-нибудь все вместе?
– Она ставит чашку на стойку рядом с кофейником, продолжая наблюдать, как он наполняется.
– Мы пытаемся выбираться хотя бы раз в неделю. Август - конец лета, и раньше, чем мы успеем оглянуться, станет слишком холодно, чтобы осталось желание выходить на улицу.

– Я все еще пытаюсь оправиться от прошлой зимы. Не люблю морозы.

– Я задаюсь вопросом, почему живу здесь каждую зиму, - смеется она.
– Но я слишком сильно люблю этот чертов город. Ты ведь тоже прожила здесь всю свою жизнь?

– Да. Родилась и выросла.
– У Москвы есть свои хорошие и плохие стороны, но это мой город. Район, в котором мы сейчас живём, далек от идеального, но я увезу нас оттуда в какое-нибудь более приятное место. Шикарная квартира на набережной реки - это здорово, но я с радостью соглашусь и на квартиру на окраине.

Мы с Ангелиной наливаем еще кофе и расходимся по своим рабочим местам. Я крепко зажмуриваюсь, надеясь, что, если дам себе десятисекундную передышку, то смогу снова открыть глаза и сосредоточиться.

Над этим чертовски скучным проектом.

Я уже близка к тому, чтобы снова задремать, когда на моем столе звонит телефон. По мигающему номеру понятно, что звонок поступает из кабинета моего менеджера Вероники Маркеловой.

– Алло?
– Я отвечаю, прижимая телефон плечом к уху.

– Доброе утро, Дарья. Не могли бы вы зайти ко мне в кабинет, пожалуйста?

Всегда опасаясь худшего, замираю от страха.

– Э-э, конечно. Сейчас подойду.

Я вешаю трубку, пульс учащается. Я пытаюсь вспомнить, что за последнее время я могла сделать не так... Сделать что-нибудь, что кого-нибудь разозлило... Никогда не знаешь наверняка.

Я трудолюбивый работник, но у меня есть дурная привычка много болтать, когда стою в комнате отдыха или даже когда прохожу мимо чьего-то стола. Мне нравится общаться с коллегами, и я иногда выхожу на улицу.

Проводя руками по волосам, я встаю и чувствую, что все взгляды устремлены на меня, пока прохожу мимо своих коллег к кабинету Вероники. Разум все время лихорадочно работает, перебирая все, что я могла сделать, чтобы навлечь на себя неприятности.

Дверь кабинета закрыта, и я стучу, прежде чем взяться за дверную ручку.

– Войдите, - зовет Вероника. Я делаю еще один прерывистый вдох и поворачиваю ручку. Вероника сидит за своим компьютером и яростно печатает то, что я собираюсь представить как страстное электронное письмо ее любовнику.

У меня есть маленькая странность. Я сочиняю небольшие истории, чтобы отвлечься, хотя иногда так увлекаюсь своими собственными историями, что прихожу домой, записываю их и даю альтернативные окончания в сверхсекретном блокноте, о котором не знают даже мои девочки.

– Закрой за собой дверь и присаживайся, - говорит она мне, не отрывая глаз от своего компьютера. Мое сердцебиение учащается еще больше, и я чувствую, как пот начинает собираться бисером в ложбинке между грудей. Я выбрала чертовски удачный день, чтобы надеть этот бледно-желтый шелковый топ, на котором хорошо видны пятна пота.

У меня перехватывает горло, и все, что удается сделать, - это не трястись всем телом, пока опускаюсь в старое, но удобное клетчатое кресло. Проходит целая минута, прежде чем Вероника отрывает взгляд от своего компьютера. На ее лице играет слабая улыбка, и это усиливает мое подозрение, что она переписывается с любовником.

– Я только начала проводить анализ эффективности работы сотрудников нашего отдела, - начинает она, пробуждая во мне еще одну волну беспокойства. Я не всегда была такой боязливой, но мысль о том, что мне сделают выговор, вселяет в меня страх Божий, что я легко могу потерять работу. И тогда что мне делать дальше?
– Результаты вашей работы удивили меня.